Чтение онлайн

— Что ж, — кисло сказала Мория, — меня не волнует, сколько раз эта женщина унижала себя. Завтра утром я в любом случае проткну её насквозь своим клинком. Завтра от Авы останутся лишь крошечные кусочки плоти.

Она одарила меня волчьей ухмылкой, от которой у меня кровь застыла в жилах.

Глава 32. Ава

Аэрон вёл меня по снегу, и я поплотнее закуталась в плащ. Шалини молча шла рядом со мной. Она, казалось, была в ярости, не желала произносить ни слова. Или, может, это просто нервы заставляли её молчать, но над нами обоими нависло дурное предчувствие. Всего через несколько часов я буду сражаться с принцессами.

Впереди на горизонте вырисовывался серый каменный амфитеатр — наполовину разрушенный, как Колизей, но вдвое больше римской арены. Камень отливал чёрным под палящим солнцем, с его тёмной скалы свисали сосульки.

Сегодня мы будем сражаться, как гладиаторы на замёрзшем ландшафте.

Принцесса Элиза из клана Селки шла впереди, её зелёные волосы ниспадали поверх серебряных доспехов. Она оглянулась на меня раз или два, и судя по виду, её слегка подташнивало.

Я сделала долгий, медленный вдох. Вскоре Мория и Клина должны были сразиться в амфитеатре, и они уже прибыли. Мне кажется, я знала, чем это закончится. Клина быстро уступит. Мория? Она будет сражаться насмерть, если до этого дойдёт.

Ледяной ветер щипал меня за щёки, а под ногами хрустел снег.

В это утро я ни разу не видела Торина, но старалась выбросить его из головы. Сегодня речь шла о том, чтобы остаться в живых и выиграть приз, за которым я сюда пришла.

Когда мы добрались до ледяных руин, я последовала за охранником в тёмный туннель.

— Ещё не поздно, — прошептала Шалини.

— Имей немного веры в меня, — огрызнулась я в ответ.

Охранник снял со стены факел, чтобы направлять нас. Отблески костра плясали на резьбе по камню — имена фейри, которые сражались здесь раньше, их победы над чудовищными невидимыми врагами. Имелись и изображения — король, указывающий мечом на фейри с огромными рогами, изогнутыми, как у барана, чья голова склонена в знак покорности.

У меня сдавило грудь, когда я услышала отдалённый рёв толпы. Змеевидный туннель вился под землёй, рёв становился всё громче, пока, наконец, туннель не открылся в сам амфитеатр, и яркий зимний солнечный свет почти ослепил меня.

Когда мы вышли из туннеля, нас приветствовал оглушительный рёв, крики пятидесяти тысяч фейри.

Шалини схватила меня за локоть, и мы вместе уставились перед собой, охваченные благоговейным страхом. Весь стадион был полон, все места заняты, и все они выкрикивали моё имя.

— Ава! Ава! Ава!

Я тяжело сглотнула, потрясённая тем, что стала любимицей даже среди фейри. На самом деле я никогда не ожидала, что меня простят за то, что я по пьяни оскорбила короля в лицо, но, возможно, даже фейри любили неудачников.

— Срань господня! — прокричала Шалини мне в ухо. «Слово в слово мои мысли».

Элиза повернулась, чтобы посмотреть на меня, её челюсти были плотно сжаты.

— Похоже, ты им действительно нравишься. Даже если ты не отсюда. Даже если на самом деле ты не одна из нас. В тебе есть что-то не совсем правильное, Ава, и я думаю, что это нечто большее, чем просто взросление среди людей.

Я услышала нотку негодования в её голосе и ничего не ответила.

Пока мы смотрели из туннеля, на арену шаркающим шагом вышла старуха, одетая в красную невесомую ткань, которая казалась слишком тонкой для такой погоды. На её розово-золотистых волосах покоилась серебряная корона.

Телевизионщики придвинулись к ней поближе, что, казалось, застало её врасплох. Затем она подняла ладони.

— Добро пожаловать на финальный конкурс за руку короля! — её голос был глубоким, раскатистым. Даже без микрофона он эхом отражался от камня. — Сегодня ночью некоторые из принцесс могут умереть. Но они умрут за Благое королевство, чтобы оно снова могло вдохнуть жизнь. И за Благого монарха, Торина, Верховного Короля Страны Фейри, правителя шести объединённых кланов.

Она повернулась, указывая на него жестом. Король Торин восседал на троне из чёрного камня, глядя на весь мир как зловещий, суровый римский император.

Не говоря больше ни слова, старуха поднялась по тёмным ступеням и встала позади Торина.

Со своего места в туннеле я наблюдала, как Мория и Клина вышли на арену. Как и я, Мория была одета в тёмную кожу, в то время как Клина надела тонкий платиновый костюм. По позе Мории я могла сказать, что она была искусной фехтовальщицей. Она расслабленно держала оружие, но оно ни разу не дрогнуло. Однако Клина, казалось, дрожала. Я никогда раньше не видела, чтобы она нервничала, но казалось, что она совершенно не в своей тарелке.

Старуха открыла рот и закричала с каменной платформы:

— Начинайте бой!

Под одобрительные возгласы толпы принцессы начали кружить друг вокруг друга, клинки сверкали на солнце. Мория нанесла удар первой, и Клина подняла клинок. Это было хорошее парирование, но она едва-едва отразила атаку Мории.

Она отступила назад, держа клинок наготове. Мория сделала выпад, и Клина еле смогла отразить удар. Мория, явно чувствуя, что одерживает верх, начала кружить вокруг принцессы Банши. Каждые несколько секунд она делала выпад, нанося удар рапирой.

Клина продолжала защищаться, но её парирования запаздывали, и каждый раз она лишь слегка отклоняла клинок Мории. Бордовые волосы Мории сверкали на солнце, пока она управляла ареной. Она высоко подняла свою рапиру, направив её в сердце Клины.

Она рванулась вперёд, вложив в удар весь свой вес. Клина попыталась отразить удар, но Мория вогнала свою рапиру в цель, вонзив её Клине в плечо. Клина упала на колени, крича от боли. Это был крик банши, разнёсшийся по ледяному ландшафту, и я заткнула уши.

Но поединок всё ещё продолжался, и Клина поднялась на ноги. Она попятилась от Мории, с её плеча капала кровь.

— Мория, — произнесла она почти умоляюще.

Мория проигнорировала её, нанося новый удар, на этот раз ниже. Её клинок пронзил правое бедро Клины.

Принцесса Банши закричала, кровь брызнула на ледяную землю.

— Два — ноль, — крикнула старуха, и её глаза возбуждённо сверкали. Она издала смешок, который прозвучал слегка безумным.

Мория кружила, как стервятник над раненой газелью. По языку её тела я могла сказать — она знала, что уже победила. Всё, что могла сделать Клина — это заковылять прочь, стараясь держаться вне досягаемости клинка Мории. Боль исказила её черты, и она что-то шептала, чего я не могла расслышать. Вероятно, пыталась сдаться.