Чтение онлайн

— Пакгауз у канала — самое крупное свободное помещение, — отрабатывал жалованье ван Меер. — Конечно, здесь избыточная площадь, хватит на склад и на расширение.

Ван Нааген не разделял энтузиазма своего наймита. Низкое (ни погрузчиков, ни козловых кранов еще нет) мрачное сыроватое помещение отнюдь не ошарашивало своими размерами. Но придется брать. В бурно развивающемся торговом городе действительно дефицит площадей, он сам не нашел и такого.

— Не оптимально, для начала сойдет. Ван Меер, отправляйтесь в банк Голдберга, берите стряпчего, оформляйте сделку. За пакгаузом пустырь — обязательно купите и его. Срочно начинайте строить заводские корпуса и немедленно, — профессор особенно подчеркнул это слово, — немедленно отремонтируйте пакгауз, отныне цех номер один. Вся документация у господина Раджива. Для установки оборудования нам понадобится сухое и светлое помещение. Значит, вентиляция и освещение на первом месте. Второе — охрана. У нас будут пытаться похитить не только товары, но и секреты. Вы отвечаете головой, ван Меер. Мало заполучить образцы продукции, — мастер вспомнил токарный шпиндель и согласно кивнул. — Для их производства нужно знание всего технологического процесса.

— Далее. Вы навербуете по Роттердаму несколько десятков, может, сотню человек. Нам не нужны уникальные мастера, они и сами по себе отлично зарабатывают. Здесь надо переучиваться работать на станках. Раджив обучит первую партию специалистов, они наберутся опыта и начнут обучать других. Уже возникает необходимость привлечения людей из других городов, им нужно жилье, хотя бы казарменного типа, и питание.

— Зачем столько? Еще будут направления?

— Литье чугуна и стали, металлопрокат.

— Потребуются огромные расходы! Мы окупим строительство продажей металлов?

— Не выгодно продавать сырье и полуфабрикаты. Мы научимся производить такие же по сложности и точности изделия, как я вам показал. И вот на них развернемся по-настоящему.

— Господин, простите за вопрос. Откуда все эти сложные механизмы, чертежи, секреты? В Нидерландах, да и в соседних странах, насколько я знаю, такого нет.

Ван Нааген ожидал похожего вопроса и был готов к нему. Он показал своему помощнику кулон с изображением двух четырехконечных звезд.

— Узнаете?

Ван Меер взволновался не на шутку. Он, прилежный лютеранин, был изрядно напуган голосами, которые дважды раздались в церкви во время служб и смутили прихожан, вселили неуверенность в истинности того, что проповедовали с кафедры.

— Не бойтесь. Всякий, кто молится Христу или Богу-отцу, на самом деле шлет молитву Единому Богу. Если вам так проще представлять его себе, это ваше право, а не грех. Но только те, кто верят ему, не зашорив душу церковными сказками, получают небывалое знание и настоящую силу. Выбор за вами, Руут, но можете с ним не торопиться.

Ошеломленный голландец переваривал услышанное, а ван Нааген продолжал:

— Первым делом мы налаживаем станочное производство. Скупаем оружейную сталь, чего бы нам оно не стоило. Строим собственные доменные и мартеновские печи, выходим на полный цикл, от добычи руды до готового изделия. Как я уже говорил, начальный комплект оснастки предоставлю. Но вальцы прокатных станков, паровые двигатели, горнодобывающую и обогатительную технику необходимо изготовить самим.

Ван Меер не понимал и половины, но на всякий случай кивал головой.

— Естественно, станки мы никому пока продавать не будем. Тем более, в такой точности обработки ни у кого из ваших ремесленников просто нет нужды, даже в часовом и в оружейном деле. Но мы сможем делать мушкеты, что стреляют в десять раз дальше, быстрее и точнее, корабли, что смогут ходить без ветра, карманные часы без гирь и маятника, множество других чрезвычайно полезных вещей, которые сделают нас очень и очень богатыми.

В это время Раджа командовал в мастерской, которую отобрали для создания первого парового двигателя. Привязывать производство к речным колесам, ветрякам и прочим архаичным движителям не стали.

Сначала надо было преодолеть суеверные предрассудки и инерцию мышления. Инженер взял для демонстрации котел с водой и крышкой, вскипятил воду и под струю пара подставил наскоро сооруженный пропеллер. Он весело завертелся.

Старый мастер, подмастерья и ученики смотрели презентацию, как представление в балагане бродячих комедиантов, с интересом, но без тени серьезности.

— Вы видите, — сказал Раджа, — как сила пара преобразуется во вращательное движение. Аналогично крылья ветряной мельницы превращают силу ветра во вращение мельничных жерновов. Необходимо заставить пар вращать сверла и другие инструменты.

Мастеровые заулыбались. Сравнил, там сила ветра, гнущая деревья и срывающая крыши домов, а тут струйка пара из горшка. Если бы не рекомендация лично главы гильдии и посул хорошего вознаграждения, они бы не стали тратить время на ерунду. Но лектор не сдавался. Он закрыл отверстие в крышке, проложил тряпицу между крышкой и чугунком, обернул руку ветошью и крепко придавил крышку. Горшок зашипел паром, вырывающимся между щербатыми краями и крышкой, Раджа резко убрал руку, крышка вылетела и ударилась в притолоку, сосуд опрокинулся и залил очаг. Комнату заволокло паром.

— Мы видим дикую силу пара, неукрощенную, как порыв ветра, — не растерялся Раджа, не ожидавший масштабов локального катаклизма. — Наша задача в подчинении себе этой силы.

Он развернул схему простейшего парового агрегата с котлом, одним поршнем и шатуном.

— Смотрите. Давление пара давит на подвижное дно цилиндра, оно называется поршень, который двигается вниз, давит в свою очередь на шатун, тот проворачивает колесо. Оно вращается. Периодически доливаем воду взамен выкипевшей, пар конденсируем, подбрасываем дрова, машина крутится.