Шрифт:
В конце декабря 2010 года я решил съездить в столицу Канады Оттаву для того, чтобы навестить свою единственную племянницу по имени Сандра и доделать наконец застоявшиеся дела.
Племянница моя училась в пятом классе, следовательно, ей было одиннадцать лет, а жила она с бабушкой, матерью её мамы. Родители её работали в администрации города Денвер, где и базировались. Её мать – Алиссия Бэккетт – со временем поднялась по политической лестнице на самый верх, став тем самым президентом США. Дочь же свою Алиса и Питер – отец Сандры и мой брат – отправили к бабушке, чтобы огородить её от преступного мира…
Сандра очень любила меня, и я видел её отношение ко мне. Связано это было с тем, что я, в отличие от её родителей, приезжал к ней в гости довольно часто, и всё время старался провести с ней, несмотря на неотложные дела. Каждый раз, когда я сообщал, что приеду, Сандра очень радовалась и с нетерпением ждала день моего приезда…
Тридцатого декабря мы с племянницей и её бабушкой по имени Глория, сидели на кухне за столом. Мы с Глорией пили кофе, Сандра – сок, и вели разговоры на разные темы. (Сандра была умной и начитанной девочкой, поэтому поговорить с ней можно было практически обо всём)…
Во время оживлённого рассказа Сандры о происшествии в школе, у меня завибрировал телефон, который лежал на столе слева от меня. Вибрация была настолько сильной, что ощущалась на весь стол. Я бросил взгляд на экран телефона, где высветилось имя брата по имени Джон.
– Сандра, извини… – пальцем провожу по экрану вправо, чтобы подключиться связи. Взяв телефон, я прислонил к уху и сказал: - Да, алло!
– Стивен, ты? – спросил знакомый голос на другом конце связи.
– Слушаю тебя, Джон.
Он, как и Питер Уэйн, был моим братом. Среди нас Джон был самым младшим. Он был высок (193см. рост), коренаст, с большими серого цвета глазами и прямым носом.
– Ты где пропал, брат? Дозвониться до тебя прям проблема, какие-то перебои со связью.
– Я в Оттаве, Джон, – сказал я, – в гостях у Сандры.
– Понятно. Передавай ей привет. – Он немного помолчал. – Слушай, брат, когда планируешь вернуться в Денвер?
– Хм… - задумался я, – думаю, что где-то числа пятого января.
– Угу. Я хотел спросить у тебя разрешение отметить Новый год у тебя дома.
Просьба меня заинтересовала.
– С кем? – спросил я.
Джон замялся.
– Вообще-то я хотел пригласить всех наших друзей, так как уже очень давно мы не собирались вместе.
Я раздумывал две секунды.
– Хорошо, Джон, можешь собраться у меня дома. Ключи от дверей у тебя остались?
– Да, – коротко ответил брат.
– Тогда дом мой остаётся под твою ответственность.
– Разумеется, брат, спасибо, – и он отключился.
То, что мы очень давно не виделись со своими друзьями, коих было много, было правдой. Я полностью доверял брату, зная о том, что под его пристальным надзором в доме и с домом ничего не случится. Доверял я ему потому, что он никогда не подводил меня касаемо ответственности за то или иное…
Где-то часа через два-три Джон перезвонил мне снова, сказав, что в прошлый раз оборвалась связь, и что он обзвонил всех тех, чьи номера у него были. Те охотно согласились приехать на Новый год. К тому же Люк выдвинул идею, чтобы в праздник не употреблять алкоголь. Все поддержали эту идею, в том числе и я.
После разговора с братом, я решил позвонить своему другу-полицейскому Сэму Уорду и попросил, чтобы кто-нибудь из его подчинённых, кто будет патрулировать улицы в ночь на Новый год, заехали ко мне домой, чтобы проверить всё ли там в порядке. Как я уже сказал, что доверяю брату, но всё же предостороженность не помешает. Сэм дал добро на мою просьбу и мы, ещё немного поболтав, попрощались.
Сэм Уорд был моим хорошим другом и всегда, по мере своих полномочий и возможностей помогал мне в той или иной ситуации. Я однажды ему хорошо помог и с тех пор мы подружились. Он как-то сказал мне:
– Будут проблемы, обращайся, помогу, чем смогу. Я ведь теперь твой должник…
Пятого января 2011 года, я прилетел в Денвер и из аэропорта на такси поехал домой. Прибыв на место, я расплатился с водителем и вылез из машины. Из вещей у меня была небольшая сумка, которая легко уместилась на заднем сиденье автомобиля, откуда я её и забрал, когда вылез из машины.
Немного постояв, я прошёл к входной двери, которая оказалась слегка приоткрыта. Меня тут же охватила лёгкая паника - вдруг ограбили, но, после того, как я вошёл в дом, место паники заняла обида на брата за то, что он не сдержал слово. Внутри всё было перевёрнуто вверх дном.
– Что здесь произошло? – произнёс я вслух, проходя в гостиную.
Я вдруг услышал шум, идущий со второго этажа, - хлопнула дверь в спальню, потом послышались быстрые шаги по лестнице. Выйдя в прихожую, в надежде увидеть кого–то из своих приглашённых друзей, но это был совсем неизвестный мне человек, который был одет в чёрную кожаную куртку, синего цвета джинсы и чёрную футболку. Лицо его было обычного человека, без тех черт, на которые можно было бы обратить или заострить внимание.
– Эй! – окликнул я его. – Что здесь произошло?
Незнакомец не ответил мне, а «пулей» пролетел мимо меня к выходу и скрылся за дверью.
– Постой! – крикнул я ему вслед и ринулся за ним.
Выйдя на улицу, я увидел, как он уже сворачивал за дом в конце дороги. Как так быстро он сумел добежать туда я не знал. Поэтому гнаться за ним не имело никакого смысла. Возвратившись домой, я сделал вывод, что Джон пускал ко мне в дом на празднование Нового года не только наших друзей, но и совершенно незнакомых людей. Тот молодой человек, за которым несколькими минутами ранее я хотел погнаться, чтобы выяснить подробности произошедшего здесь, мог, в общем-то, ничего и не знать…