Ирина
Шрифт:
Кое-как осилив борщ, который в иное время шел на ура, я поплелся обратно. Галлюцинации прогрессировали. Я обнаружил, что стены стали плавно изгибаться и плыть в сторону, а монстера на подоконнике угрожающе потянула ко мне мясистые листья и зашевелила воздушными корнями.
Ирина пристроилась рядом. Раскрыла давешний детектив.
– Совсем плохо? Постарайся уснуть, это необходимо… – на мой лоб легла теплая рука.
Я снова маялся всю ночь. Вроде бы спал, а может – нет. Я краем глаза видел, что Ирина, хоть и раскрыла книжку, но не читает. Ее взгляд бездумно застыл на одном месте.
Соскочив среди ночи по делам и возвращаясь обратно, я обнаружил, что в соседней комнате кто-то есть…
– Б-б-б-б-б… – монотонно неслось из темноты. Будто кого-то бил озноб.
Я резко включил свет. Комната, ясно дело, была пуста. Хотя я чувствовал, что это не так. Я настолько устал от всего, что мысль о том, что все не так и что я псих, не пугала меня. «Что ж, не свезло. Значит, так на роду написано…» Впрочем, я себя знаю. Потеря свободы в любом виде, даже в психушке, для меня катастрофа. Всегда есть выход… или вход. Смотря как смотреть на этот вход-выход, и с какого места. Я смирился…
Конец ознакомительного фрагмента.