Чтение онлайн

Император снова посмотрел на адмирала Макарова.

– Степан Осипович, под вашей властью будут огромные территории – от Тромсё на западе до устья Енисея на востоке. От вас, как от Наместника Севера, потребуется наладить транспортную коммуникацию с Центральной Россией путем постройки железной дороги – это раз. Организовать в Кольском заливе промышленный, судостроительный и судоремонтный центр – это два. Надо создать систему базирования для нашего будущего Северного Арктического флота – это три. Кроме того, совместно с соответствующими министерствами вам надо будет организовать в Баренцевом море промышленный лов рыбы и ее доставку в мороженном и консервированном виде в Центральную Россию – это четыре. Необходимо срочно провести разведку на подведомственной вам территории всех имеющихся там видов полезных ископаемых – это пять. Ну и не следует забывать об исконных жителях тех краев. Развитие, духовное окормление и охрана от всяческого рода хищников и хапуг, а также спаивания представителей местного самоедского населения тоже будет вашей обязанностью как Наместника. Развратить малых сих крайне легко, а вернуть им человеческий облик почти невозможно. Справитесь, Степан Осипович?

По мере перечисления задач лицо Макарова вытягивалось. Но старого вояку трудно было напугать. Выслушав императора, он только взмахнул своей знаменитой бородой, словно орел крылом, и четко отрапортовал:

– Так точно, Ваше величество, справлюсь!

– Вот и отлично, – сказал император и посмотрел на своего дядю, Великого князя Сергея Александровича. – К вам, дядюшка, у меня будет особое задание. Оно и простое, и одновременно сложное. Вы ведь председатель Императорского Православного Палестинского Общества?

Великий князи кивнул, и император продолжил:

– Так вот, дядюшка, получилось так, что в настоящий момент у России в Палестине фактически нет людей, которые освещали бы обстановку в этом крайне важном для нас регионе. После того, как мы, с Божьей помощью, получили помощь из будущего и на ближайшее время решили свои дальневосточные проблемы, следует обратить внимание на наши южные рубежи. К тому же, раз уж война в Европе откладывается, то стоит подумать и о Черноморских проливах, и о Святой земле. Надо, чтобы под эгидой Императорского Православного Палестинского общества, совмещая богоугодную деятельность с разведывательной, там начали работу люди, которые бы не только составили достоверные карты тех мест, но и наладили хорошие отношения с местными жителями. Возможно, что со временем там появятся наши войска и наш флот. Не вечно же там распоряжаться британцам. Необходимых для этого специалистов вам предоставят. Вашей же задачей будет организация им «крыши» и обеспечение общее руководство. И все это – без отрыва от вашей основной деятельности в качестве Петербургского генерал-губернатора. Справитесь?

Великий князь Сергей Александрович вспомнил в этот момент себя, двадцатилетнего офицера кавалергарда, прибывшего на фронт в Рущукский отряд, которым командовал его старший брат, Великий князь Александр Александрович – будущий император Александр III, отец стоящего сейчас перед ним нового русского царя. Именно тогда за участие в конной разведке, под огнем турецких аскеров, он заработал такой же белый крестик, что сейчас был приколот к мундиру его венценосного племянника. Поэтому Сергей Александрович прекрасно понимал, как нужны во время войны достоверные разведданные, и, ни минуты не колебался.

Он осмотрел на Михаила и сказал:

– Да, Ваше величество, я готов сделать все, чтобы в Палестине у России были везде свои люди, и чтобы мы знали все, что там происходит.

– Вот и замечательно, – кивнул император, – для уточнения деталей я попрошу вас связаться с полковником Антоновой. Она окажет вам всю необходимую помощь в организации Справочно-информационной службы вашего общества.

Закончив разговор с дядей, Михаил повернулся к министру Внутренних Дел фон Плеве.

