Чтение онлайн

— Когда начинается гонка? — спросила я, зевая.

Он бросил на меня раздражённый взгляд.

— Ты выглядишь полумёртвой. Ты опять напилась прошлой ночью?

Я открыла рот, чтобы возразить, но передумала. Я не хотела говорить ему, что лежала без сна и плакала из-за Эндрю и Эшли. Это гораздо более жалко, чем ночная попойка.

— Да, однако со мной всё будет в порядке. Но действительно ли гонка начинается так рано?

— Через три часа, — сказал Торин.

Я закрыла глаза, призывая терпение.

— Так почему же мы сейчас здесь?

— Потому что некоторые этапы гонки опасны, и я собираюсь убедиться, что ты пройдёшь их, не умерев.

Я моргнула.

— Опасны?

— Мы ещё вернёмся к этому. У меня есть план.

Наконец Торин толкнул дубовую дверь и оказался перед сверкающим зимним пейзажем из покрытых снегом деревьев и полей. Когда я вышла на улицу, ледяной воздух обжёг моё лицо и руки.

От суровой, кристально чистой красоты этого места у меня перехватило дыхание, а восходящее солнце окрасило заснеженный мир в потрясающие оттенки золота и персика. Моё дыхание облаком клубилось перед лицом. Ветер обжигал кожу, и я обхватила руками грудь, дрожа. Мои ноги уже замёрзли и промокли на снегу, сырость просачивалась сквозь кроссовки.

Торин повернулся, чтобы посмотреть на меня, и вытащил из-под своего плаща две вещи: маленький бумажный пакет и термос. Из металлического контейнера поднимались крошечные струйки пара.

Я взяла у него чашку, благодарная за тепло, и вдохнула свежий аромат кофе. «О, слава Богу».

Я сделала глоток и почувствовала, что мой мозг наконец-то включился.

Торин снял свой толстый чёрный плащ и встал у меня за спиной, накидывая его мне на плечи. Я покрепче закуталась в него. Плащ хранил часть его тепла, и мои мышцы мгновенно начали расслабляться. Я вдохнула его аромат, выделяя особые ноты, которые его отличали: мох, мокрый дуб и слабый намёк на сосновую хвою.

— Я больше не чувствую холода, — тихо сказал он.

Когда Торин встал передо мной, я увидела, что на нём надеты чёрные шерстяные брюки и тёмно-синий свитер, облегающий его подтянутое тело.

Накинув плащ на плечи, я смогла лучше разглядеть окружающую обстановку. Замок стоял на небольшом, покрытом снегом холме, с которого открывался вид на белые поля, плавно переходящие в ряд деревьев вдалеке — тёмный лес, простиравшийся по обе стороны.

Торин протянул мне маленький бумажный пакетик.

— У меня есть свежие круассаны с ежевичным джемом.

Я достала выпечку и откусила кусочек, наслаждаясь насыщенным маслянистым вкусом и терпкостью ягод. Вкус был просто потрясающий.

Если Торин хотел очаровать меня, то определённо знал, как это сделать.

Он уставился на пейзаж, и в его глазах блеснули льдинки.

— На нас опускается мороз, но Страна Фейри прекрасна, как всегда.

Я заморгала от яркого света.

— Я никогда не испытывала ничего подобного. Просыпаться самым прекрасным зимним утром с незапятнанным пейзажем, — я сделала вдох, позволяя прохладному воздуху наполнить мои лёгкие. — Я никогда не встаю так рано.

— В этом есть свои преимущества, — сказал Торин.

— Является ли раннее утро частью твоего священного распорядка дня? — спросила я.

Он повернулся ко мне, подняв средний палец с подобием улыбки.

Я моргнула.

— Я всё сделал правильно? — поинтересовался он.

— Да, всё верно. Впечатляет.

— Что касается моего священного распорядка дня, то по утрам, пока ты отсыпаешься допоздна, я встаю на рассвете, чтобы тренироваться. Король Благих прежде всего должен быть могущественным и смертоносным, — ещё одна лёгкая улыбка. — И его королева тоже должна быть такой.

Торин зашагал, ведя меня мимо заснеженных полей к тропинке, которая огибала замок. Мои промокшие кроссовки хрустели по примятой, замёрзшей траве.

— Если ты ищешь могущественную и смертоносную, — произнесла я, — ты обратился не к той фейри.

— Я знал это, когда предлагал тебе сделку. Но мы собираемся притвориться, и это всё, что имеет значение.

— Значит, ты не против жульничества, — я отхлебнула кофе, всё ещё бесконечно благодарная ему за то, что он догадался принести его.

Глаза короля Торина сверкнули.

— Лишь тогда, когда это необходимо. Нам нужно убраться отсюда, пока нас никто не увидел. Если меня поймают на том, что я даю тебе несправедливое преимущество, ты можешь быть дисквалифицирована, — он встретился со мной взглядом. — А мне нужно, чтобы ты победила.

Мы завернули за угол, и я мельком увидела стартовую линию: два майских дерева, чьи цветные ленты трепались на ледяном ветру. Между ними было натянуто шёлковое знамя с надписью «СТАРТ».

Тропа, изгибаясь, спускалась к гряде голых деревьев.

— Какова длина маршрута? — спросила я.

— Всего три мили. Тропа была расчищена прошлой ночью. Это примерно миля по лесу и две — по полям. На последней миле вы будете возвращаться к другой стороне замка, и толпа будет ждать там, чтобы определить победителя.

Широкая дорожка из замёрзшей травы пролегала прямо через холмистые поля. Пока мы шли, обледенелая земля хрустела под моей обувью. Когда мы пересекали поля, меня обдавало множеством новых запахов: сырой земли, солнца, согревающего шерстяную ткань его плаща, и слабого намёка на древесный дым. Кем бы я была, если бы выросла здесь?

Снежинки порхали в воздухе, и лёд поблёскивал на далёких соломенных крышах.

Мы углубились в заснеженное поле, и я оглянулась на замок. Несмотря на его огромный интерьер, который, казалось, простирался на многие мили, снаружи он не выглядел таким уж большим. Устрашающим, да, с его гладкими чёрными скалами и остроконечными башнями, но не длиной в мили. Я задавалась вопросом, не было ли здесь какой-то магии или гламура.

Замок сверкал в лучах утреннего солнца. На самой высокой башне развевался белый флаг, украшенный тёмно-синей головой оленя.