Чтение онлайн

В доме Дарьи Семёновны на меня внезапно свалилась куча дел. Передвижение по городу максимально ограничили и свободный проход имели лишь одарённые и лица, владеющие соответствующими пропусками. Добраться до тех же продуктовых магазинов стало весьма проблематично для большинства населения города. Дело спасали муниципальные передвижные продуктовые лавки с минимально необходимым продуктовым набором, но до нас они не добирались — частный сектор. Пришлось в срочном порядке усваивать управление бричкой и как обихаживать тягловую силу.

За продуктами пришлось мотаться на окраину города, на склады торговцев. По пути заскакивал к тем же частникам и прикупал у них домашние заготовки. Цены на основные виды продуктов муниципальные власти взяли под контроль и поползновений в сторону их увеличения не замечались, но вот всё остальное враз взлетело вверх, а у частников наоборот — они не могли сбывать свою продукцию на рынках и рады были продать её буквально за копейки. Думаю, такое затишье у частников не надолго, ещё неделька — другая всеобщего карантина и цены скакнут и у них.

Через день после нашего разговора с Сигизмундом Александровичем, он мне позвонил.

— К сожалению, Егор Алексеевич, обрадовать мне вас нечем. Ваша просьба отклонена ввиду непрофильных знаний. У нас просто никто не обладает нужными знаниями.

— Жаль! — разочаровано ответил я. — Но всё равно, спасибо вам за участие.

— Не торопись, Егор Алексеевич — это не всё! Наш менталист вызвался помочь в решении данной проблемы, но так сказать частным образом. Что он хочет предложить я не знаю, но в любом случае это лучше, чем совсем ничего.

Встреча с менталистом произошла на следующий день в гимназии.

— К сожалению, а может быть и, к счастью, плетение «Малого исцеления» мне недоступно, — начал он на минорной ноте, — но у меня осталось кое — что с былых времён.

Как я уже как — то упоминал почти каждый одарённый проходил службу и многое, что им было положено по штату перекочевало вместе с ними на гражданское поприще.

— Клипса — артефакт «Малого исцеления», — продолжил он, демонстрируя невзрачный, телесного цвета шарик на своей ладони. — Ёмкость артефакта позволяет трёхкратное последовательное применение без подзарядки. Способ применения довольно простой: плетение сбрасывается на ауру пациента, и её энергия равномерно восстанавливает повреждённые участки. Для ускорения процесса восстановления приветствуется тактильный контакт в районе наибольшего повреждения. Из дополнительных функций артефакта можно отметить наличие способности к мимикрии. Примерно через час после активации клипса будет абсолютно незаметна. Цепляется за мочку уха и дополнительных способов крепления не требует.

Слишком шикарное предложение, чтобы быть правдой!

— Ваша цена? — поинтересовался я.

— Пятьсот рублей.

Мать моя женщина! Да откуда же такие цены!? Нет, я понимаю, что предложенная цена вполне адекватна, но пятьсот рублей!!! Оклад генерала в должности командира дивизии! Полугодовой доход моей тётки с одного из её доходных домов! Все мои накопления на данный момент, даже с учётом заработанных в последние дни на подвозе продуктов со складов (соседи, когда узнали куда я мотаюсь, буквально завалили меня заказами) как раз в районе этой суммы. Если всё отдам — на что жить буду? С другой стороны, кто ещё сможет предложить нечто подобное в ближайшее временя? Как ни крути, а брать надо, особенно с учётом сложившейся обстановки.

— Беру! — озвучил я своё решение.

Торговаться в данном случае я не решился. Среди аристократов это дурной тон, да и что — то мне подсказывает, что названная сумма совсем не случайна и продажа артефакта за меньшую стоимость навряд ли возможна в принципе.

За неделю на подвозе продуктов заработал ещё два червонца. Скажете дорого беру. Да, дорого! А что вы хотели? Овёс нынче в цене подскочил, да и далеко не на каждой бензоколон… Тьфу ты! Куда меня опять занесло? В общем, ничего личного — бизнес, тем более пришлось и с конюхом немного поделиться, чтобы коняшка всегда была в форме.

А вскоре пришлось с семьёй конюха познакомиться ближе. Возвращаясь с утренней тренировки, застал во дворе заплаканную кухарку, жену конюха. Не поленился и поинтересовался в чём дело. Женщина уже в солидном возрасте, разревелась в конец после моего вопроса. Из дома тут же выскочила горничная, её дочь, девица лет двадцати, и решительно направилась в нашу сторону.

— Что случилось? — поинтересовался уже у неё. — Вас кто — то обидел?

Случалось, что Дарья Семёновна, да и сынок её, не раз доводили кухарку до слёз, но на этот раз я точно знал, что Тимофея в доме нет (его оставили присматривать за доходными домами и здесь он не появляется), а тётка почти не выходит из своей комнаты.

— Сын… мой брат заболел, — хлюпнула горничная, прижимая голову матери к груди. — Горячка у него…

Похоже «испанка» добралась и сюда.

— Показывайте! — я решительно направился в сторону пристройки, в которой обитала семья кухарки.

Больным оказался пацанёнок, который помогал кухарке с печкой. Не удивительно, что он подхватил эту заразу. В его возрасте на одном месте не усидишь… Вот и добегался пацан. Окидываю взглядом — аура заметно поблекла, в лёгких появились тёмные пятна. Будем надеяться, что время ещё не упущено.

— Когда поднялась температура?

— Да уж второй день пошёл, — с робкой надеждой глянула на меня кухарка.

Температура около сорока. Ребёнок без сознания. Настало время проверить целебный артефакт. Скидываю одеяло и задираю рубаху, руки на грудь и активизирую плетение. Парня выгибает дугой. Позади послышались тревожные вскрики, мать и дочь явно не ожидали такого эффекта. Честно говоря, я и сам в некотором шоке. Будем надеяться, что ничего страшного не натворил. Накрываю пацанёнка одеялом и присаживаюсь рядом. Минут через пять на его щеках появился слабый румянец, а температура заметно спала.

— Зайду вечером. Надо будет повторить, — я остановился у двери и посмотрел в глаза кухарке и дочери. — Хозяйке и её детям ни слова! Понятно?

— Барин! — кинулась мне в ноги кухарка. — Не сумневайтесь! Всё будет, как скажешь!

Вечером, как только стемнело я вновь расположился у кровати больного. На сей раз семейство было в полном сборе. Отец парня уставился на меня суровым взглядом:

— Нам нечего предложить за лечение, барин.

— Считайте, что мне важнее, чтобы не заболела ваша хозяйка и её дети.