Чтение онлайн

– Гость дорогой! Сколько же мы не виделись! Проходи, мой свет, не стой на пороге! Прости, дружище, угостить тебя нечем!

Лейтонбург молча глядел на меня своим немигающим взглядом, надменно поджав губы. Он подал знак, и охрана буквально растаяла в воздухе.

– Рад был бы пожелать вам доброго дня, но не хочу вас обманывать, – начал нашу беседу принц Оттон.

– Спасибо и на том. Впрочем, это меня обнадеживает. Не зря же люди говорят: поверить мошеннику – себя обмануть.

Щека его высочества досадливо передернулась.

– Я здесь не для того, чтобы выслушивать ваши комплименты. Приберегите их для своих палачей. Быть может, они найдут для вас самое уютное место на сегодняшнем представлении.

– Спасибо за дельный совет. Не премину им воспользоваться.

– Вы обдумали мои предложения, господин рыцарь?

– Только о них и думал. Особенно когда с вашими песиками развлекался.

– И что же?

– Вы не поверите, ваше высочество, но мои обещания насчет сохранения вашей жизни остаются неизменными. Конечно, при соблюдении остальных статей договора.

Герцог побледнел, стараясь сдержать гнев.

– Вы понимаете, что для вас это означает смерть?

– Да? Вы уже запаслись веткой омелы [51] ?

– О, не беспокойтесь, господин Вальдар Камдил, там будет много разного хвороста, вы сами сможете выбрать то, что вас устраивает.

– Сомневаюсь, чтоб мне что-нибудь из этого подошло.

– Посмотрим, наглец! – Гнев его высочества все-таки перехлестнул через край. – Ты сгоришь, изжаришься заживо под свист и улюлюканье толпы, которая боится и ненавидит тебя! И никакая бесовская сила не в силах будет тебе помочь!

– Что ж, если я не сильно подгорю, велите подать меня вам на обед.

Лейтонбург нахмурился и замолчал.

– Ладно. Мы оба погорячились. Мне бы не хотелось закончить наш разговор подобным образом.

– Что ж, это вполне разумно.

– Вы хотите вернуть свой меч?

– Ваше высочество демонстрирует чудеса памяти! Хочу.

– Хорошо, предположим, что я могу пойти и на это…

– Очень любезно с вашей стороны, мой принц.

– Но при одном условии.

– Каком?

– Вы получите его после того, как совершите порученное вам. Как вы понимаете, мне нужна гарантия того, что, получив свободу, вы, скажем, не отправитесь восвояси или же не приметесь за старое.

– Не пойдет.

– Почему?

– Потому что после того, как я совершу задуманное вами убийство, моя жизнь для вас не будет стоить и ломаного гроттена. Можно предположить, что ваше высочество действительно освободит короля Ричарда, если, конечно, не сойдетесь в цене с его братцем, но попробуйте мне объяснить, зачем вам буду нужен я?

– Вы мне не верите? Я могу дать вам слово чести!

– Ах, оставьте, мой принц. Уж мне ли не знать, что вы истинный хозяин своего слова. Сами даете, сами берете назад.

– Вы опять дерзите, господин рыцарь. Это не умно. На что вы больше надеетесь: на свои колдовские силы или же на помощь своих подручных?

– Да простит меня господин герцог, но я не совсем понимаю, о чем вы говорите.

– Полноте, мой славный рыцарь. Вы мало похожи на дурака. Умейте проигрывать достойно. После того, что случилось вчера во время Божьего Суда, не имеет никакого смысла отпираться.

– Да, тут промашечка вышла. За собачек, конечно, примите наше самое искреннее извинение. Честное слово, я не хотел.

Лейтонбург поморщился:

– При чем тут собаки! Вот послушайте, какой занятный отрывок отыскал мой добрый Инельмо в одной старой рукописи: «…Сильный, могущественный князь, появляющийся сначала в образе ужасного леопарда, но принимающий образ человека с горящими глазами и страшным видом по команде своего владыки… Он будет уничтожать и испепелять всех, кто является врагами властителя, если тот пожелает того». Что вы на это скажете?

«Да, мессир Вальдар, – с грустью подумал я, – подвели вас, голубчик, под статью. Чисто подвели».

– Однако, ваше высочество, здесь говорится о горящих глазах, а у меня…

Принц устало пожал плечами:

– Какие глупости! Впрочем, о глазах вам лучше поговорить с солдатами, которые арестовывали вас в «Жареном петухе». Они придерживаются на этот счет другого мнения.

– Ладно, положим, что так. А сообщники?

– Вальдар, я не совсем понимаю, в какую игру вы играете?

– В новомодную. В покер. Хочу знать, что у вас есть против меня? Если желаете, просто так, из досужего интереса. В качестве работы над ошибками.

– Что ж, последняя воля осужденного на смерть – закон. Нападение на Ройхенбах вы не станете отрицать?

Я покачал головой.

– Отлично. Не хотите же вы сказать, что совершили его в одиночку?

– Нет. Но с чего вы взяли, что мои сообщники здесь, в Трифеле?

Герцог вздохнул, испытующе глядя на меня. Очевидно, он хотел спросить, не держу ли я его за дурака, но почему-то решил этого не делать. Конечно же, я был далек от мысли сомневаться в умственных способностях его высочества, однако запастись информацией перед уходом не мешало. Лейтонбург вытащил из-за пояса небольшую тубу, предназначенную для ношения пергаментов, и высыпал на мое ложе полный комплект пресловутых шедевров лисовского чистописания.

«Ну спасибо, Лис, теперь меня еще запишут в резиденты. Ну удружил», – невольно подумал я.

– А что я? – отозвался Рейнар, дотоле молча слушавший нашу беседу. – Хотелось как лучше.

– Ладно, молчи уж! Тревожащий огонь! Впрочем, в моей ситуации это чревато разве что лишней вязанкой дров.

Просмотрев для вида предоставленные мне вещдоки, я выжидающе воззрился на Оттона.

– Все эти записки перехватили мои люди в последние дни. Заметьте, в последние дни. Появление их совпадает с вашим приездом в город.