Чтение онлайн

Но всюду ее ждало глубокое разочарование. Прежде, чем она решилась обратиться за помощью к писателю, она старательно обивала пороги многих издательств, но никто не отнесся серьезно к предлагаемому уникальному документу. Рукопись даже не взялись прочитать, отговариваясь то утвержденными уже, то даже сверстанными планами, то на предстоящие годы книгами, а то и просто неясностью перспективы собственного существования из-за безудержно растущих цен на бумагу и полиграфические услуги.

Словом, никто не брался издать записки никому не известного автора, за кого бы он себя ни выдавал.

У Оли опускались руки. Ее представления о печатном слове, разоблачающем любые ошибки и злоупотребления, были бесконечно далеки от действительности… даже в условиях гласности.

Лена насмешливо наблюдала за стараниями сестры.

— Ничего у тебя не выйдет! Кто тебе поверит, деточка! — начала она этот ночной разговор.

— Я плохо понимаю, в каком мире мы живем.

— Это надо тебя спросить, дорогая. Это ты не хочешь спуститься на грешную землю с небес и все мечтаешь о новых объятиях снежного человека, который унесет тебя на небо или… не знаю еще там куда!

— Как ты можешь так говорить, Лена?

— Я — трезвый человек. И сообщение о гибели «инопланетян» для меня убедительнее, чем твои россказни.

— Что же мне делать?

— Прежде всего, выкинь из головы намерение отправиться в другое измерение, которого, может, вовсе и не существует на самом деле!

— Но ведь там ждет меня Альсино!

— Боюсь, что похищение снежным человеком для тебя не прошло даром.

— Ты имеешь в виду мир найнов?

— Я имею в виду твое здоровье. Ты живешь во власти галлюцинаций, в мире выдуманных фантазий, которые ты принимаешь за реальность. Я не знаю, что произошло с Юрой, который испытывал военный объект, не знаю, как и где тебя саму высадили с него и ты попала в лапы снежного человека. Но, извини, ни в какие параллельные миры я не верю!

— Лена, что ты такое говоришь? Как ты можешь?

— Я должна заботиться о тебе.

— Вот как? Папа не хочет помогать мне, ты отвернулась. Осталась одна бабушка…

— Бабушка тоже не поддерживает твоего безумного желания снова оказаться в объятиях этого мохнатого чудовища, бросив своих родных и близких.

— А разве не ты сама, Лена, еще недавно собиралась уехать в чужую страну с каким-нибудь иностранцем?

— Детские бредни, как и у тебя сейчас. Я пережила свои и теперь должна помочь тебе преодолеть твои. И я жду возвращения Юры из секретной командировки. Не думаю, что за это время он может стать менее здравомыслящим, чем тогда, когда я его узнала.

— Не говори ничего дурного о погибшем герое!

— Он погиб только в твоем воображении, Оля. Ты просто пытаешься навязать свой бред остальным.

Сестры проговорили всю ночь. Под утро, подойдя к открытому окну и глядя на занимающуюся зарю, Лена неожиданно спросила:

— А когда твой Мохнатик должен явиться за тобой?

— В ближайшее полнолуние.

— Это будет безумием.

— Ничто мне не помешает улететь. Достаточно того, что никто не помогает…

— Тебе нужна совсем другая помощь… врачебная! А теперь спи! — Она подошла и поцеловала сестру.

Оля уткнулась в подушку, наволочка которой скоро стала мокрой от слез.

Кто же безумен? Она или Лена? Как Лена может говорить о нереальности всего рассказанного Олей, когда сама же провожала Кочеткова в полет? Не знала — в какой? А вот бабушка сразу догадалась и встречала ее на поляне, когда Мохнатик спустил ее на траву. Нет, она, Оля, в порядке! Не в порядке бедная Лена. И ее еще ждет сильный удар, когда дело, задуманное Олей, будет доведено до «опознания».

В конце концов, все это необходимо вовсе не Оле или Лене!

Версия о сбитом чужепланетном корабле со шпионами повлекла за собой раздутую журналистами версию о боязни инопланетного нашествия. И былые решения о разоружении оказались под угрозой, от них теперь уже готовы отказаться! А под этим предлогом будет развернут новый виток вооружения. А оружие, как известно, не терпит бездействия и будет применено не против пришельцев, а в новых войнах. Последствия непредсказуемы, да о них даже страшно подумать!…

Нет, колебания недопустимы! Разоблачение вздорной версии об «инопланетянах» необходимо. Это Олин долг!

Все это девушка горячо говорила бабушке, а та слушала, прикуривая сигарету за сигаретой.

— Да, — сказала Евлалия Николаевна и прокашлялась. — Тут ты права, девочка. Я-то знаю, что такое война. Это не поле славы, а узаконенное беззаконие, как сказал какой-то мудрец. Поэтому надо бороться!

Оле пришлось отложить на время завершение записок Альсино и хлопоты по их публикации. Бабушка с завидной энергией развила деятельность, результатом которой стал приезд представителей комиссии ООН, созданной для расследования катастрофы НЛО. Их заинтересовала возможная встреча с очевидцами, якобы располагающими сведениями об экипаже НЛО.

Кроме Оли и Лены в Биоинститут приехал директор завода, где сооружалась под руководством Альсино «летающая тарелка», и двое рабочих, участвовавших в ее изготовлении. Ими оказались Иван Степанович и Коля.

Не только Оля, даже Лена помнила их, выходящими из проходной завода перед стартом «Летающей тарелки».

Приехав теперь по приглашению в Биоинститут и встретясь с сестрами Грачевыми, они вспомнили их: Олю, постоянно приходившую к «иностранцу», руководившему работами, и Лену, прощавшуюся у проходной с начальником группы.

Профессор Сафронов был противником этой встречи и дал согласие участвовать в ней лишь после того, как понял, что она состоится независимо от его желания. И теперь, принимая представителей комиссии в кабинете академика, он пытался настроить всех на скептическое отношение к предстоящей беседе.

Щеголяя совершенным английским, он убеждал:

— Джентльмены, я ценю вашу высокую миссию, но хотел бы предупредить вас, что очевидцы — далекие от науки люди, не имеющие представления о собранных данных, касающихся космических пришельцев. И, кроме того, их сведения об экипаже «летающей тарелки» не подтверждены фактами. Я надеюсь, что вы учтете это в своих выводах.