Ирландская принцесса
Шрифт:
— Ломайте ворота!
Воины приготовились ломать тяжелые створки заранее припасенным огромным бревном.
Внезапно ворота открылись, и из них выехал одинокий всадник — как будто собирался пригласить в замок гостя.
Лохлэнн удивился, узнав своего противника.
— Ты собрался уничтожить нас всех, Пендрагон? — спросил Йэн, старательно делая вид, что обманут нелепым маскарадом. — Ты видишь — мы беззащитны!
— Тогда сложите оружие и сдавайтесь!
— Нет!
О'Нил неожиданно послал коня вперед и сунул меч Йэну под горло:
— Сдавайся и верни мне мою жену!
Магуайр опешил. Откуда он знает, что Сиобейн прячется здесь?
— Что ей здесь делать? Вы поссорились, и она сбежала?
— Выдай мне эту сучку!
— Не думаю, что соглашусь с этим, вождь! — прозвучал глубокий низкий голос.
Лохлэнн резко обернулся.
Невесть откуда взявшийся рыцарь с мечом наголо сдернул шлем и презрительно отбросил его в сторону.
Лохлэнн узнал леденящий взор пронзительных глаз Гэлана Пендрагона и приготовился защищаться, стараясь не подать виду, что потрясен столь неожиданным появлением англичанина в этих местах.
— Ты окружен моей армией! Что, вам обоим жить надоело?
В ответ на выкрик Лохлэнна раздался грозный стук копыт: это к замку приближалось новое войско. Лохлэнн увидел, как из темноты выезжают Дрисколл, Найлс, Оуэн и Фэллон.
Он встретился глазами с Пендрагоном.
Не выпуская из рук мечей, они спешились и оттолкнули лошадей.
— Иди ко мне, предатель! — процедил Гэлан. — Мне не терпится выпотрошить твою черную душу!
Лохлэнн расстегнул бесполезный теперь шлем и отбросил его. Он довольно улыбался. Все еще не так плохо! Он вполне способен убить корнуэльского ублюдка и одним взмахом меча добиться своего.
Войско из ирландцев и англичан быстро окружало отряд Лохлэнна, и многие из его воинов струсили и сдались без боя. Ими занимался сэр Оуэн. Однако больше половины приверженцев О'Нила ринулись в бой. Сталь грохотала о сталь, и хищные наконечники копий с хрустом разили беззащитную плоть.
В центре этого побоища кружили О'Нил и Гэлан.
— Ну, не тяни! Твой братец наверняка тебя заждался!
— Тайгеран был болваном! — крикнул О'Нил, и Гэлану стало ясно, что вождь с самого начала знал, кто убил ирландского владыку. — Он сам не знал, чего хочет! То корчил из себя великого строителя, то придворного вельможу. — Лохлэнн покосился на Сиобейн, замершую на парапете. — А сам даже не смог выбрать себе подходящую бабу!
Гэлан уловил в его голосе отзвуки извращенной, безумной любви и зарычал:
— Ни один из вас не был ее достоин!
Противники продолжали кружить, делая ложные выпады, но не вступая в решительную схватку. Бой вокруг них становился все ожесточеннее, а сам Лохлэнн все еще разглагольствовал, пожимая плечами:
— Может быть, может быть, но только я имел на нее право! И когда твоя кровь оросит эту землю, Пендрагон, я получу ее!
Гэлан почернел от ярости.
— А когда они с сестрой будут мертвы, я без помех получу и ее земли!
Это уж было слишком. Гэлан не выдержал этой игры. Он провел атаку, тесня О'Нила серией быстрых ударов.
— Ты восстановишь против себя всех Макмюрроу, О'Доннелов и Магуайров!
— Нет — если за мной будет стоять сам король!
Противники разошлись.
— Генрих не такой дурак!
Лохлэнн сделал выпад, но Гэлан принял его на меч так, что лезвия скользнули одно по другому до самой рукоятки и он оказался лицом к лицу со своим врагом.
— Твои заложники в Колерэйне уже получили свободу! — поддразнил он ирландца, оттолкнул его и снова встал на изготовку.
Лохлэнн атаковал, и у Гэлана занемела рука, отражавшая мощные удары. Однако он сумел перейти в контратаку, и противник начал отступать.
Тем временем воины Пендрагона добились полной победы. Бой затих, и все с замиранием сердца следили за тем, как лорд Донегол бьется за свой народ.
Он бился свирепо, безжалостно.
Он бился насмерть.
Он бился за любовь той земли, что называл теперь своей.
Лохлэнн не мог не видеть, как рушится месяцами вынашиваемый план его заговора, как гибнут его люди, и взмолился о пощаде.
Но Пендрагон словно не слышал его мольбы. Он разил и разил — и с каждым ударом вымещал свою ярость за бесцельно отнятые жизни.
Лохлэнну нечего было противопоставить этому праведному гневу, он закачался — и промахнулся.
Гэлан замахнулся для последнего удара.
Внезапно из темноты вынырнул человек и с хриплым воинственным кличем набросился на Гэлана со спины.
Сиобейн в отчаянии вцепилась в парапет: сейчас, вот сейчас он вонзит меч в спину ее мужу! Но тут чья-то фигура возникла между Гэланом и убийцей, принимая на себя удар, предназначенный Пендрагону. Последним усилием этот человек взмахнул мечом и поразил прямо в грудь того, кто оказался оруженосцем Тайгерана.
Это на помощь Гэлану пришел Патрик. Сиобейн успела увидеть, как ее муж отсек предателю правую руку. Лохлэнн рухнул на колени, обливаясь кровью.
— За тех несчастных, что погибли по твоей вине, — взревел Гэлан, — ты умрешь позорной смертью!
Последний взмах — и голова предателя покатилась по земле, а тело глухо ударилось о камни.
Пендрагон, тяжело дыша, посмотрел на поверженного врага и воткнул меч в землю. Зажимая рану в плече, Йэн Магуайр почтительно поклонился своему лорду.
Победителя приветствовали радостными криками. Но он слышал лишь один голос — звонкий и ласковый голос его жены. Она подбежала к нему и крепко обняла.
— О Господи, я так испугалась за тебя!
— Ты посмела усомниться в моем искусстве? — Он сделал вид, что обиделся.
— Нет, ну что ты! — Она нежно поцеловала его. — Но этот оруженосец напал так неожиданно… — Она показала мужу на два бездыханных тела. — Это Патрик тебе жизнь спас.
Гэлан оттащил в сторону оруженосца О'Рурка и опустился на колени перед отцом Коннала. Шепотом прочел краткую молитву и закрыл остекленевшие глаза.