Чтение онлайн

И дело было уже не в её теле. Не в её фигурке. Не в его долбанном воздержании.

Дело было в самой Асе. Он хотел не просто её тело. Он хотел её саму.

Впервые за много лет непроницаемый панцирь, которым он добровольно отгородился от мира, дал трещину.

Повторно выругавшись, Матвей упал в кресло и отключил глушилки на крыше. Ему надо связаться с парнями. Сталкер и Ден. Первый был интуитом, единственным, кому на данный момент, доверял Матвей. Ден же был прирожденным хакером. Талантливый паршивец, которого периодически пытались завербовать разные структуры многих государств. Благо, тот оказался с характером, да и не был обделен патриотизмом.

Со Сталкером можно было связаться только сообщениями. На звонки тот редко когда отвечал. Все они не без причуд.

Матвей: "Ты сейчас где?"

Ответ пришёл через пять секунд.

Сталкер: " Поблизости. Рыбачу".

Матвей: "У меня были гости".

Сталкер: "Х-м-м-м…"

Матвей: "Проверишь?"

Сталкер: "У меня есть выбор?" (недовольный смайлик)

Матвей: "Дома меня не будет. Защиту обойдешь".

Сталкер: "Даже так… Ок. Потом найду тебя".

Матвей: "Буду должен".

Сталкер: "Разберемся".

Один есть — уже хорошо. Найти бы теперь Дена.

С Деном разговор получился быстрым и продуктивным.

— Сделаю. Сегодня.

Вот это Матвей понимал — ребята. Четко и коротко, всё по существу.

Хорошие парни, которым он искренне желал счастья. И мирного неба над головой. И чтобы на их жизненном пути как можно меньше встречались ублюдочные личности, возомнившие себя божками, мрази, которых надлежало давить.

Что-то нехорошее колыхнулось в груди, давно забытое. То, что Ионов в себе подавлял. Кто-то бы назвал это чувство мерой справедливости. Матвей с детства ненавидел, когда обижали тех, кто не мог сдать сдачи. Не терпел беспредел.

За что и поплатился. Семьей.

В горле запершило. Прошло столько времени, а он до сих пор не смирился с потерей. И не смирится. Никогда.

И никогда не забудет. Ничего.

Трещина, готовая вот-вот превратиться в дыру, молча сомкнулась, делая панцирь снова непроницаемым.

Матвей вернул ограничитель на связь и направился к спальне. Пора доставать походную сумку.

Заждалась она его, милая.

Как и то, что лежало на дне этой сумки.

***

Ася стояла в гостиной, как потерянная, с поникшей головой. Смотрела Арлекина, оставленного Матвеем на столе, и вспоминала, с каким трепетом делала эту куклу. Как подбирала материал для костюма, как искала нужную краску для волос. Теперь кукла лежит бесформенной кучей, вымокшая и с потекшими глазами. Символично.

Начинала болеть голова. То ли от внутреннего напряжения, то ли от погоды, меняющейся по нескольку раз на день. Хорошо уже то, что на этот раз Ася не впала в истерику и не начала биться в рыданиях.

Она знала — Синяев где-то рядом. Бродит поблизости. Выслеживает её. Почему он не отстанет от неё? Какой ему прок в её мучениях? Ответа не было. Невозможно понять мотивы тех, для кого насилие над детьми и убийства — норма. У них своя правда — искалеченная, черная.

В какой-то миг Ася даже пожалела, что в своё время не убила Синяева при задержании. Не по-христиански так думать, но она уже дошла до отчаяния. Сколько ей ещё бегать? Почему Лешка с его законспирированным Центром не в состоянии поймать одного маньяка, вырвавшегося на свободу? Сколько можно…

Ещё Асю не отпускали мысли о родственниках. Этот ублюдок слишком близко подобрался к её семье. Знает, что она любит, что кому дарит, куда ходит. Он следит за ней. Пристально. Изучает. И это не могло не напрягать и не пугать.

Услышав шаги Ионова, Ася обернулась.

Матвей спускался по лестнице. Он успел переодеться, теперь на нем красовались армейские берцы, черные джинсы и защитного цвета куртка. На плечо была накинута спортивная сумка.

Ася сглотнула застрявший в горле ком. Значит, они уезжают надолго. И всё очень, очень серьезно.

— Как самочувствие? — спросил он, поравнявшись с ней.

— Нормальное, — машинально ответила она, решив, что жаловаться не стоит.

— Вот и умница.

Голос Матвея звучал отчужденно, хоть и заботливо. Мужчина подхватил её сумку и кивком головы указал на дверь.

Ася, ничего не сказав, последовала за ним.

Во дворе пришлось подождать, пока Матвей выгонит из гаража автомобиль. Им оказался вместительный Тойота Ленд Крузер черного цвета. Идеально чистый. Интересно, Ионов его сам моет? Поблизости автомойки не наблюдалось, а доехать из ближайшего поселка до дома Матвея и не запачкать авто, было не реально.

— Отдохни, — посоветовал Матвей, когда они оба забрались внутрь салона.

— Так куда же мы едем? — Ася желала знать, куда он её повезет.

— Определимся.

Снова не ответил. Почему?

Нежелание Матвея отвечать на вопросы нервировало девушку. Но она понимала: настаивать и затевать ссору не имело смысла. По упрямо сжатым губам Ася уже знала, что из Ионова она не вытянет ни одного лишнего слова помимо тех, что он намеревается сказать. Вот что за человек? Вроде бы и стремится успокоить её, уберечь. А с другой стороны действует какими-то доморощенными шовинистскими методами.

Ася прикрыла глаза и постаралась расслабиться. Выбора у неё все равно не было. Очень скоро она провалилась в тревожный сон, убаюканная тихим шуршанием колес и негромкой ненавязчивой музыкой, лившейся из динамиков.

Матвей с мягкой улыбкой глянул на ее умиротворенное лицо. Во сне она выглядела совсем беззащитной маленькой девочкой, нуждавшейся в его заботе. Он сильнее сжал руль, и его губы, только что улыбавшиеся, сжались в суровую линию.

***

Высокий худощавый мужчина, одетый в потертый камуфляж, отлепился от дерева, в тени которого стоял все это время, наблюдая за отъехавшим автомобилем. Он положил на землю бинокль, снял маску и хищно улыбнулся.