Индотитания
Шрифт:
— Не будь идиотом, — посоветовал Дух. — Я сейчас покину это тело, и ты будешь сводить счеты с самой обычной собакой.
— Ну и что? — Киклоп, кровожадно ухмыляясь, поднял меч. — Я буду считать, что в ее теле ты!
— А знаешь, давай побегаем, — вдруг согласился Дух. — Давненько я не занимался спортом.
До заката племя Пука наблюдало, как киклоп, размахивая мечом, гонялся за собакой вождя по кличке Хе. Пес был хитрым, и все заранее знали, что Полифем его не поймает. Поэтому на всякий случай держались от киклопа подальше. Иногда со стороны бегунов долетали вопли различного содержания, типа: «Придурок одноглазый!», «Я все равно тебя уничтожу, задожуйская пьянь!», «А-а-а, получай!», «Единственный глаз — и тот косой!» и тому подобные, непонятные для племени возгласы. Люди думали, что это киклоп разговаривает сам с собой.
В конце концов, и собака, и великан убежали в сторону леса через предусмотрительно распахнутые дядюшкой Чпоком ворота. Пес вернулся на следующий день. Глаза его горели шальным блеском, а похудевшие бока вздымались от столь продолжительного бега.
Пук тут же набросал ему целую кучу костей, а остальные люди принесли, кто что смог. Хе нажрался до отвала и растянулся на траве. Пук, выражая общее мнение, сказал:
— Молодец, Хе! Отныне ты — почетный пес племени. Еды у тебя будет в достатке. Но за это будешь теперь отгонять от стойбища всякую одноглазую шваль.
Люди одобрительно загудели, поддерживая своего вождя.
Глава пятая
Текст 1
Эту часть текста я передаю со слов Прометея, так как сам при высадке титанов не присутствовал.
Верблюд, привезенный Кроносом и Япетом, пришелся кстати. Консервы действительно надоели всем. Поэтому он был приготовлен различными способами и с удовольствием съеден экипажем. А восемнадцатилетнему Эпиметею досталась даже двойная порция гуляша, которой он тишком поменялся с Атлантом. Тот взамен отдал брату свой стакан вина.
На совете экипажа было принято решение послать дромида подальше и приступить к высадке. А буде инды начнут возмущаться, то и их послать в том же направлении. Япет заявил, что ракеты, которыми он оснастил челнок, покупались у солидной фирмы, и за их качество он ручается головой. Местом высадки решили сделать большой остров, омываемый теплым морем.
Солнечным ранним утром челнок приземлился на зеленое поле недалеко от береговой линии. Был спущен трап, и через открытый люк в корабль ворвался свежий ветер, наполненный восхитительными ароматами трав, фруктов и лошадиного дерьма.
Перед шлюзом столпились титаны с титанидами и первое поколение рожденных в стенах челнока отпрысков. Остальная мелюзга находилась сзади в коридорах и почтительно дожидалась своей очереди. На корабле оставался один Гиперион, который должен был обеспечивать безопасность высадки.
Накануне совет, обсудив законы и традиции, пришел к выводу, что вынужденный спуск Кроноса и Япета к дромиду не может считаться торжественным и потому никакой роли не играет. Решено было, что первым на поверхность планеты ступит нога Зевса. У Япета по этому поводу возникли возражения, но их сочли шуткой и, посмеявшись, забыли.
Зевс, стоя в дверях шлюза, обернулся к соратникам, сделал важное лицо и праздничным голосом громко заявил:
— Я назову этот остров Зевсий! Море, которое его омывает, станет Зевсийским. А океан, который питает море своими водами, будет Зевсианским!
— А ты случайно про своего папочку Кроноса не забыл? — ехидно спросил Япет.
Зевс на секунду задумался, потом кивнул и снисходительно согласился:
— Да, ты прав. Его имя будет носить то поле, на которое приземлился наш челнок. А что? Лужайка Кроноса! По-моему, звучит неплохо.
От такой наглости онемели все, в том числе и Кронос. Этим замешательством тут же воспользовался Атлант. Он вильнул бедрами, и его крепкий таз слегка подвинул Зевса из прохода. Миг — и Атлант, сбежав по трапу, спрыгнул на землю. Задорно задрав голову вверх, он заорал:
— Я, как первый ступивший на эту почву, называю остров Атлантидой! Океан называю Атлантическим! Ну, а море, так уж и быть, нарекаю морем Япета!
Ну, а уж от такого неожиданного хамства экипаж просто впал в ступор. И только Япет крикнул:
— Спасибо, сынок! Я тобой горжусь!
Первым взял себя в руки Кронос. Он подошел к Зевсу, выдал ему мощный подзатыльник и прошипел:
— Доназывался, болван? Пошел вон с дороги!
Зевс, не выходя из прострации, машинально подвинулся. Кронос спустился по трапу, сплюнул на долгожданную поверхность планеты и заметил сам себе:
— Надо же было так обгадиться!
Весь экипаж как будто ветром выдуло из корабля. Дети стали бегать по полю и на все лады кричать:
— Да здравствует Атлантида! Слава Атлантиде!
Кронос подошел к Япету и, морщась, предложил:
— Слушай, Косой, все, что сейчас случилось, просто свинство какое-то. Я понимаю, что мой сын олух, но, может, хоть море назовем по-другому?
— Я не против этого, — ответил хитрый Япет. — Пусть будет Средиземным. Ни нашим, ни вашим.
— Идет, — согласился немного повеселевший Кронос.
Они с Япетом пожали друг другу руки, и Кронос крикнул, задрав голову:
— Эй, первооткрыватель! Что стоишь? Иди, радуйся теперь.
Зевс ничего не ответил. Он развернулся и скрылся в корабле.
Тем временем Атлант, ходивший от радости на руках, встал на ноги и крикнул:
— Я вижу дичь!
Все посмотрели в указанную им сторону и заметили стадо каких-то странных копытных животных, пасущихся в пределах видимости. Атлант был безоружен, но это его нисколько не смутило. Он подобрал несколько увесистых камней и побежал в сторону стада, крикнув на ходу:
— Сейчас я им все копыта переломаю!
— Теперь у нас будет много свежей пищи, — сказал Япет и довольно улыбнулся.