Шрифт:
Шел 1989 год. Максим был начинающим корреспондентом. Внешние и моральные данные Максима были сопоставимы с обычным типажом молодого человека из рабочего городка. Как и все его сверстники, к своим двадцати годам он прошел выстроенную государством лестницу эволюционного развития личности. Ступени политического сознания и верного мышления определялись категориями, отточенными за все годы существования советского государства. Они включали в себя близкие сердцу каждого гражданина поэтапные (в зависимости от возраста) членства в полноправных сообществах, таких как – юные октябрята, пионерия и комсомол. Пройдя по лестнице роста своего общественно-политического сознания, Максим был в шаге от наивысшей ступени идеологического развития. Встать на эту последнюю ступень не позволяли небольшие детали – Максим не служил в армии и был незаметным для гражданского общества человеком. Это нисколько не расстраивало его, а мысли и жажда познания окружающего мира безоговорочно отдаляли от желания двигаться дальше к партийной структуре. Со своей стороны руководящая и направляющая партия не проявляла никакого интереса к его персоне. Вся энергия Максима сейчас была направлена на свое личностное развитие в области журналистики. Когда ты молод и еще не имеешь вес в издании, в котором публикуешься, довольствуешься только малым. Небольшая колонка в стенгазете с официальной информацией от правительственных структур и в лучшем случае минимальные комментарии под жесткой редакцией шефа – вот такой твой удел. Но удача всегда приходит неожиданно, сваливаясь на твои неокрепшие плечи начинающего автора. В таких ситуациях нужно идти напролом, не давая никакого шанса фортуне улизнуть за горизонт событий. Так и вышло.
Получив достоверную информацию от персонала городской больницы города Алёшкин о поступившем уникальном пациенте, Максим решил действовать незамедлительно. Сделав наброски вопросов и уточнив у медсестры больницы в какой палате находится пациент, попросил аудиенции с ним. Медсестра только улыбалась и в конце концов согласилась пустить Максима к нему. Было только одно условие: посетить палату, где находился вновь поступивший, возможно было только в вечернее время после обхода дежурного врача.
На улице уже давно стемнело и только тусклый свет лампы освещал небольшую палату, в которой находился желанный незнакомец. Со слов медсестры вновь прибывший был там один. Войдя в палату, Максим почувствовал резкий запах лекарств и тяжелый воздух от непроветренного помещения. Человек лежал на весьма обшарпанной кровати с открытыми глазами и никак не отреагировал на появление постороннего. На вид ему было лет шестьдесят с небольшим. Лицо было покрыто красными пятнами и посечено большими морщинами, говорящими, что жизненный путь был долог и тяжел. Его седые волосы и усы отдавали оттенком желтизны, добавляя его типажу определенный минус.
Такие понятия как страх и неприязнь напрочь отсутствовали в небольшом каталоге личных качеств Максима. Это как раз и определяло успех любого интервью, давая возможность сконцентрировать внимание только на обсуждаемых темах. Максим понимал, что высока вероятность возникновения сложностей в построении разговора с незнакомцем, да и опыта брать большие интервью в свои годы он еще не имел, хотя инстинкт подталкивал к действию, говоря, что это путь к славе. Одним из главных качеств профессии репортера всегда считалось умение начать разговор, найти ту душевную нить, за которую можно вцепиться и аккуратно начать раскручивать клубок информации от интервьюируемого. Со слов медперсонала врачи между собой пациента называли – философ. Хотя он больше походил на иностранца, заблудившегося на просторах нашей необъятной страны.
Максим: Я так рад Вас видеть, Вы даже не представляете!
Пациент молчал, смотря рассеянным взглядом перед собой, не показывая никакой заинтересованности в происходящем.
Максим: Я очень рад!
Пациент: Рад чему – миру или мне и миру как единому целому?
Максим: Вам, миру, медсестре и врачам, всем и всему.
Пациент: Вы, милейший, просто идиот. Я и есть сам мир, а мир есть я.
Максим: Я не идиот, хотя многие почему-то меня так и называют, на самом деле я корреспондент. Хочу о Вас написать большую статью, даже очень большую. Расскажите, пожалуйста, мне о себе.
Конец ознакомительного фрагмента.