Чтение онлайн

— А ратты?

— Не знаю. Эти твари в любую щель пролезут, да. Вообще они только в стае опасны, но с «королем», говорят, становятся как бешеные. Прямо на пули лезут. Ну ты сам видел…

Девушку слегка передернуло. Да, воспоминания о кровожадных раттах, от которых мы едва ушли, не относились к разряду приятных.

— Понятно. Теперь расскажи мне об Оскале и войне Одержимых. Из–за чего она вообще началась?

Девушка тяжело вздохнула и немного замялась, что–то обдумывая. Я уже не первый раз замечал, что упоминание Одержимых не вызывает у нее никакого энтузиазма. Запрещенная, болезненная тема, которую стараются не затрагивать обитатели Энджело?

— Расскажи, Тара. Мне очень нужно знать, — мягко подтолкнул я девушку.

— Ну, Оскала раньше звали Айсберг. Рассказывают, что он был одним из учеников самого Прометея, создателя Города и Легиона, — нерешительно начала Тара, тщательно подбирая слова, — Это долгая история, Грэй…

— Ничего, я хочу послушать.

Она негромко заговорила, и передо мной словно наяву вставали времена, когда только–только отступила многолетняя Тьма, окутавшая Землю после Импакта. Инкарнаторы еще не построили Город, а единицы, выжившие из миллионов, покидали свои убежища, улыбаясь восходящему солнцу. Молодой Инкарнатор, получивший имя Айсберг, был невероятно талантлив, и сам Прометей, создатель Монолитов и Легиона, видел в нем будущее Города. Он сделал его своим учеником, и вместе они прошли через много битв и испытаний, с боем отвоевывая у чудовищ и созданий Черной Луны каждый клочок Земли. Но ненасытная жажда знаний юного Техноманта дала о себе знать, постепенно Айсберг отдалился от учителя, начав изучение секретов энергии Азур. Чем дальше он погружался в пучину знаний о Грани, тем больше его засасывала трясина сомнения. Он разговаривал с азурическими созданиями и изучал тварей Черной Луны. Его эксперименты становились все более опасными и зловещими, ив конце концов он был изгнан из Города, а его имя и работы преданы забвению.

Когда наступило время Осады, Инкарнаторы вновь призвали Айсберга. Под сигны Легиона собирали всех, даже отступников, предоставляя возможность искупить вину. Инкарнаторы заключили нечто вроде союза, в котором Техномант, посвятивший десятки лет изучению тайн Черной Луны, стал одним из проводников Легиона. Неизвестно, что произошло там, в недрах зловещего планетоида, дышащего А-энергией, но когда уцелевшие Инкарнаторы вернулись на Землю, Айсберг был в их числе. Но только теперь они…

— Они вернулись в Город и едва не погубили его, — тихо говорила Тара. — Они коварно напали ночью. Говорят, Айсберг предательски убил Прометея. Была великая битва, в которой погибло очень много людей и Инкарнаторов. Город был почти уничтожен… С тех пор их, тех, кто вернулся, называют Одержимыми. Они получили другие имена, Айсберг стал Оскалом, Тирея Мун — Ведьмой, Хан Су — Каннибалом. И началась война, о которой ты спрашивал… В ней погибло еще больше людей и Инков… я не хочу говорить об этом.

— Все Инкарнаторы, кто вернулся с Луны, стали Одержимыми? — переспросил я.

— Я не знаю, Грэй. Все говорят по–разному, — ответила Тара. Тема Одержимых была явно очень неприятна девушке, будто я затронул неизвестное местное табу. — Болтают, что часть Инков до сих пор там, удерживают старые цитадели… Только я не верю, они бы дали нам знак. Ведь столько лет прошло…

— Ты не хочешь разговаривать об этом? Почему?

— Понимаешь, Грэй… Мы тут типа простые люди. — Закусила губу Тара. — Не знаем правды. Ведь Инки, те, что Одержимые, они как бы из многих стран были. Из разных поселений. Говорят, вернулись к своим людям, и те им поверили. Пошли за ними. Разное болтают. Война была долгая, плохая. Люди против людей, Инки против Инков. Тех городов сейчас нет больше. Город и Легион сильнее оказались. Понимаешь?

