Инкогнито
Шрифт:
Заметил, что Арине не понравилось горячее, хотя она старалась скрыть реакцию на нелюбимую рыбу даже от самой себя. Повелась на заманчивое название, не вникнув в то, что из себя представляет это блюдо. Подозвал официанта, прежде чем она успела возразить.
– Будьте любезны, замените эту порцию на что-то … нерыбное. Верно? – коротко улыбнулся Арине.
Женщина предпочла бы молча проигнорировать нежеланный вкус, лишь бы не оказываться в центре внимания, но Аркадий покачал головой.
– В жизни не так много радости, чтобы вынуждать себя терпеть неприятное без особой нужды. Забудь об этом досадном недоразумении и расслабься. Просто получай удовольствие.
В словах почудился странный подтекст, и в тот же миг Арина заметила внимательный взгляд Андрея, остановившийся на ее лице.
– Я тоже не люблю рыбу. И сам попадался на этом блюде. Перемудрили с названием, а меню составлено не очень удобно: на слово «форель» обращаешь внимание, лишь когда обнаруживаешь ее в тарелке.
Женщина проглотила неловкость и заставила себя улыбнуться. Вспоминать мужа, который за четыре года брака так и не обратил внимания на ее вкусы, сейчас было опасно. Не хватало еще расплакаться. Если и предстоит упиваться жалостью к себе, то лучше делать это наедине. Или с Юлькой.
Пересказ инцидента вызвал у той понимающую усмешку.
– Ну-ну. Работать они умеют, конечно. А еще – дарить дорогущие цветы почти незнакомой женщине и оплачивать шикарный ресторан.
– Алисе тоже подарили цветы.
– Разумеется. Было бы неприлично оставить ее без букета, а тебе преподнести целых четыре. Но ты какая-то непоследовательная, дорогая. Еще вчера кипела от желания найти своего загадочного автора, а сегодня и слышать об этом не хочешь.
Желание обнаружить отправителя письма не уменьшилось, но теперь узнать правду стало еще страшнее. А еще больше Арина боялась, что кому-то из ее новых знакомых станет известно, что она сама обращалась к их услугам. В глазах мужчин хотелось выглядеть самодостаточной личностью, если не успешной, то хотя бы не абсолютной неудачницей, вынужденной выпрашивать ласковые слова у незнакомцев в Интернете.
Даже представить, что ее секрет станет общим достоянием, было стыдно.
Несколько глубоких вздохов позволили успокоиться. В любом случае, ей крупно повезло, и хотя рассчитывать на перемены в личной жизни не приходится, она вполне может обрести друзей и занятие, которое не будет оставлять опустошенной.
– Ты ведь могла бы написать ему в ответ, – вдруг проговорила Юля. – Узнать человека побольше – и вычислить. Если, конечно, по-прежнему нуждаешься в этом.
Арина улыбнулась: все-таки они с Юлькой во многом похожи. Сама вчера не раз возвращалась к подобной мысли. Даже на пути домой это был единственный вопрос, который осмелилась задать Алексу.
– У вас когда-нибудь случалось так, чтобы кто-нибудь писал ответы на полученные поздравления?
– Не то, чтобы часто… Хотя Алиска постоянно с кем-то переписывается, она ведь в основном работает на детей, а им одного письма почти всегда мало. Вот и сочиняют ответные послания. С каким-то мальчишкой общалась больше года, – мужчина ненадолго задумался, потом добавил: – Да и мне отвечали пару раз. Андрей упоминал о чем-то подобном…А почему ты спрашиваешь?
Пока он рассуждал, Арина чувствовала себя вполне сносно, а вот перенести взгляд, обращенный прямо на нее, оказалось тяжело. Просторный салон автомобиля внезапно сделался узким и душным.
– Просто так. На всякий случай, – отвернулась к окну, но в его отражении продолжала видеть лицо Алекса, и оттого смутилась еще сильней.
Мужчина улыбнулся краешком губ, но не стал выпытывать подробности. Только уточнил:
– Тебе нужно посидеть в офисе пару дней вместе с Алисой, это поможет разобраться. Увидишь в реальности, как все происходит, и вопросов не останется. Наверное, мы все вместе взятые написали меньшее количество писем, чем она одна. Настоящий ас!
Арина кивнула, понимая, что в том самом стекле, вглядываясь в которое, она тщетно пытается спрятаться от мужского внимания, выражение ее лица столь же очевидно, как если бы смотрела в упор. И вздохнула с облегчением, увидев поворот к собственному дому: как бы не привлекал ее новый мир, хотелось вернуться в привычные условия. На время хотя бы, чтобы переосмыслить полученную информацию.
– Я и написала… – не удержалась, признаваясь Юле в своем минутном помешательстве, случившимся прошлой ночью после переполненного
событиями дня. Единственное, на что она решилась, терзаемая любопытством. Несколько строк благодарности в нейтральном тоне за подаренное хорошее настроение. Кому-то … из мужчин, чьи лица впечатались в сознание. Или, возможно, Алисе? Это был бы самый простой вариант. Самый безболезненный, но какое-то незнакомое чувство подсказывало, что девушка здесь ни при чем.
– Он ответил? – глаза подруги зажглись азартом.
Арина рассмеялась.
– Юль, я написала почти в два часа ночи. А сейчас еще довольно рано. Сама до сих пор не добралась до ноута. Пока позавтракали, пока отвела Настю. Гляну вечером, когда вернусь из офиса.
– Вечером? – изумленно ахнула та. – Да разве можно столько ждать? Сейчас посмотри!
– Нет там ничего… Не может еще быть.
– Вот и убедишься, что нет.
Вздохнула в ответ на такую настойчивость, но уступила, включая ноутбук. А когда увидела в списке писем то же самое «А», отшатнулась, в испуге оборачиваясь к Юле. Отправка письма – два часа спустя после ее послания. Он всю ночь не спал? Кто из четверых? Пришедшая следом мысль расшатала остатки спокойствия: если бы его объятья баюкали любимую женщину, он вряд ли нашел бы время для писем незнакомке.
«Отчего не спишь, птичка? Слишком шумной оказалась песня ночного ветра? А ведь он должен стать для тебя попутным. Расправь крылья, смелая, красивая. То, что ждет впереди, будет желанным…».
Глава 5
Потому что никто никому не обещан –
Ветер список влюблённых порвал на две части,
И единственной самой из тысячи женщин
Отыскаться однажды – случайное счастье.
Потому что Земля не летит по спирали,
Её замкнутый эллипс – предел отторженья,
И двоим, потерявшимся в списке, едва ли
Предначертана встреча по дате рожденья.
Потому что у времени и расстояний
Перепутано кем-то число измерений,
И на каждую встречу по десять прощаний,
И на десять обид – полпроцента прощений…