Интеграция
Шрифт:
Ин Рокх в присутствии своих подчиненных выглядел угрожающим. Он и раньше был выше Муриани, а теперь, кажется, совсем вытянулся, и нависал сверху, как грозовая туча. Однако все церемониальные приветствия он выполнил, показав тем самым, что не собирается причинять вред нежданным гостям. Главенство Рокха среди экипажа «Экуза» никто оспорить не мог, поэтому пираты вынуждены были проглотить свои обиды на Кторианскую Империю.
Переговоры решили провести в капитанской рубке, и после щедрого предложения Муриани, включавшего в себя передачу координат с планетой, где остался внушительный запас иллюма, присутствующие изгои окончательно подобрели. Теперь они не возражали немного потесниться и потерпеть на борту экипаж «Варна». Все равно ангары были полупустыми, так как пиратам в последнее время не везло на добычу. Узнав о рискованном плане Туша, они еще больше прониклись. Собственно, это из-за архейцев привычный уклад жизни изгоев был нарушен, поэтому теперь они стали для них главными врагами.
Предложение Муриани также включало особенный пункт, согласно которому при любом развитии событий с команды флагмана снимались все обвинения. С момента перехода экипажа «Варна» на борт «Экуза», изгои получали «прощение» Императорского Дома и вновь становились полноправными членами Империи. Естественно, все это касалось кторианцев и горхов, хотя четвероногих не было среди изгоев. Остальные присутствующие расы переходили в статус нейтральных и могли покинуть флагман в любой момент, и на любой станции. Задерживать их никто не имел права. Изгои вынужденно согласились. Данный пункт для большинства был не таким выгодным. По сути, они лишались целого флагмана, так как он переходил обратно в собственность имперского флота, но это было лучше, чем ничего. В конце концов, у них оставалась прибыль от продажи иллюма, которую было решено поделить между всеми изгоями, входящими в команду «Экуза». Муриани не слишком расстраивался, так как он собирался вернуть иллюм обратно, выкупив его.
После того, как стороны пришли к соглашению, началась передислокация экипажа «Варна» на борт флагмана. Истребители с горхами свободно уместились в одном ангаре «Экуза». В соседнем расположились кторианцы. Будь воля Руда, то он бы перетащил с корабля все, что можно, но ограничились самым необходимым. Оружием. Всех калибров. Последними были перевезены служба профилактики и одна капсула регенерации, которая могла работать в автономном режиме.
Муриани оставался до самого последнего момента в капитанской рубке, следя за всеми передвижениями. Много разных мыслей посещало его голову, много вопросов он задавал сам себе. Расставаться с кораблем было мучительно трудно, но выбора не оставалось.
— А715, благодарю за службу, — проговорил он напоследок.
— Это мой долг, капитан, — ответил искин.
— Надеюсь, задание будет успешно завершено.
— Шансов менее процента, капитан, но мы сделаем все возможное.
Муриани тихо вздохнул. Ему кое-чего не хватало. Того, что скрывалось за этим «мы». Он не хотел себе признаваться, но наравне с кораблем, ему было жаль расставаться с новым помощником. Непонятной, странной и необычной сущностью, которая сама себя называла чудным именем. Лика. Уже перед самым закрытием внешнего шлюза, Муриани получил сообщение на личный коммуникатор.
«Мы еще встретимся, капитан. Когда-нибудь. Где-нибудь. Не сомневайтесь».
Глава 28. Новый уровень
Лика была довольна тем, что капитан не возражал и быстро согласился с ее предложением. Еще тогда, когда она увидела карту гиперпереходов, ее внимание привлек флагман кторианцев. Он находился далеко от станции Нармида, в той самой стороне, куда собирался отправиться «Варн», но не это было главным. Лика узнала «Экуз». После рассказа капитана, она первым делом разыскала изображение этого корабля, его особенности и внешние приметы. Флагман был подвергнут переделке, и это сразу отличало его от остальных. Так как оригинальных запасных частей у изгоев не имелось, то они использовали фрагменты с кораблей других рас. «Экуз» не избежал этой участи.
Идея использовать флагман изгоев пришла Лике почти мгновенно. Она считала, что рисковать всем экипажем и потенциальным правителем Империи нецелесообразно. Заманивание вражеского флота к объекту с мощнейшей гравитацией было рискованным занятием. Лика прекрасно понимала, что «Варну» скорее всего не удастся вывернуться. Подлететь к блуждающей черной дыре необходимо было как можно ближе, чтобы и архейцы попали под ее влияние. Это только в сказках главные герои спасались, несмотря ни на что.
«Но мы не главные герои, и сказка больше похожа на драму», — снова повторила Лика сама себе.
Находиться дальше во тьме с таймером, который отсчитывал последние нумы ее свободы, больше не имело смысла. До конца процесса интеграции оставалось менее двух суток, и Лика не собиралась так просто сдаваться.
Вернувшись к Митру, она хотела понаблюдать за сборами кторианцев, однако вместо умиротворяющего пространства, похожего на глубинные воды океана, Лика попала в трепещущую темноту. Друг волновался, и его состояние больше напоминало панику. До него дошли мыслеобразы, в которых корабль отправлялся прямо в центр черной дыры, да не один, а в сопровождении всего флота архейцев.
«Ну и затейники эти кторианцы. Навыдумывали такое».
По большому счету, представление кторианцев было верным, но Лике требовалось сначала успокоить друга и объяснить ему все, как следует. Она оживила моменты воспоминаний, которые вернул ей Митр. Озеро, легкая рябь на воде, рассекающие по поверхности водомерки. Небо и блеск солнца, отражающиеся в водной глади, всегда успокаивали Митра. Вот и сейчас он перестал нервничать.
«Как там с поисками моей планеты?»
Митр показал ей несколько подходящих вариантов, но все это было не то.
«Ищи дальше. Наконец-то мы останемся одни на этом корабле. Больше никто не будет нами командовать, никто не будет тыкать в тебя этими шипами. Разве ты не рад?»
Митр неуверенно потянулся к Лике. Он не думал с этой точки зрения. Избавление от контроля Роя было неожиданным следствием задумки Лики, которую Митр категорически не собирался поддерживать. Он не до конца понимал, что представляет из себя тот плотный объект с окружающей его пустотой, но приближаться к нему еще раз не хотел.
Лика показала другой образ. На этот раз это была та самая рыба, которую выловил ее отец на том самом озере. Рыба еще была жива и билась в ведре с водой, не имея сил выбраться наружу. Митр оцепенел. Он понял, что представители незнакомой расы, к которой принадлежала Лика, не такие миролюбивые. Он боялся, что следующий образ покажет ему, как этой рыбе причиняют невыносимую боль.
«На самом деле, отец ловил рыбу ради спортивного интереса, а потом почти всегда отпускал обратно», — Лике было сложно объяснить, в чем именно заключался этот интерес и какую пользу он приносил.