Я наконец–то понял. Война Одержимых была междоусобной, Инкарнаторы и поддерживающие их люди разделились на два лагеря. Город победил и огнем и мечом прошелся по владениям ренегатов, выкорчевывая саму память. Это неприятные воспоминания, особенно если Энджело занял в конфликте не ту сторону.

— А Ангел, о котором ты рассказывала? И его группа? Что произошло с ними? — спросил я.

— Никто не знает. — Шмыгнула носом девушка. — Он же не вернулся. Мы верим, что они все еще там, на Луне. Несут стражу… Мы в стороне остались, поэтому нас и не тронул Легион. Ну, почти… Другим повезло меньше. Кого не сожгли ракетами, теперь платят Легиону трибутами, типа тебя. Ой…

Информацию приходилось вырывать клещами, по–крупинке. Значит, трибуты Тимуса, потомки кланов Инкарнаторов из Семи Городов, не добровольцы, а что–то вроде заложников, обязанных служить на благо прежнего врага? История становилась все интереснее и получала совершенно другую подоплеку.

— А из–за чего началась война? Что вообще не поделили Одержимые и Город?

— Все по–разному болтают. Говорят, на Черной Луне их коснулась Тьма, — ответила девушка. — Говорят, стали одержимы Черной Луной. Они хотели захватить власть над Городом и убивали всех, кто был против. Еще рассказывают, что…

Она внезапно прервалась и резко замолчала, будто сболтнула лишнее.

— Продолжай, Тара, — мягко подтолкнул я. — Другие говорят… что?

— Грэй, я тут типа подумала, — протянула девушка, расширенными глазами глядя на меня. — Ты ведь Инк, и тоже, говоришь, как бы упал с Черной Луны. Значит, ты тоже…

Мико: Система Стеллара определила Одержимых как одну из глобальных Тревог. Очевидно, это Инкарнаторы–ренегаты, скорее всего, лишенные званий и доступа к системе. Мы успешно прошли регистрацию в терминале и не можем быть Одержимым, Грэй.

— Одержимый? — чуть улыбнулся я. — Нет. Иначе мы бы не вошли в Монолит.

— Черт, точно. Что–то я не сообразила, — облегченно выдохнула девушка. — Но все равно, если пройдет слух, что ты Инк, люди начнут придумывать всякое…

— Я не собираюсь раскрываться, по крайней мере, пока, — ответил я. — Мы же договорились. Расскажи лучше, как добраться до вождя раттов?

— Нас из форта сейчас не выпустят. Я слышала, выход перекрыли из–за Бродяг, — отрицательно покачала головой Тара. — Надо идти к «Ангелам», просить Нокса. Но вряд ли… Меня–то они знают, но тебя — нет.

— Понятно. А у вас тут есть кто–нибудь вроде артефактолога? Разбирающийся в азур–артефактах?

— А, когти Пожирателя хочешь сдать? — понятливо улыбнулась Тара. — У нас есть Рино. Он старый, но настоящий Заклинатель. Давным–давно обучался в Тимусе, отслужил свое в Легионе. Он сейчас заведует ретранслятором и учит «Ангелов», у него там лаба… лабо… ну, короче, целая башня со всякими штуками. Я тебя отвезу. Мне тоже нужно заскочить в пару мест.

Заклинатель обитал в кольцевом трехэтажном корпусе, опоясывающем огромную башню ретранслятора Энджело. Здесь, видимо, находился военный и административный центр поселения, вход охраняли «Ангелы». Нас опять проверили, но так, поверхностно, скорее для порядка. Оружие мы оставили у Тары, а забирать крипторы никто не стал. В самом здании и коридорах попадалось множество людей, спешащих по своим делам. Многие улыбались и здоровались с Тарой, некоторые удивленно смотрели на меня, но в основном — не обращали внимания. Скорее всего, в форте обитало не так мало народу, чтобы каждая новая физиономия была сенсацией.