Интриганка
Шрифт:
– Дьявол!
Ив надолго задумалась. Потом, решительно тряхнув головой, спросила:
– Кто он?
– Психиатр? Какой-то Темплтон. Питер Темплтон.
– Слышала о таком. У него хорошая репутация.
– Не волнуйся. Подумаешь, полежу часок на кушетке и ничего не скажу. Если...
Но Ив уже не слушала: новая мысль пришла в голову; она пыталась сообразить, стоит ли объяснять Джорджу задуманное, и наконец решилась.
– Знаешь, может, нам очень повезло, что все так случилось!
Питеру Темплтону было лет тридцать пять. Высокий, с широкими плечами, резко очерченными чертами лица, он выглядел скорее как полузащитник, чем врач-психиатр. В эту минуту он сидел за столом и, нахмурившись, глядел на пометку в списке сегодняшних пациентов.
«Джордж Меллис – зять Кейт Блэкуэлл».
Обычно проблемы богачей не интересовали Питера Темплтона. Большинство его коллег были на седьмом небе, заполучив клиента, известного в высших кругах общества. Когда Питер Темплтон только начинал свою карьеру, тоже гонялся за такими, но быстро обнаружил, что не может сочувствовать их трудностям. Не раз богатые вдовы, пришедшие на прием, буквально бились в истерике только потому, что не получили приглашения на какой-нибудь светский прием; финансисты угрожали покончить с собой из-за денег, потерянных на фондовой бирже; стопудовые матроны, страдая, метались между модными ресторанами и курортами для тучных.
В мире было столько несчастий, но Питер Темплтон уже давно решил для себя: подобным «бедам» помогать не стоит.
Джордж Меллис. Питер весьма неохотно согласился встретиться с ним, и только из уважения к доктору Харли.
– Может, пошлешь его к другому врачу? У меня и без того полно пациентов.
– Считай, что делаешь одолжение лично мне, Питер.
– Что с ним?
– Это по твоей части. Я всего лишь старый деревенский доктор.
– Ну хорошо, – согласился наконец Питер. – Пусть он мне позвонит.
И вот Меллис появился у него в приемной.
Темплтон нажал кнопку переговорного устройства:
– Попросите мистера Меллиса войти.
Питер видел фотографии нового пациента в журналах и газетах, но совершенно не представлял степени обаяния этого человека, его жизненной силы.
Мужчины обменялись рукопожатием.
– Садитесь, мистер Меллис, – пригласил Питер.
Джордж взглянул на кушетку.
– Сюда?
– Куда вам удобнее.
Джордж выбрал кресло напротив стола и, оглядев Питера, улыбнулся. Раньше он со страхом думал о встрече с психиатром, но после разговора с Ив неожиданно успокоился. Доктор Темплтон станет его союзником и свидетелем.
Питер пристально рассматривал сидевшего перед ним человека. Приходя сюда впервые, пациент обычно нервничал. Некоторые пытались скрыть волнение за напускной бравадой, остальные либо молчали, либо говорили слишком много или держались агрессивно. Но в этом человеке не было заметно ни малейших признаков волнения. Наоборот, он казался вполне довольным собой.
«Любопытно», – подумал Питер.
– Доктор Харли сказал, что у вас серьезные проблемы.
– Боюсь, целых две, – вздохнул Джордж.
– Почему бы не рассказать обо всем?
– Мне так стыдно! Вот почему я... Я решился прийти сюда.
Наклонившись вперед, он мрачно признался:
– Я совершил такое, чего никогда в жизни не делал: ударил женщину.
Питер выжидающе молчал.
– Мы поспорили, и тут в мозгу что-то взорвалось, а когда пришел в себя... оказалось, я ударил ее.
Он уже почти всхлипывал:
– Это было ужасно...
Внутренний голос Питера Темплтона уже подсказал ему, в чем заключалась проблема Джорджа. Этот человек получал наслаждение, избивая женщин.
– Вы напали на жену?
– Нет, на свояченицу.
Питеру несколько раз встречались заметки о близнецах Блэкуэлл. Похожи как две капли воды и невероятно красивы. Значит, Меллис избил свояченицу. Это признание заинтересовало Питера. Любопытно также, что тот, по собственному утверждению, нанес всего один или два удара. Будь это правдой, доктор Харли не стал бы настаивать на его визите к Питеру Темплтону.
– Вы сказали, что ударили ее. Нанесли телесные повреждения?
– В общем, да, и сильные. Я уже говорил, мистер Темплтон, что не помнил себя. А когда очнулся... просто не мог поверить...
«Когда пришел в себя!» Типичный способ защиты. Это сделал не я, виновато подсознание.
– Имеете ли вы представление о том, что могло вызвать подобную реакцию?
– Вот уже полгода я постоянно живу в ужасном напряжении. Отец серьезно болел. Несколько тяжелых сердечных приступов подряд. Я очень беспокоился о нем. Мы с ним так близки!
– Ваш отец бывает здесь?
– Нет, он живет в Греции.
Ах, тот Меллис!
– Что же вас еще беспокоит?
– Моя жена Александра... – Джордж внезапно замолчал.
– Какие-нибудь семейные неурядицы?
– Не в том смысле, в каком вы думаете. Мы любим друг друга, только... – Он поколебался. – Последнее время Александра не совсем здорова.
– Физически?
– Морально. Она постоянно чем-то угнетена. Часто говорит о самоубийстве.
– Она обращалась к врачам?
– Я предлагал, – печально улыбнулся Джордж, – но Александра отказалась.
«Плохо, – подумал Питер. – Какой-нибудь модный психиатр с Парк-авеню наверняка упустил возможность заработать целое состояние!»
– А с доктором Харли вы говорили по этому поводу? – спросил он вслух.
– Нет.
– Поскольку это ваш семейный врач, предлагаю побеседовать с ним. Если он посчитает необходимым, я порекомендую психоаналитика.
– Нет-нет, – нервно запротестовал Джордж, – не желаю, чтобы Александра подумала, будто я сплетничаю за ее спиной. Боюсь, доктор Харли будет...
– Все в порядке, мистер Меллис. Я сам ему позвоню.
– Ив, мы влипли, – рявкнул Джордж. – Все пропало!