– От вас, Вячеслав Константинович, – сказал он, – в самое ближайшее время я жду самого полного и скорого отчета по расследованию дела об убийстве моего брата и попытки мятежа. Все виновные, невзирая на пол, возраст, лица, чины, ранги и титулы, будут осуждены и приговорены к смертной казни или бессрочной каторге с лишением всех прав состояния. Закон в Империи должен быть единым для всех. Также необходимо подвергнуть уголовному преследованию всех сотрудников департамента полиции, охранного отделения и жандармов, вступивших в преступные сношения с террористами, покрывающих их и оказывавших им содействие. Надобно снова провести проверку старых дел, связанных с убийствами или покушениями на убийства высших чинов Империи. Всех, чья вина в совершении этих преступлений будет доказана, требуется отдать под суд. И террорист, и тот, кто способствовал его преступной деятельности, должны болтаться рядом на одной виселице.

Император посмотрел на капитана Тамбовцева.

– Александр Васильевич, я попрошу вас оказать Вячеславу Константиновичу всю необходимую помощь, а также усилить охрану всех главных должностных лиц империи по особому списку. Список лиц, подлежащих особой охране, мы с вами согласуем чуть позже.

– Я понял, Ваше величество, – ответил капитан Тамбовцев, – сделаем.

– Ну, вот и хорошо, товарищ Тамбовцев, – с особым подтекстом произнес император Михаил и перевел свой взгляд на человека, которому в этой истории, кажется, так и не придется стать вождем мирового пролетариата.

– С вами, господин Ульянов, – сказал он, – мы уже один раз беседовали. Сюда я вас пригласил лишь для того, чтобы повторить сказанное тогда при всех. Господа, мы не можем строить свое будущее, оставляя наш народ духовной и материальной нищете. Если мы не хотим, чтобы рано или поздно разразился бунт, который сметет и власть и саму монархию, мы должны научиться думать об Империи как об одной многомиллионной семье, где каждый работает в меру своих сил над общим процветанием, и каждый имеет долю от общих богатств…

Император повернулся к министру внутренних дел.

– Поэтому, Вячеслав Константинович, я попрошу доставить в Петербург всех арестованных и осужденных соратников господина Ульянова по партии, содержащихся в тюрьмах и в местах ссылок. Те из них кто, согласится с нами сотрудничать, должны получить полную амнистию. Необходимо разрешить издание газет соответствующего направления, предупредив господ издателей, что допустимо печатать все, кроме прямой лжи и призывов к свержению существующей власти. Все изложенные в газетах факты о преступлениях и правонарушениях должностных лиц и промышленников следует немедленно проверять. В случае, если информация подтвердится, надо вмешаться служителям Фемиды. Суд должен быть скорым и справедливым. Или мы справимся с чиновничьей гидрой, или эта гидра раздавит нас. Недопустимым должно стать любое мздоимство, казнокрадство и издевательство над подданными Российской империи. Мы с господином Ульяновым еще будем работать над этим вопросом.

– Теперь ты, Сандро, – Михаил посмотрел на Великого князя Александра Михайловича, слегка ошалевшего от всего услышанного. – Для тебя я приготовил самое сложное и самое интересное дело. Так уж получилось, что ты в числе немногих оказался посвященным во все подробности известного тебе происшествия, и, в отличие от меня, имеешь склонность ко всякого рода технике. Тебе придется стать моей правой рукой, сиречь Председателем кабинета министров. Должность эта будет наполнена реальной властью, и подчиняться ты будешь исключительно мне и никому более. В то время как я буду заниматься армией, военным флотом, разведкой, полицией и другими силовыми ведомствами, ты будешь строить для нашей России финансово-экономический фундамент. Задача сложная, но я думаю, ты с ней справишься.

Михаил закончил разговор на оптимистической ноте:

– На сегодня все, господа. МамА, с твоего разрешения, я загляну к тебе попозже. На этом все свободны. А Великого князя Александра Михайловича и полковника Антонову я попрошу остаться.

– Ну, Нина Викторовна, что скажете? И ты, Сандро? – устало спросил Михаил, когда за последним из его гостей закрылась дверь.

– В каком смысле, Ваше величество? – переспросила полковник Антонова, а Великий князь Александр Михайлович только пожал плечами.