Чтение онлайн

Слегка прихрамывая, он подошел к небольшой импровизированной трибуне, стоявшей неподалеку от тронного возвышения. Государь был одет в черный мундир с полковничьими погонами. В вырезе куртки просвечивала простая матросская тельняшка, а на груди мундира белел крест орден святого великомученика и победоносца Георгия 4-го класса. Внешний вид нового императора говорил о том, что основой его правления будет сила, простота и целесообразность.

– Дамы и господа, – негромко сказал он, – я никогда ранее не предполагал, что когда-нибудь стану императором. Скажу больше – я никогда не имел такого желания. Но злодейское убийство моего старшего брата не оставило мне никакого выбора. Мой брат, император Николай Второй, погиб, как солдат на боевом посту, и я попрошу всех присутствующих встать и почтить минутой молчания его память, а также память всех тех, кто в тот страшный день принял мученическую смерть от руки злодеев. Царствие им небесное и вечная память…

Сдернув с головы черный берет, император перекрестился, внимательно наблюдая за тем, как встают сановники, послы и даже известные своими либеральными взглядами журналисты. Тем более что новый император очень демократично одной фразой объединил своего брата Николая, казаков конвоя и просто случайных горожан, погибших во время покушения на Большой Морской.

Когда истекло положенное время, император жестом показал своим гостям, что они могут садиться. В этот момент он как бы увидел весь зал целиком, почувствовал его наэлектризованность противоречивыми эмоциями, исходящими от послов, сановников и журналистов. Вытянув паузу, положенную в такой драматический момент, император продолжил:

– Государство в моем лице, – сказал он, – не оставит своим вниманием вдов и сирот погибших, неважно, находились они на государственной службе или просто оказались случайными прохожими в момент цареубийства. Всем семьям, сообразно статусу погибших, будет выплачена денежная компенсация и назначены пенсии по утрате кормильца. Также я могу сообщить, что государство строго накажет участников, организаторов и подстрекателей цареубийства. Если станет известно, что эти люди скрываются в аду, то офицеры ГУГБ и Департамента полиции нырнут туда, чтобы извлечь из пекла негодяев и предать их справедливому земному суду. Да будет так.

Император перевел дух и посмотрел на притихший зал. Было слышно, как журналисты скрипят карандашами, стенографируя речь самодержца. Сейчас устами Михаила II говорила сама история.

– Соплеменники моей будущей супруги, – продолжил император, – говорят, что долг тяжелее горы, а смерть легче перышка. Нам чужд такой фатализм, но мы, Романовы, тоже хорошо знаем – что такое долг. Привести Россию к величию и процветанию – это и есть мой долг перед памятью моего брата, моего отца, моего деда, моего прадеда, перед памятью всех моих предков, включая и первого царя московского Михаила Романова, в честь которого я был назван. Это мой долг перед моими подданными, перед всеми сословиями. Ибо монарх – это человек, наделенный властью свыше, и он должен быть своим подданным любящим отцом. Как отец опекает своих детей, обеспечивая их всем необходимым, так и государство должно заботиться об образовании, здоровье и благосостоянии всех его подданных.

Самой бедной и самой обездоленной частью нашего общества является крестьянство. Восемь из десяти крестьянских семейств едва-едва находят себе средства к существованию, что подрывает основы существования самой Российской империи, так как крестьянство – это подавляющая часть ее населения. Голодный и нищий мужик никогда не сможет накормить городского обывателя, а значит, вскоре, по причине роста населения, мы превратимся из нетто производителя в нетто потребителя продовольствия. Причин тут две: хроническое малоземелье в центральных губерниях и крайне отсталые методы ведения сельского хозяйства. Первую проблему мы собираемся решать с помощью переселения крестьян на пустующие земли Сибири, Туркестана, Маньчжурии и Дальнего Востока. Вторая же проблема может быть решена исключительно путем просвещения и внедрения самых передовых методов ведения сельского хозяйства.

Что же касается развития промышленности, особенно военной, которая должна стать целиком отечественной, то нам для начала нужно резко увеличить количество образованных и технически грамотных людей, ибо миллионы вчерашних крестьян не заменят нам и одного инженера. Уже сейчас, при открытии даже небольших фабрик, существует нехватка инженеров и техников. Да и просто квалифицированных рабочих: токарей, слесарей, электриков, телеграфистов – тоже не хватает.

Император вздохнул.

– Но при всем при этом нам не следует забывать о том, что мирный труд пахаря, рабочего, инженера, врача и агронома должен быть надежно защищен. Совсем недавно Российская империя подверглась неспровоцированному, вероломному вражескому нападению, за которым последовало предательство союзника. Теперь мы хорошо понимаем – как дорого для нас стоит безопасность и мир. Мой покойный батюшка, император Александр Третий, не раз говорил, что у России нет союзников, за исключением наших армии и флота. Но, поскольку судьбой нам суждено жить в окружении соседних государств, Россия должна поддерживать с ними дружеские отношения.

Но все наши соседи должны запомнить, что отныне Россия твердо и неукоснительно будет соблюдать свои обязательства перед союзником ровно в той же мере, в какой союзник соблюдает свои обязательства перед Россией. Во всех своих делах, везде и всегда, Россия будет стремиться к миру прямо и неуклонно. Но, ежели будут задеты наши государственные интересы, а уж тем более если кто-то покусится на независимость и территориальную целостность России, то мы оставляем за собой право на прямое и непосредственное применение вооруженного насилия.

Император обвел взглядом присутствующих, внимательно слушавших его выступление, кивнул и сказал господу Тамбовцеву:

– Александр Васильевич, я закончил свою речь. Пусть желающие задают вопросы. Я отвечу на любой из них…

7 апреля (25 марта) 1904 года, утро.

Санкт-Петербург, Зимний дворец Георгиевский зал.

Капитан Тамбовцев Александр Васильевич

…Император обвел взглядом присутствующих, внимательно слушавших его выступление, кивнул и сказал мне:

– Александр Васильевич, я закончил. Пусть желающие задают вопросы. Я отвечу на любой из них…

Ну что ж, начнем помолясь… Стены Зимнего дворца видели многое: смерть российских императоров, великий пожар 1837 года, взрыв, устроенный Халтуриным в 1880 году. Но ТАКОГО в резиденции русских царей не было никогда.

Пресс-конференция помазанника Божьего с ответами на любые, самые каверзные вопросы стала событием, не имеющих прецедентов. Впрочем, таковых в дальнейшем надо избегать. Михаил еще неопытный политик и вряд ли сможет сохранить невозмутимость и парировать вопрос, который будет задан с провокационной целью.

Итак, начнем… Кто же будет у нас первым? Первым оказался всеми уважаемый патриарх русской журналистики Василий Иванович Немирович-Данченко. Он встал, поправил свое пенсне, разгладил седую «скобелевскую» бороду и спросил:

– Ваше величество, я имею честь представлять газету «Русское слово». Не могли бы вы рассказать нам о том, как доблестной русской армии и не менее доблестному русскому флоту удалось так быстро и при малых потерях разгромить Японию? Ведь она была сильна – армия и флот островной империи отлично показали себя в войне с Китаем.