Чтение онлайн

Габриель успокаивающе закивал.

— У вас нет причин для тревоги, не волнуйтесь! Для Эда это сущие пустяки. Да что там, я припоминаю времена, когда…

Он вдруг резко оборвал сам себя.

— Когда что?

— Так, пустяки, — раздраженно пробормотал Габриель. — Не переживайте из-за Эда, говорю вам.

Бесконечно долго протянулись еще пять минут, потом дверь медленно отворилась. Я весь напрягся, но тут же расслабился, увидев, что Эд вышел на солнечный свет, слегка сморщив лицо, когда ощутил на нем тепло. Пальцы его правой руки вцепились в воротник Чарли; он тащил за собой обмякшее тело служащего морга.

— Потрясающая работа, Эд! — Довольный Габриель хлопнул слепца по плечу. — Что в отношении…

— Все в порядке, Гейб. — Эд радостно улыбался. — Я поставил сосуд обратно на полку. Решил, что это самое безопасное для него место. Ведь верно, лейтенант?

— Верно, — ответил я. — А что с Чарли? , — С ним все в порядке, — равнодушно бросил он. — Очухается через несколько минут. Я слегка нажал на сонную артерию, очень осторожно, уверяю вас.

— Как же вы ухитрились отобрать у него стеклянный сосуд и одновременно нажать на сонную артерию? — Я высказал вслух удивление.

— Я этого не делал. — Он негромко хохотнул. — Пустите в ход немного психологии, лейтенант. Даже когда я уже стоял рядом с ним, служащий не имел понятия о том, что я нахожусь в здании, понимаете? Так что, когда в темноте тихий голос прошептал: «Поставь меня на пол, мой дорогой друг, я устал находиться так высоко здесь», кто еще мог заговорить с ним, кроме его доброго приятеля Джона? Кац немедленно повиновался и осторожно опустил сосуд на пол.

Он вытянул перед собой руки, и тут я впервые обратил внимание на его толстые, мускулистые пальцы, говорившие о его недюжинной физической силе, коли их использовать в качестве оружия…

— Потом, — почти мечтательно продолжал слепой, — когда он выпрямился снова, мои руки уже поджидали его. — Он напряженно сжал свои страшные пальцы. — Я почувствовал прикосновение его плеча, и, пока он только еще открывал рот, чтобы закричать, я уже нашел его шею и артерию. Это было гораздо проще, чем поймать кролика.

— Вы проделали замечательную работу, Эд! — одобрил я искренне. — Так что еще раз благодарю.

— Когда вам захочется поупражняться в силе, лейтенант, — добродушно пробормотал он, — мы сможем поиграть с вами в прятки в темноте.

Внезапно от этих слов я почувствовал холодок в животе. Нет, такое развлечение меня явно не привлекало!

Я поручил водителю позаботиться о Чарли, пока не прибудет другая машина, сам же повез эту троицу в город. Габриель спросил, не высажу ли я их у отеля, в котором они остановились, и я сказал, что это меня вполне устраивает. Через десять минут я поставил машину перед отелем, в котором некая мисс Селия Шумейкер занимала номер люкс на крыше.

— Вы долго намереваетесь оставаться в городе? — спросил я как бы между прочим.

— Достаточно долго, чтобы позаботиться о Тино, — ответил Габриель. — Надо во всем разобраться. Что я могу сказать вам, лейтенант? Закон имел в своем распоряжении целых пять лет, чтобы что-то предпринять. И что же?..

— Мне кажется, что мы идем в правильном направлении, — ответил я довольно туманно. — Но мне не дает покоя одна вещь. Снимок головы вашего брата был напечатан практически во всех газетах округа сразу же после того, что произошло пять лет назад. Как случилось, что вы его тогда не увидели?

— Я был тогда целых шесть месяцев в Европе, в Италии. Никто из моих приятелей здесь не знал, что у меня есть младший брат. Я рассчитывал держать его подальше от рэкета, сделать из него человека, даже определил его в колледж. Поэтому никто не мог догадаться, что он брат Гейба Мартинелли, и дать мне знать о случившемся.

— Ну что ж, понятно, — сказал я. — Представляю, каково вам было это пережить, Габриель!

— Против Габриеля в ваших устах я не возражаю, — холодно заявил он. — Однако только самые близкие друзья могу называть меня Гейбом, а у меня до сих пор никогда не было приятелей среди копов!

— Понятно, — сказал я, — ваши слова заставляют меня испытывать чувство гордости за всех копов, Габриель.

— Эта старая дама, лейтенант, которая раскрыла рот, прежде чем скончаться, как ее звали, Эмили Карлоуд?

— Карлью.

— Да, полагаю, от ее заявления было мало проку. Ловкий адвокат может поднять ее на смех, заявив, что это слова ненормальной, или нечто в этом роде, верно? Но теперь, когда я опознал Тино в человеке, о котором она рассказала, опознал своего младшего брата, ее заявление сделалось весомым, во всяком случае оно более или менее подтверждено, ведь так?

— Верно.

— В этом городе у меня имеются кое-какие связи, — продолжал Габриель. — Покойница работала в семействе, которому принадлежит почти вся долина, где и был найден мой брат… — Неожиданно его зычный голос превратился в шепот. — Я имел в виду голову моего брата. Их фамилия Самнер, а старуха видела Тино в их доме до того, как с ним разделались… И она слышала, как кто-то упоминал его имя.

— Вы пытаетесь мне что-то подсказать, Габриель? — весело осведомился я.

— Его должен был убить кто-то из живущих в этом доме, — произнес он напряженным голосом. — Все говорит о том, что это должен быть кто-то из семейства Самнер. Сколько же их там, лейтенант?

— Шестьдесят пять по последней переписи, — буркнул я. — Мой совет: не суйтесь в это дело, Габриель, в противном случае вы рискуете навсегда остаться в Пайн-Сити.

— Гейб! — жалобно заскулила Джорджи. — Мне совершенно необходимо немедленно чего-нибудь выпить… Я еще никогда не испытывала такой жажды!

— Заткнись, — рассеянно бросил он. — Ты мне угрожаешь, коп?

— Я никогда никому не угрожаю, Габриель, — с расстановкой произнес я. — Это, скорее, предостережение цыганки. Ваш брат был убит в округе Пайн-Сити, поэтому выяснение подробностей его смерти стало задачей шерифа и моей. Только попробуйте суньте свой нос в это дело, и я его укорочу.