Чтение онлайн

К её удивлению, Хеймо не позволил ей оплатить счет. Это внезапное проявление заботы насторожило её. С чего бы ему делать такие широкие жесты, и нет ли в этом подвоха? Но Лехманн по дороге назад вел себя так же непринужденно, как и раньше. Сама того не желая, Рами расслабилась и даже получала удовольствие от приятной прогулки и его постоянной болтовни. По его сценическому образу злобного демона нельзя было и предположить, что в жизни он такой простой, дружелюбный и общительный.

– А ты давно этим занимаешься? – спросил он внезапно, и Рами удивленно подняла брови.

– Чем этим?

– Спортом, – он указал рукой на пляж. – Я утром наблюдал за тобой, и это выглядело эффектно. Словно танец. Это что за боевое искусство?

– Тайский бокс, – она усмехнулась. – Мне никогда не казалось, что мои удары ногами можно принять за танец.

– Ну как же, знаешь, есть же такое искусство в Бразилии, – называется «капоэйра». Вот и тут похоже. Как давно ты этим занимаешься?

– Около года. Когда жила в Берлине, ходила на тренировки каждое воскресенье. А до этого я никогда спортом не занималась. Мне запрещали, – произнеся последнюю фразу Рами испуганно умолкла, но Хеймо не обратил внимания на её последние слова.

– Ничего себе, всего год и только раз в неделю, – он покивал. – Это же всего пятьдесят два занятия. Никогда бы не подумал, что за такой короткий промежуток времени можно научиться, вот так ловко управляться с собственным телом. Хотя мне вообще все это сложно представить. У меня хорошо только шаманские пляски выходят. Хотя ты и так это знаешь.

– Откуда я могу это знать? – спросила Рами, радуясь, что он перевел разговор на себя.

– Ну так ты же видела на концерте, как я выплясываю в начале шоу на песне «Мертвый волк», – он рассмеялся. – Хотя поначалу все время боялся, что зрители решат, что у меня случился припадок, и разбегутся в ужасе. А потом мне сказали, что вышло правдоподобно, будто я и правда шаман.

– Я никогда не была на концерте, а по видео, которые выкладывают фанаты в социальных сетях, сложно судить насколько это правдоподобно, – Рами улыбнулась. – Но поверю на слово.

– Что значит никогда не была? – он остановился и уставился на неё круглыми глазами.

– Как-то не довелось, – она виновато улыбнулась. Видно, её ответ ненароком задел его самолюбие, и она добавила: – Это слишком дорого для меня, а так я бы с радостью сходила.

– Так почему Роберт не внёс тебя в списки? – он нахмурился.

– Я его не просила. Решила, что это не очень прилично, – она пожала плечами. – Да и сейчас так считаю.

– Так ты хочешь сходить на концерт? – он смотрел так пристально, что стало немного не по себе. Она отвела глаза, подумав с горечью: этому ублюдку Мансуру все же удалось сломить её волю и превратить в затравленную и пугливую овцу.

– Хочу, – ответила она, чуть подумав. – Но просить Роберта не стану.

– Да и не надо. Я сам впишу тебя в список своих гостей послезавтра. Мне только нужно будет знать твое полное имя и фамилию.

– Нет, что вы, герр Лехманн! – она так разволновалась, даже забыла, что он просил обращаться к нему на «ты». – Это лишнее. У меня могут быть неприятности из-за этого.

– Не говори ерунды, – он махнул рукой. – Какие еще неприятности. Йоран на каждый концерт приглашает по десять женщин, и всем плевать. Нет ничего дурного в том, чтобы ты посмотрела шоу. К тому же мне будет интересно поболтать с тобой об этом после. Всегда любопытно, как разные люди воспринимают наше выступление.

Рами промолчала. Фраза насчет Йорана и его женщин больно резанула по сердцу, но она постаралась отогнать от себя эти глупые мысли. Что еще за неразумная фанатская ревность, на которую она не имеет никакого права.

– А сейчас я думал прогуляться в ту сторону, – он указал рукой куда-то вдаль. – И если хочешь, можешь составить мне компанию. Ведь, насколько я понял, у тебя сегодня выходной, а нет ничего лучше, чем провести его за долгими пешими прогулками по новой местности.

– Я согласна, если только это тебя не обременит, – Рами, к её удивлению, и правда хотелось пойти с ним.

– Не обременит, если тебя не придется тащить на себе. Ты хоть и миниатюрная, но я слишком худой и такое я не осилю, – пошутил он и Рами рассмеялась.

Пожалуй, это был первый раз за многие годы, когда она по собственному желанию пошла куда-то с мужчиной и при этом не боялась, что это кончится плохо. Может, у неё есть шанс забыть прошлое, победить страхи, и её жизнь, наконец, станет нормальной?

Рамиля склонилась над унитазом, и её вырвало остатками обеда. Из глаз полились слезы. Она разогнулась, нажала на кнопку смыва, открыла воду в раковине и умыла лицо. Её чемодан все еще стоял в комнате, не распакованный. Роберт привез её утром, но времени разобрать вещи не было. Пришлось сразу приступить к готовке, чтобы успеть к обеду. Зубная щетка и паста лежали в косметичке внутри чемодана, но идти за ними сил не было, и она просто прополоскала рот несколько раз и закрыла воду. Опершись ладонями о край раковины, Рамиля посмотрела на свое отражение в зеркале. Вид больной: темные круги под припухшими покрасневшими глазами, бледная кожа землистого оттенка.

– Черт! – выругалась Рамиля и отвела взгляд.

С трудом доковыляв до спальни, она рухнула на постель лицом вниз. Если она хочет успеть на концерт, то нужно как можно быстрее привести себя в порядок и выходить из дома. Рамиля не могла заставить себя подняться. А может, просто не ходить? Интересно, обидится ли Хеймо? Ей бы не хотелось портить с ним отношения. Он оказался славным, пускай и чудаковатым, что, впрочем, лишь придавало ему шарма. Хеймо позвонил вчера вечером и просил её прийти пораньше, и Рами пообещала, что успеет к семи. Но стоило ли давать обещания, зная, что организм может выкинуть подобный фортель?

Такое с ней случалось. Стоило перенервничать, как начинало тошнить, а после приходила полнейшая апатия. Обычно требовалось несколько часов, чтобы приступ прошел. Она тихо ненавидела себя за то, что не может быть нормальной, когда это так нужно.

Зазвонил телефон. Рами перекатилась на спину, спустила ноги на пол, рывком поднялась и побрела на звук. Телефон лежал на кухне рядом с горой немытой посуды, вид которой вызывал еще большую тоску.

Она посмотрела на номер. Незнакомый. Сердце сжалось от страха, как бывало каждый раз, когда она сталкивалась с неизвестностью. Она взяла трубку, нажала на кнопку приема вызова, приложила телефон к уху, но при этом продолжала молчать.