Чтение онлайн

Капелька крови упала на снег с моих губ, но она казалась такой далёкой, покрытой слоями теней.

Тьма заполнила моё зрение, когда я рухнула на лёд.

Словно издалека, я услышала крик телеведущего:

— Единственная фейри-простолюдинка, прошедшая в следующий раунд!

Глава 16. Ава

Когда я открыла глаза, меня несли. Сильные руки обнимали меня, а моя голова покоилась на мужской груди. От него приятно пахло древним лесом и лёгким намёком на горный ручей.

В воздухе разнеслись отдалённые крики. Не мучительные, как раньше. Ликующие.

Неужели я проиграла?

Эти мысли проносились мимо, как семена одуванчика на ветру, потому что обезболивающее зелье переставало действовать. То, что раньше было отдалённой болью, теперь стало горячей и мучительной агонией.

Я закашлялась, и перед глазами у меня всё поплыло белым.

Дыхание согрело моё лицо, и низкий голос прошептал мне на ухо:

— С тобой всё будет в порядке. Я о тебе позабочусь.

Этот насыщенный тембр… Я узнала его, но это не мог быть Торин, верно? Я открыла глаза, и моё затуманенное зрение сфокусировалось на идеальном лице — скулы заострены тенями, светлые глаза смотрят прямо вперёд.

— Торин? — прохрипела я.

— Не разговаривай, — сказал он. — Они избили тебя, как я и боялся. Ты серьёзно ранена.

Я попыталась подобрать слова, чтобы спросить, участвую ли я всё ещё в гонке за пятьдесят миллионов, но мой следующий вдох был подобен глотанию осколков стекла.

В этот самый момент я начала думать, что, возможно, это не стоило таких денег. Может, всё это было ещё одним очень плохим решением в целой жизни плохих решений.

Пристальный взгляд Торина скользнул по мне сверху вниз, и если бы я не знала его лучше, я бы сказала, что на его лбу появились морщинки от беспокойства за меня. Что заставило меня задуматься, не умру ли я вот-вот, и тогда он потеряет свои самые продуманные планы.

Когда он обхватил ладонями моё лицо, и его кожа непосредственно соприкоснулась с моей, я уже чувствовала, как его магия скользит по мне. Он тихо пробормотал что-то на языке фейри — низкое и гипнотическое мурлыканье, которое пробежало по моей коже. Было что-то ритмичное в том, как он напевал, и его кожа светилась магией. Это было завораживающе, вызывало в памяти бой барабанов и костры, горящие под звёздным небом.

Его глаза встретились с моими, и его рука скользнула вниз от моего лица к торсу, легла как раз между грудями. Моё сердце затрепетало. Если бы обстоятельства были другими… если бы я не знала, что всё это фальшивка, и если бы моя жизнь не была полным бардаком…. я бы непременно влюбилась в этого мужчину.

И с каждым тихим словом, которое произносил Торин, с каждым лёгким касанием его пальцев боль начинала утихать, мои мышцы становились более гибкими и расслабленными. Я чувствовала себя так, словно Благой король теперь полностью контролировал моё тело, руководя исцелением, как художник. И я ненавидела это не так сильно, как следовало бы.

Мне было интересно, слышит ли Торин, что моё сердце снова бешено колотится, потому что этот вид магии, которым он владел, обладал волнующей чувственностью, заставляя моё тело чувствовать себя наполненной, даже если он едва прикасался ко мне.

Торин опустил лицо, его взгляд скользнул по моему. Снова изучая меня. Читая реакции моего тела. Он не просто забирал у меня боль — его магия вливалась в меня. От того места, где его рука коснулась моего тела, щупальца тепла скользили в мою грудь, спускаясь к самому нутру.

В моём сознании промелькнули образы Страны Фейри, а затем непрошеные картинки того, как, по моим представлениям, Торин выглядел бы без рубашки, охотясь в лесу. Охотясь не для убийства. Охотясь, чтобы трахаться, заставлять женщин стонать и наполнять их силой, которую он черпал из земли.

Боги, его необузданная мощь, словно исходящая из самой земли…

Я закрыла глаза, всё острее ощущая, как мокрая одежда касается моей кожи, прилипает, и у меня возникло тревожное желание сорвать её. Как я хотела, чтобы Торин увидел меня обнажённой, использовал свой рот вместо рук… как на настоящей вечеринке Благих.

Но я отказывалась принимать ноющее томление, которое нарастало во мне, потому что я больше не влюблялась в придурков.

«Эндрю. Подумай об Эндрю». Но перед моим мысленным взором я могла видеть только то, как Торин срывает с меня нижнее бельё, раздвигает мои бёдра и жёстко и быстро берёт меня у дуба, пока я не забуду своё имя.

Чёрт возьми, я пробыла с ним всего один день, и этого оказалось достаточно, чтобы попасть под чары прекрасного мужчины. А как же обещание, которое я дала самой себе?

Стиснув зубы, я села, сбросив с себя руку Торина.

— Хватит, — сказала я, переводя дыхание. Я натянула одеяло на грудь, как будто была голой, хотя всё ещё оставалась полностью одетой. Пока я пыталась взять себя в руки, мой голос звучал разъярённо. Даже властно.

Торин удивлённо приподнял бровь.

— Я ещё не совсем закончил.

— Сейчас я чувствую себя прекрасно. Ты можешь отойти от меня, — я кивнула на дверь. — Мне нужно поспать, спасибо.

Никогда в жизни мой голос не звучал так чопорно и пристойно, как у раздражённой библиотекарши в монастыре.

Грёбаный ад. Может, он прав насчёт того, что я склонна к осуждению.

Мои мысли вернулись к нашему предыдущему разговору, где я высмеивала его за то, что он ненавидит вечеринки. Но кто же теперь был ханжой?

Торин сказал: «Настоящая вечеринка Благих».

И теперь я точно поняла, что он имел в виду.

***

Я проснулась на мягких, чистых простынях и глубоко вздохнула. Прохладный ветерок прошёлся по моей коже. Шалини сидела, ссутулившись в кресле с шёлковой обивкой, и её озарял солнечный свет.