Иномирец
Шрифт:
Сердце заходило ходуном и сознание помутилось.
Макс:
В комнату ввалился Дерек без сознания и развалился на полу. Пьяный что-ли? Запаха вроде нет.
Затащив этого обморочного под плечи в комнату, я плеснул ему на голову воды из канистры.
Магистр подорвался в сидячее положение, тяжело и прерывисто дыша.
— Очнулся болезный? — ехидно поинтересовался я.
Взгляд, направленный на меня, был полон обиды и злости.
— О боги, вот же ты гад, Макс.
После этих слов он поднялся и ушел, ощупывая область сердца.
Нахрена вообще приходил? Ну да ладно, коль ушел, так значит неважно было. Мне тут ещё работы непочатый край.
Пришлось несколько раз переделывать печать разряда, дабы меня не шарахало. После наклепал около полусотни патронов к нему, так как на большее воды не хватило.
Оглянувшись на часы, я понял, что еще всего десять вечера, времени для работы вагон и маленькая тележка.
Манипуляторы много времени не заняли, так как был прообраз, но вот маны выжрали они, будь здоров. Но в итоге, шесть здоровых и красивых манипуляторов лежат на полу моей комнаты. А рядом валялась катушка с нитями.
Улыбнувшись, удовлетворенный своей работой, убрал все новые игрушки в кольцо.
Фух… Это было потно, на часах одиннадцать тридцать, а значит пора спать, с утра мне к кузнецу.
Да еще и испытание нового оборудования.
Как же я люблю тебя, мир магии!
Ложась спать, я задумался о том, что если револьвер себя хорошо покажет, надо будет делать и второй.
Так, все мысли прочь, а то не высплюсь.
Глава 14. Может по пивку?
1
— Ну и идеи у тебя, парень, нет чтобы накатить…
— Клим, я в турнире участвую, мне не до выпивки. Пока что. — добавил я, отчего глаза у Клима заискрились.
— Наконец-то будет с кем посидеть! — улыбнулся он, но после сразу же нахмурил брови.
— Сделаю я твои иглы, но меч будешь сам ковать. Вставай на меха, посмотрим, что выйдет.
Взревело пламя в горне.
Клим достал какой-то непонятный темно-серый слиток и сунул его нагреваться.
— Налегай, что есть мочи, а то не раскалим металл!
Я жал на меха как только мог, даже ману по телу пустил, дабы увеличить свои возможности.
Почти час я держал пламя в горне, температура поднялась настолько, что даже старика пробрало. По его телу растекались струйки пота, блестя серебряными бликами, чего уж говорить обо мне. Про запах метафор без мата подобрать не представлялось возможным.
Вот наконец он вынул этот слиток из печи и начал ковать, но даже под ударами его могучего молота, металл не сильно спешил менять форму. Тут я почувствовал что-то странное после очередного удара Клима. Вся кузня дрогнула. И снова. И вновь.
Направив ману в глаза, вместо мышц, я увидел удивительную картину: мана кузнеца не просто растекалась по меридианам, впитываясь понемногу в мышци, она неслась бешеным круговым потоком по каналам, поглощаясь мышцами с огромной скоростью.
Зрелище завораживало. Как он вообще это делает?
Я смотрел на это как заколдованный, запоминая как течет энергия по его телу, в надежде повторить.
Оторваться от этого наваждения получилось только через полчаса.
Тут Клим остановился и опустил молот.
— Фух, вроде всё. — произнес старик, опуская восемь острейших стрел в чан с водой.
— Клим, а что это… Фух… За металл такой вообще? — пытаясь отдышаться, спросил я.
— Манасталь — это довольно дорогой материал, образуется в местах залежей железной руды, возле скопления кристаллов маны. Этот слиток стоил три тысячи золотых.
— Сколько?! Это же охренеть какие деньги! Зачем?
— Я поставлю деньги на твою победу в турнире, тем самым заработаю куда больше, а если проиграешь, ты мне будешь всю сумму с процентами отрабатывать. — Кузнец ехидно ухмыльнулся.
— Фух, а я уж подумал что ты сбрендил, даря такую сумму просто так.
— Не дождешься, пацан. На вот, держи и не потеряй.
Он отдал мне иглы. Они были темно серыми, длиной около двадцати сантиметров, и крайне острыми. Несмотря на кажущуюся лёгкость, весили они порядком, примерно по паре килограмм каждая. Старик сказал, что сносу им не будет.
— Ну, может все же выпьем? За завершение работы, так сказать.
— А знаешь что… давай! — тихо рассмеялся я, — но обойдемся без огненной водички.
— Не вопрос, сегодня будем элем заливаться.
Пять часов спустя:
— Ой мороз моро-о-о-з…
— Не морозь меня…
— Моего коня-я-я!
Завывали мы, сидя в обнимку на шконке и держа в руках по здоровой кружке с элем.
— Фальшивишь, Клим.
Позже:
— Ява, Ява!
— Не дрожи, шалава!
Тут мы уже перекочевали за стол и горланили только что разученную песню, закусывая какой-то местной рыбой.
Какое-то время спустя:
— Две тысячи баксов, за сигарету!
— И даже пол жизни не жалко за это!
— Чутка покурить и до рассвета!
— Будем ли ждать, чтобы снова отдать?
Чокнулись кружками и влили в глотки по пол литра пива почерпнутого из бочки у стола.
Поздней ночью:
— Группа крови на рукаве!
— Мой порядковый номер на рукаве!
— Вы двое сколько вылакали?! — разнеслось по кузне.
Знакомый голос.
К нам ввалился Дерек.
— Я… Я не знаю… Когда начал бухать… То… М… Я уже был пьяный. — еле выдавливая обрывки слов, промямлил я.