Иноагент
Шрифт:
– Ну-ну, Алтай, успокойся.
– Хозяин вернулся.
С заискивающей улыбкой к ним приблизилась молодая и очень красивая женщина. Снегирев посмотрел на нее холодно и пренебрежительно.
– Карина, забери собаку.
Карина вцепилась в ошейник и потащила пса к сараю.
Снегирев оставил лыжи-палки у крыльца. Распахнул дверь.
– Прошу.
Си Унь вошла в широкую прихожую, пахнущую кожей, мехом и деревом.
– Смелее, - Снегирев легонько подтолкнул ее в спину.
В гостиной горел камин. Повсюду на стенах - оружие. Ружья, снайпереки, автоматы. Какой-то из этих стволов подарил смерть архару, чья голова с толстыми спиралями рогов, бестолково таращилась на пришедших. На полу, - шкура медведя с разинутой пастью. Здесь пахло шашлыком, дымком, и, опять же, кожей, мехом и деревом.
– Берлога охотника, - скромно улыбнулся Снегирев.
– Присядьте.
Си Унь уселась в плетеное кресло неподалеку от камина. Снегирев опустился во второе. Между ними - короткопалый столик, на котором - снедь.
– Угощайтесь.
Снегирев протянул Си Унь шампур. Рот девушки наполнился слюной, и она поняла, что дико голодна. Еще бы - перелет от Владибурга до Сочи, затем тряска в такси, электросани, пешкодрал по сугробам. Как не устать и не проголодаться?
– Благодарю.
Ее зубы скрипнули по железу, когда она сдирала с шампура кусок сочного мяса. Си Унь смущенно улыбнулась. Снегирев отвернулся, стал смотреть на огонь. Сам он ничего не ел.
Доев шашлык, Си Унь протянула руку за соком.
– Возьмите вина.
Снегирев собственноручно наполнил бокал, протянул китаянке. Девушка сделала глоток. Ого. Это было лучшее вино, что она пробовала в жизни.
В гостиную вошла Карина.
Снегирев раздраженно взмахнул рукой, и женщина скрылась. Как привидение.
– Я сыта, Виталий Витальевич, - сообщила Си Унь.
Ее губки жирно блестели.
Снегирев взял салфетку, протянул девушке.
– Расскажите мне про Омоложение.
В глазах Вождя отражался огонь камина.
– Это новейшая методика, вобравшая в себя секреты древних мастеров, - заученно выдала Си Унь.
– Мы совмещаем несколько видов китайской медицины, направленной на омоложение организма, включая китайский массаж, китайские ванны, китайское иглоукалывание, китайскую травотерапию и китайский ...
Она умолкла, глядя на Вождя.
– Китайский что?
– спросил Снегирев.
– Китайский секс, Виталий Витальевич.
Глава 21
– Вы шутите?
Си Унь отрицательно покачала головой.
– Нет, Виталий Витальевич, я не шучу. Китайский секс - главнейшее условие омолаживания. Без него не получится.
Она развела руками и невольно улыбнулась: таким растерянным и жалким выглядел в эту секунду Вождь «величайшей» (а на деле - одичавшей) Империи. Русские: какие они все-таки птенчики.
– Но послушайте, Си Унь, - хрипловатым голосом сказал Снегирев.
– У меня есть жена... Карина. Нельзя ли ... без этого?
– Виталий Витальевич, никак невозможно, - отчеканила девушка.
Снегирев задумался, глядя на голову архара. Похрустел пальцами.
– Но что вы имеете ввиду под «китайским сексом»?
В голосе Вождя теплилась надежда.
«Как он верен своей Карине», - с некоторым уважением подумала Си Унь.
– Проникновение вашего члена в мое влагалище, разумеется.
Снегирев взял со столика яблоко. Откусил. Положил обратно.
«Старый импотент», - с неожиданной злобой подумала Си Унь. Ей еще не приходилось уламывать мужика заняться с ней еблей.
– А скажите, Черкасов, он тоже... Ну...
– Да, Виталий Витальевич, Берислав Анатольевич выеб меня.
– Выеб, - повторил Снегирев.
– Черкасов вас выеб...
И тут он решился.
– Хорошо! Хорошо, Си Унь.
Девушка испытала громадное облегчение, никак, впрочем, на ее лице не отразившееся. Дорогой товарищ Си Цзиньпин, дорогой и нежно любимый Народ, пока все идет по Плану.
– Я рада, что вы пришли к такому решению, Виталий Витальевич, - вполне искренне сказала Си Унь.
– А то, я уже подумала, что я уродина.
Она вытянула к огню длинные ноги, от одного вида которых у любого Члена Партии КНР задымились бы штаны, но Снегирев и бровью не повел.
– Сказать по правде, Си Унь, - Вождь улыбнулся, - я не большой любитель секса. Меня возбуждает другое.
– Что же?
Он долгим, оценивающим взглядом посмотрел на нее.
– Меня возбуждает власть.
«Ну, конечно, власть. Потому ты и желаешь омолодиться, чтобы и дальше править этой ущербной страной».
– Да, власть, - повторил Снегирев и кашлянул в кулак.
– Черт, простыл. Что же касается секса, то, уверяю вас, выделывать то, что выделывает в постели Карина, не каждой женщине под силу. Она - олимпийская чемпионка по синхронному плаванию.
– Я не собираюсь соревноваться с вашей женой, Виталий Витальевич. Моя задача - омолодить вас.
– Прекрасная, возвышенная задача.
Снегирев усмехнулся.
– Однако хотелось бы поговорить по функционалу наших ... занятий.
– Что вы имеете ввиду, Виталий Витальевич?
– Ну, как все это будет происходить?
– Виталий Витальевич, разумеется, я составлю индивидуальный план и расписание...
– Си Унь, вы меня не поняли. Я хочу знать, как будет проходить наш с вами секс.
– Виталий Витальевич, - девушка улыбнулась, - я все еще не понимаю вас.
На самом деле, Си Унь все поняла.
– Можно ли использовать гондон?
– Разумеется, нет, - жестко сказала Си Унь.
– Вот как...
– Виталий Витальевич, у меня на руках все анализы, я абсолютно здорова. Меня, как вы помните, проверял Берислав Анатольевич.
– Да-да, я помню, - кивнул Снегирев.
– И я бесплодна. О чем также есть справка.
– Ясно.
Снегирев откинулся на спинку кресла. Си Унь видела: Вождь доволен.