Чтение онлайн

— Я хотел тебе это рассказать. Я маг. Пока мы шли от приюта до дома, я лечил его голову. Вот, вылечил.

— Так не бывает!

— Голову видишь? Думаешь, Диана просто так её перебинтовала? Окровавленным бинтом? Пойдём ко мне, я тебе ещё кое-что покажу и расскажу остальное.

Мы сидели на кухне. Пили чай. Степан наелся кошачьих вкусняшек и нежился у меня на руках. Я рассказывал Саше про себя, про Леонида, про шефа, про “белых”, про церковь — в общем, про всё. Перемежал рассказ показом разных “фокусов”. Периодически сматывал бинты со Степана. Остался бинт только на ампутированной задней лапе.

Интересно, судя по тому, что конструкт усиленно трудится над этой лапой, результат, видимо, тоже будет. Размотал бинты. Крови нет. Культя не кровоточит. Ну, пусть, значит, так и будет. Посмотрим.

— Всё, Стёпа, ходи пока так. Привыкай. Лоток здесь. Умеешь? Ну, будем надеяться, что умеешь.

Я отпустил Степана гулять по дому.

— И давно ты так хорошо лечишь?

— Позавчера первый раз попробовал. На себе. Думал, на коте потренируюсь, а с ним, видишь, просто всё получилось.

— Как это “на себе”?

— Вида крови не боишься?

— Нет.

— Сейчас покажу. Смотри. — Взял лезвие и порезал ладонь над раковиной. — Минут через десять и шрама не останется. Хотя кровь отмыть придётся. А ещё у меня запломбированный зуб выпал. Походу, новый растёт.

— Собирайся! — Саша вскочил.

— Куда?

— К маме поедем! Мама у меня больная. Рак.

— Я рак ещё не лечил. Да и людей вообще не лечил… Но поехали. Далеко?

— В пригороде.

— Тогда на машине поедем. Возьму ключи. Только ты ей про магию не рассказывай, хорошо? Я ей конструкт посажу — надеюсь, что поможет. Переночевать мы там сможем? Поздно уже.

— Не вопрос.

— Едем! Только я результат заранее не гарантирую!

…

— Мам, привет! Я не один, со мной товарищ. Мы у тебя переночуем?

— Здравствуйте, э…

— Лидия Сергеевна!

— Игорь. Мы вас не стесним, не помешаем?

— Что вы, комната свободна. Сашенька заехал, хорошо!

Я разглядывал проклятье в ауре Лидии Сергеевны. М-да. Дежавю. Я такое точно уже видел. Совсем недавно. А что с ним делать, я не придумал. Вернее, не успел.

А правда, что же делать? Как его удалить? Я попробовал мысленно подключиться к нему, как подключаюсь к своим самостоятельным конструктам. Но разумеется, ничего не вышло. Это же не мой конструкт. С чего я взял, что он меня будет слушаться?

Значит, придётся извлекать. А как? Я же внутри ауры ничего не вижу. Свои конструкты даже не вижу. Только чувствую.

— Как вовремя вы пришли! Я борщик как раз сварила. Горячий ещё. Мойте руки и на кухню, живо! — Мама Саши обращалась с нами как с маленькими детьми.

— О, борщик! Не откажусь! — улыбнулся я. — Давно не ел домашней еды, всё по столовым да по столовым.

— А вы кем работаете?

— Называйте меня на “ты”, а то мне неудобно. Я примерно Сашин ровесник. А так я… инженер. Немного электроника, немного электромеханика, немного программирование. Всего по чуть-чуть.

— А мой оболтус институт закончил, а работать не пошёл!

— Ма! Не начинай!

— Вот умру я, а ты так и не пристроен. Каково это мне вообще?

— Ма!

— Всё. Садитесь тут. Не буду вам мешать.

Она налила нам по тарелке борща. Достала из холодильника сметану, поставила хлеб и ушла в свою комнату.

— Ну что скажешь?

— Сложно всё. Сперва надо подумать, как тут быть.

— А конструкт этот нельзя использовать?

— А я не знаю. Дело в том, что у твоей мамы тоже конструкт-проклятие в ауре болтается. Прежде чем лечить, надо как-то его убрать. А я ещё не пробовал такие вещи проделывать. В общем, будем думать. И надо спросить, откуда может быть проклятие.

— Ма!

— Стой! Мы же договаривались!

— Мама! Слушай, я тут разговаривал с одним человеком, специалистом. Он говорит, что тебя кто-то проклял. Надо попробовать вспомнить! Было такое? До того как ты заболела. Не помнишь?

— Помню, отчего же не помнить. Я её постоянно во сне вижу теперь.

— Кого?

— Да бабку эту в метро.

— Расскажите, что случилось?

— Давка была. Мы в вагон заходили. Сзади напёрли и меня в вагон внесли. Буквально внесли и на эту бабку толкнули. Я пыталась удержать равновесие, но всё равно упала на неё. Я сказала ей “извините”, а она стала кричать на меня, что я не смотрю, куда иду, и вообще стерва-шалава. Я сперва пыталась ещё раз извиниться, а потом не выдержала этого напора и ответила ей на очередную “шалаву”: “Дома бы лучше сидела, карга старая!” Она задохнулась и стала кричать: “Да чтоб ты сдохла!” Мне стало душно, и я на первой же остановке вышла из вагона. И с тех пор дышать всё труднее и труднее. Рак лёгких. Может, это стресс с бабкой его и спровоцировал. А может, и правда проклятие её такое.

Мама Саши ушла, мы молча ели.

— М-да. Опять бабка. Похоже, с ними опасно иметь дело. Спроси при случае у мамы… — я увидел открытый уже Сашин рот, готовый закричать “Мама!”, — при случае спроси. Где это было? Какое метро, откуда и куда ехала? Может, получится найти эту бабку. Посмотреть на неё.

Мы поели, и я сел в комнате в кресле, стал разглядывать ауру мамы Саши. То, что она находилась в соседней комнате, мне не мешало. Параллельно мы болтали.

Я попытался сделать конструкт, который забирает энергию у другого конструкта. Но если их взаимодействие происходит в ауре, то из ауры тоже энергия забирается. Просто не получится.

Мои исследования продлились всю ночь. Утром Саша нашёл меня в кресле в той же позе.

— Ну что?

— Пока ничего. Но у меня есть план.

— Расскажи.

— Я должен научиться устанавливать такие же проклятия на людей. И когда я пойму, как их ставить, то тогда я смогу их и снимать.

— И на ком ты собрался тренироваться?

— На тебе.

Саша замолчал. Минут пять мы сидели молча. Потом я откашлялся.

— Поехали в город? Степан там один, некормленый. Дорогой подумаем, поговорим.

— Я уже подумал, я согласен в любом случае.

— Я знаю. Вернее, я вижу. Нам надо поехать туда, где не засекут наши занятия магией. Я снимаю для таких вещей дачку. Но нам надо забрать Стёпу, собраться и поедем. Там магазина с продуктами даже нет, так что ещё закупиться надо.

Я подкачал маме Саши в ауру энергии. Мы попрощались и поехали.

Степан встретил нас слегка припадая на заднюю лапу. Ещё день — и лапа вырастет новая. Еда у него полностью кончилась. Видимо, процесс ускоренной регенерации требует много. А может, это просто его обычная норма. Под громкое, требовательное мяуканье я наложил ему в тарелочку консервов.