Иногда говори "нет"

Ира бесконечно опаздывала. Так сильно опаздывала, что решила больше не спешить. Спешный перестук каблуков сменился вымеренным шагом, дышать стало намного легче.

Мягкое осеннее солнце который день доказывало, что бабы у нас, ух, какие! Это же из анекдота, вы не узнали? Про бабье лето: какие бабы, такое и лето. Небо пыталось насупиться и захлюпать носом, но каждый раз улыбающееся солнышко щекотало тонкими лучиками и разгоняло смуту. Дышать было легко.

До работы - всего двадцать минут пешей прогулки. Ира жила ближе всех и почти каждый день опаздывала. Сотрудники только головой качали, мол, жил бы на твоем месте, никогда бы не опаздывал. Девушка вздыхала и молчала про себя о том, что живя поближе, кажется, можешь поспать подольше, и отодвинуть на подальше встречу с ненавистным экраном, заключающим твою яркую жизнь в скучные ячейки бухгалтерских проводок.

Перебегая дорогу в указанном зеброй месте, Ира в очередной раз улыбнулась притормозившим водителям на нерегулируемом переходе. Изо дня в день одно и то же, одни и те же машины, одни и те же люди на переходе, одна и та же электричка, уходящая вдаль.

Но не сегодня.

Из омута собственных размышлений Иру вырвал гадкий громкий гудок. Девушка вздрогнула и устремила взгляд на волнующуюся толпу у края платформы. Исчезающая в мареве обычно в этот час электричка, истошно вопила противным визгом, стоя с уже законсервированными пассажирами и с места не трогалась. Машинист, наполовину высунувшись из окна, истошно вопил и сыпал отборным матом. Молодежь гоготала и подбадривала кого-то, не забывая снимать происходящее на дорогие гаджеты.

Не сбавляя скорости в надежде проскочить переезд без задержки, Ира врезалась в толпу.

– А милицию уже вызвали?

– Бабушка, ну, какая милиция? Полиция уже давно.

– А ты хрен хоть как называй - слаще редьки он не станет!

Молодежь загоготала с удвоенной силой - шутка показалась им пошлой.

"Неужели кого-то сбили?" - мелькнуло в голове и Ира зажмурилась. Встречаться со жмуриками с самого утра не хотелось.

Расталкивая любопытствующих руками и сбивая некоторым кадр, девушка вырвалась на первую линию фронта и невольно затормозила: на железнодорожных путях угрожая бело-голубому монстру молотом, стояла колоритная личность - викинг. Почему викинг? Да потому что стереотипы, блин! Соломенные волосы, заплетенные в косички, кожевенно-кованные одеяния, свирепый вид, перекошенное лицо и непоколебимая уверенность в правильности происходящего: спасу люд простой от чудища визгливого - вон сколько людей в его брюхе колотится.

С секундной задержкой для опознания чудика с колчаном стрел за спиной, Ира покачала головой и шагнула на рельсы. Набирая ход и жалея в первую очередь припавших в неизвестности к окнам поезда людей, опаздывающих на работу, девушка смело прошмыгнула за спиной человека-горы и в самый последний момент зацепила его за неопределенного назначения деталь костюма и плавно потянула за собой. Эффект неожиданности, секундное замешательство и грозный противник стального змия падает в пыль, споткнувшись о арматуру. Машинист, все еще матеря викинга на чем свет стоит, не теряя более ни мгновенья, тронул состав. Толпа зевак разочарованно вздохнула.

А Ира уже спешила дальше, не отвлекаясь на галдёж и улюлюканье, напрочь забыв о существовании странного, наверняка сбежавшего из психушки бывшего актера больших и малых театров.

– Ну, Ковалева, ну, как можно опаздывать, если живешь в пяти минутах ходьбы от работы?

– В двадцати пяти, - пробурчала девушка, подставляя белую пластиковую карточку любопытному зеву магнитного считывающего устройства и толкая преградивший путь жезл вертушки.

– Ирка, привет! Пошли курить, - по встречной семенили сотрудницы - погреться на сентябрьском солнышке.

Девушка отмахнулась.

Полдня рутинной работы, копания в бумажной могиле и головная боль к обеду - вот законный исход конца каждого месяца. Даже на покурить и кофе времени не оставвалось.

– Ирка, а ты слышала, что было утром на твоем переезде?

В обеденный перерыв кумушки предпочитали посудачить, поэтому обед начинался на пятнадцать минут раньше положенного.

– Слышала, - горько хмыкнула рыжая, - мне и поучаствовать довелось.

Подружки хором заохали:

– И что там?

– Задавили кого?

– Кровищи было, небось?

Ира только диву давалась кровожадности этих раскрашенных кукол Барби.

– Да там сумасшедший какой-то изображал из себя Дона Кихота и пытался вызвать на смертный бой железного змия.

Вздох разочарования пронесся над головами обедающих.

– Что, и никого не расплющило?

– Совесть у людей расплющило!
– возмутилась Ковалева, - вместо того, чтобы пожалеть, поговорить, они его на видео снимали, еще материли и подначивали. Козлы!

Рабочий день не захотел считаться со световым и закончился на много часов позже. Когда Ира, наконец, вырвалась из цепких объятий отчетного периода, на дворе стояла теплая осенняя ночь.

– Черт бы вас побрал, - стандартное пожелание всех бухгалтеров в адрес налогов и их законодателей.