Чтение онлайн

Рынок находился недалеко от парка, хотя в этом городке все было рядом, и, выйдя за ворота, направились к первым палаткам, начинающимся по обеим сторонам широкой дороги. Столики торговцев, заваленные всякой всячиной, находились под яркими тентами, защищающими продавцов от солнца. Сначала шли палатки с фруктами и овощами, мы, переходя от одной к другой, скупали все, на что упадет взгляд, ну кроме того, что требовало долгой термической обработки, так как в условиях базы это сделать не реально. Было интересно попробовать местные вкусняшки. К тому же, еще в первый раз, нам загрузили все информацию по съедобным овощам-фруктам. Поэтому отравиться мы не боялись.

После продуктовых палаток, пошли вещевые, тут мы с Элькой тоже с интересом начали все рассматривать. Но услышав тяжелые вздохи за спиной, обернулась. Это Адам тащил все пакеты, которых было уже ну ооочень не мало, и страдальчески на нас смотрел. Но как настоящий мужчина терпел и держался, пока женщины ходят за покупками. Мне стало его жалко, да и времени мы потратили на все больше шести часов, пора бы уже возвращаться, к тому же бедному Адаму еще и до базы эти пакеты тащить. Ну что ж, такова нелегкая мужская доля.

Подергала Элю за рукав:

— Эль, давай заканчивать. Поздно уже, да и Адам устал.

Эля обернулась и сурово посмотрела на Адама:

— Ты устал? — и так она это сказала, что если он хотел спокойно жить дальше, ответ мог быть только один.

— Нет-нет, девочки, смотрите.

А я его прям зауважала: мало того, что настоящий, так еще и умный мужчина, принял единственно правильное решение в этой ситуации.

Эля пожала плечами, отвернулась и продолжила. Ну а я тоже подключилась, все-таки это очень увлекательно ходить в другом мире по магазинам, ну и по рынку тоже.

Так незаметно мы продвинулись достаточно далеко, платки редели, да и народу становилось меньше. Все-таки время приближалось к вечеру. Мы уже с Элей обсудили, что пора бы и правда заканчивать, как вдалеке заметили толпу людей.

— Ой, я точно знаю, там должно быть что-то интересное, — произнесла Эля, и рванула в том направлении.

Мы же скептически переглянулись с Адамом, он еще и страдальчески закатил глаза, поспешили за ней, не хватало еще потеряться.

Люди толпились вокруг большой сцены, прямоугольной формы, причем пустой. Издали оглядев все, и не найдя ничего заслуживающего нашего внимания, я окликнула Эльзу:

— Эль, пойдем отсюда. Поздно уже, пока на базу доберемся, вообще ночь наступит, видишь же, здесь ничего нет.

— Ребят, ну может здесь представление какое-нибудь будет? Ведь не зря же сцену ставили? Да и народу видите сколько, явно не просто так.

Эля решительно подошла к стоящему рядом мужчине, и обратилась к нему:

— А вы не подскажете когда начало?

— Да сейчас и начнется, минут через десять может. Вы бы прошли поближе к сцене, отсюда все равно ничего не увидите.

Эля с победной улыбкой повернулась к нам, мол, ну я же говорила и, взяв меня за руку, потащила к сцене, обходя многочисленных людей. Я только обернулась, убедиться, не отстал ли Адам. Хотя, его среди толпы было легко заметить, он был выше всех примерно на голову. Обернувшись в очередной раз, заметила, как Адам спал с лица. Только секунду назад оно было заинтересованное и живое, и раз, будто окаменело, лишившись разом всех эмоций.

Меня напугало такое преображение, и я обернулась посмотреть, что же там впереди он такого увидел. В этот момент мы подошли почти вплотную к сцене, и Эля остановилась, будто налетела на стену, пришлось обойти ее и тоже взглянуть вперед.

А посмотреть было на что. Справа от сцены стояли клетки, много клеток, в которых были люди. Мужчины, женщины, дети. Я в ужасе уставилась на это, не веря своим глазам. Это был рынок палмеев.

На сцену взошел мужчина средних лет, склонный к полноте, в дорогой одежде и торговля началась.

— Достопочтимый лирд Серентом продает семью палмеев: самца, самку и их детеныша. — Открыли одну из клеток, и на сцену вывели изможденного мужчину в широких серых штанах и длинной рубахе босиком, женщину в широком простом платье, и судорожно вцепившегося в ее руку малыша лет трех.

Тем временем распорядитель продолжал:

— Самец отлично разбирается в технике, может починить любой автомобиль, его самка раньше работала на кухне, умеет готовить блюда разных стран. Начальная цена — 1000 ридов.

Из толпы хорошо одетых горожан стали поднимать руки и выкрикивать цены. Торговля шла бойко, такие специалисты были нужны многим.

Я стояла как в ступоре, мозг отказывался воспринимать информацию. Только смотрела в глаза испуганного малыша, сжимающего руку матери, и повторяла про себя: "Боже мой, Боже мой, неужели это правда? И их вот так вот, как скот продают от лирда лирду".

Адам подошел поближе, и тронул за плечо:

— Я думаю нам нечего здесь делать, пойдемте.

Я согласно кивнула, и с тяжелым сердцем отвернулась от сцены, потянув за собой Эльзу.

Пока мы пробирались сквозь толпу, подальше от сцены, семью палмеев купили, и на сцену вывели одного мужчину, распределитель как раз его объявил:

— Достопочтимый лирд Панчор продает своего палмея. Самец в возрасте шестидесяти семи лет. Хорошо обучен и подготовлен на должность охранника. Владеет навыками рукопашного боя, многими видами оружия. Начальная цена семьсот ридов.

Тут из толпы кто-то крикнул:

— Я хочу проверить, насколько он хорошо обучен.

Распорядитель разрешил:

— Хорошо, проверяйте.

Мы непроизвольно остановились и обернулись.

По указанию мужчины из толпы, на сцену поднялись двое его охранников, в одинаковых темных одеждах, хоть и не в униформе.

Они, не сговариваясь, бросились на палмея, и начали его избивать, применяя различные приемы, все из них мой мозг распознавал, и я знала, как надо на них ответить, а вот мужчина — нет. Толпа веселилась и улюлюкала, подбадривая охранников. Палмей поначалу еще пробовал оказать сопротивление, но все его ответные удары были настолько слабы и неточны, что очень быстро его уронили, и начали добивать ногами.