Чтение онлайн

– А вам не кажется, что вы немного преувеличиваете? – спросил Де Нильс. – Ну хотя бы в сравнении жителей Земли с ископаемыми волками?

– Такие сравнения скорее всего приходят на ум самим жителям Земли, – ответил Блейз. – Но подобный страх делает их опасными для нас. Ведь на Старой Земле издавна мечтали о появлении супермена. Вспомните хотя бы «сверхчеловека» Фридриха Ницше, философа девятнадцатого века, или непобедимого героя бесчисленных комиксов и книг. Герой, способный одолеть любое зло, – неотъемлемая часть культуры любого Общества, начиная с мифов и легенд еще с незапамятных времен. Но только обитатели Старой Земли всегда считали, что этот победоносный герой будет лишь улучшенной копией их самих – а не тех, кто предпочел Земле другие звезды и иные миры.

– Хм-м, – пробормотал Де Нильс.

– Но ни на Старой Земле, ни на одном из Молодых Миров не может появиться ни сверхмужчина, ни сверхженщина, – продолжал Блейз. – Мужчины и женщины на наших Новых Мирах только ростом, может быть, в среднем чуть выше обитателей Старой Земли. Но концепция подлинного эволюционного скачка как здесь, так и там по-прежнему остается не более чем иллюзией.

Конечно, общество постоянно эволюционирует, и ему предстоит пройти еще очень долгий путь. Но отдельный индивидуум субъектом эволюции не является, да и не может являться, даже если бы и захотел. Супермен по-прежнему остается всего лишь мечтой.

При этих последних словах Блейз внимательно посмотрел на Де Нильса. Если тот верил в возможность появления сверхчеловека, то тогда Блейз глубоко заблуждался на его счет, решив, что может говорить, с ним откровенно. Но Де Нильс лишь задумчиво кивнул.

– Понимаете, – произнес Блейз, – я очень высоко оцениваю возможности – огромные возможности – любого отдельного представителя человеческой расы. Но они смогут проявиться, когда все мы вместе и каждый из нас в отдельности будем свободны от какого бы то ни было внешнего контроля и влияния, в том числе и со стороны Старой Земли. Именно поэтому я и начал выступать еще на своей родной планете – Ассоциации, а теперь прилетел сюда, на Кассиду, чтобы ознакомить здешних жителей с моими рассуждениями о возможностях и проблемах.

Де Нильс снова чуть заметно кивнул – это легкое движение головы могло означать и одобрение, и подтверждение того, что он просто слушает.

– Вкратце, – сказал Блейз, – я предупреждаю людей о том, что ни на минуту нельзя забывать об этом терзающем Старую Землю страхе, а следует учиться понимать его. И – если потребуется – защищать себя от его проявлений. Именно к этому и сводятся мои лекции: я убеждаю людей, что нужно учиться и расти. У человечества впереди еще очень длинный путь. Я только пытаюсь советовать, как этим путем идти, и ничего опасного для умов людей на Новых Мирах в моих выступлениях нет.

Он замолчал и выжидательно посмотрел на Де Нильса. Теперь мяч был на его поле.

Между Блейзом и Де Нильсом явно возникло некое напряжение. Ощущение было такое, словно они стояли по разные стороны узкой, но бездонной пропасти и ждали, кто же из них первым попытается перепрыгнуть ее.

– Что ж, все это звучит весьма разумно, Блейз Аренс, – после довольно долгого молчания наконец произнес Де Нильс. – Но уж не обессудьте. Официально Совету для того, чтобы убедить общественность в ваших благих намерениях, потребуется нечто гораздо более весомое.

– Почему? – спросил Блейз.

– Понимаете, – сказал Де Нильс, переплетая перед собой пальцы, – вы привели мне довольно обтекаемые доказательства того, что Старая Земля одержима страхом и что ваше мнение на этот счет не таит в себе никакой угрозы обществу. Возможно, вы совершенно искренни и все сказанное вами вполне справедливо для вашего мира – Ассоциации. Но почему вы уверены, что ваши взгляды так уж необходимо проповедовать и людям иных миров – в частности Кассиды? Вы, насколько я понимаю, исповедуете принцип общности человеческой расы, населяющей все Молодые Миры. Я лично этого мнения не разделяю. Назовите мне хотя бы один жизненноважный аспект, который являлся бы общим для столь отличающихся друг от друга Молодых Миров, кроме возможности давать потомство?

– Запросто, – отозвался Блейз. – Это деньги.

– Деньги? – Де Нильс уронил руки на колени. – Но как же иначе могли бы взаимодействовать разнородные общества или члены этих обществ, не имея единого средства платежа? С моей точки зрения, создание межзвездной кредитной системы как раз и явилось одним из первых шагов к современной цивилизации. Но даже для вас было бы чересчур самонадеянным строить на этом основании целую довольно амбициозную философию будущего, в котором все мы станем гораздо мудрее и начнем жить лучше.

– А я вовсе и не утверждал, что моя философия основывается именно на этом, – сказал Блейз. Ему нравилось парировать выпады противника, да и тому, как он подозревал, это тоже было по душе. – Вы спросили меня, что у всех наших миров есть общего. Я и привел вам пример – все Молодые Миры имеют возможность поддерживать у себя приблизительно одинаковый уровень цивилизации исключительно благодаря межзвездной и местным кредитным системам.

– Но разве мы вообще могли бы существовать без них? – воскликнул Де Нильс. – Неужели вы в состоянии представить себе какое-то будущее, которое будет лучше только потому, что, кроме всего прочего, индивидуумы и общества смогут взаимодействовать, не пользуясь для этого взаиморасчетами?

– Как раз наоборот, – сказал Блейз. – Как только индивидуумы разовьются до такой степени, что поймут зависимость судьбы всего человечества от честности и чувства ответственности каждого его представителя, кредит в том виде, в каком мы его знаем, окажется не таким уж и необходимым. Полезным, конечно, но не необходимым. Тогда вполне будет устраивать просто копия договора – в обмен на товары и услуги.

– А разве это не то же самое, что аккредитив?

– Конечно нет, – ответил Блейз. – Издавна повелось так, что и деньги и аккредитивы всегда должны были быть обеспечены чем-то материальным. Я же говорю о документах, обеспеченных лишь всеобщим взаимным доверием, и утверждаю, что достижение подобного уровня доверия будет свидетельствовать о достижении наконец людьми полного взаимопонимания. Именно снижение значимости кредитных резервов и повышение роли взаимопонимания станут знаком того, что общественные отношения перешли на новую стадию, а не наоборот. И помните, что вы сами вынудили меня привести этот пример. Меня вовсе не интересует, какую роль в развитии отношений между обществами сыграет межзвездный кредит, а также его дальнейшая судьба.

– Тогда что же мне сказать остальным членам Совета? Что вы просто глубоко верующий человек, пытающийся обратить в свою веру как можно большее число людей?

– Как хотите, – пожал плечами Блейз, – особенно если вы сможете объяснить мне, где кончаются общественные науки и начинается религия.

Де Нильс с сомнением взглянул на него.

– Вы же сами пожелали ознакомиться с моей философией, – продолжил Блейз. – Вот я и рассказываю и вам, и всем остальным о том, что нас всех со временем ожидает. Просто я верю в то, что мы придем к этому будущему быстрее, если все больше людей начнет ясно представлять дорогу к нему.