Чтение онлайн

– Как тебе твоя новая работа? – задал вопрос Лукас, выкидывая наши бумажные тарелки в ближайшую мусорку.

Я пожала плечами, глядя, как подростки в шапочках целуются под фонарным столбом, стоя под моросящим дождем. Мне бы хотелось очутиться в их истории, а не в своей. Моя – полный отстой. К тому же мне хотелось переспать со злодеем, в то время как мой принц, Лукас, смотрел на меня так платонически, что я чувствовала себя не сексуальнее скатерти.

– У меня не так уж много дел. В основном просто надоедаю Алексу. – Я чуть не закусила нижнюю губу, но сдержалась.

Лукас покачал головой, глядя на меня, а не в толпу, словно прикидывая что-то.

– Поверь мне, нет. В смысле, может быть, но ему это нужно. Я знаю Алекса с тех пор, когда он был мальчуганом и жил в обычном доме в Уотфорде со своими родителями и сестрой. Он всегда был склонен к зависимостям. Не путай отсутствие наркотиков и алкоголя в его системе с трезвостью. Он все еще имеет пристрастие и поглощен обидой. Им движет ярость. Просто посмотри на то, как он говорит и реагирует на имя Фэллон.

Каждый раз, когда я слышала ее имя, мое сердцебиение замедлялось.

– Тяжелый разрыв? – спросила я. Я вынюхивала. Зачем мне это? Чем меньше я о нем знаю, тем лучше.

Люк поерзал на скамейке, облизал губы своим бархатным языком.

– Он же тебе не нравится, да, Инди?

Я закатила глаза.

– Ответь мне, – сказал он.

Я встала, желая чем-то занять ноги. Тело. Сейчас мне безумно хотелось загуглить эту чертову Фэллон и выяснить, что между ними произошло, но экран моего телефона разбит, а тот, что дала Дженна, заблокирован. К тому же разве умно подпитывать интерес к самой грандиозной ходячей катастрофе? Каким-то образом я должна была спасти его от самого себя.

– Определенно нет, – фыркнула я.

– Тогда зачем спрашиваешь? – голос Лукаса оставался спокойным, и я ослабила защиту.

– Потому что… – начала я. Барабанщик шел в ногу со мной по пути обратно в отель, который находился недалеко от того места, где мы сейчас находились. – Не могу поверить, что вы держите в тайне ее помолвку.

– Ради его же блага, уж поверь. – Он снова засунул руки в карманы. Его фирменная поза «хорошего мальчика».

– Думаю, он не согласился бы. – Меня слегка знобило. В Сиднее я купила куртку, но в Мельбурне было еще холоднее.

– Это сложно.

– Что сложно?

– Тема Фэллон. Это как Ближний Восток. Мне не следовало с тобой вообще об этом говорить, потому что, если честно, такое впечатление, что Алекс винит всех и каждого в их разрыве. Кроме себя, конечно.

Я повернулась к Лукасу, еще немного ускоряя шаг, чтобы согреться.

– Он винит тебя?

– И отчасти он прав.

– Почему?

– Почему люди творят глупости? – вздохнул Лукас, тряхнув головой. – Не важно.

Остаток пути мы прошли в молчании. Мое сердце сжалось. Колючая проволока обвилась вокруг него, и мне стало тяжело дышать. У Алекса было слабое место. Он как Хеллоуин: пугающий снаружи, но, когда присмотришься, можно разглядеть и что-то хорошее.

Наши пути с Лукасом разошлись в холле. Когда я вошла в комнату, первое, что я сделала – собрала волосы в высокий хвост и направилась на кухоньку, чтобы выпить стакан воды. Стоило мне повернуться, стакан выпал из рук еще до того, как я успела сделать глоток.

Алекс.

В моей комнате.

На моей кухне.

С голым торсом, в черных джинсах и грязных ботинках. Ох, и с гитарой. Если бы он мог закрепить ее на спине, то сделал бы это. Я уверена.

Хуже всего – он оставался без присмотра, следовательно, у него мог случиться рецидив.

– Где ты была? – прогремел Алекс. Он хоть и не кричал, но его голос словно обладал собственным телом и заполнил собой все пространство.

Я быстро взглянула на швейную машинку, нитки и ткань у окна и откашлялась.

– Ходила купить пластырь. Поранилась, пока шила. – Я не знала, что еще придумать. Может, потому, что боялась, что он выкинет меня из турне. Если так, все планы, которые я строила, можно будет смыть в унитаз.

Я знала, что Алекс не попросит показать ему пластырь. Парень был слишком сосредоточен на себе, чтобы услышать мои слова. Он просто чертов собственник. Я быстро сменила тему.

– Начнем с важного. Пожалуйста, скажи, что ты чист, – я постаралась говорить как можно спокойнее, учитывая, что сердце мое билось так быстро, что готово было выпрыгнуть на ковер. Что ж, роскошное ковровое покрытие тоже было красным, значит, не выставят счет за чистку.

– Чист, как дитя мормонов. – Он изобразил пальцами знак чести бойскаутов, а потом, улыбаясь, показал мне средний палец.

– А теперь к насущному вопросу – какого хрена ты здесь делаешь, Алекс? – Я опустилась на колени, собирая острые осколки.

Он все еще стоял там, как статуя, глядя на меня сверху вниз как на прислугу.

– В смысле, боже милостивый, ты не можешь вот так врываться без предупреждения… – бормотала я себе под нос, чувствуя, как краснеют уши.

Не смотри на него. Ты опять будешь глазеть на его хозяйство.

– В отеле, по каким-то непонятным причинам, сегодня не работает прачечная, а Блэйк слишком занят тем обстоятельством, что мой член приобрел большую известность, чем семейство Кардашьян. Мы называем скандал «Членогейт» [18] . У меня нет чистых футболок для завтрашнего шоу. – Он поднял кусочек черной ткани, зажатой в кулаке. Ха. Блэйк устранял шумиху, которую сам же устроил. Ирония не осталась незамеченной. Я повернулась к Алексу так, чтобы не замечать его груди. У него была самая яркая татушка, которую я когда-либо видела. Черный ворон, чьи поломанные крылья рассыпались на перышки и покрывали его ребра и спину. Символизируя темного, искалеченного ангела, которым он являлся. Я выбросила осколки в мусорку.

– У тебя разве нет рабочего персонала, который может этим заняться? В Сиднее, кажется, ты был окружен такими ребятами. – Я снова прикусила губу. Телефон вибрировал на кухонном уголке, где я его оставила. Я знала, что звонит Нэт. Она, скорее всего, проснулась и хотела узнать, как у меня дела. Меня бесило, что я ей не отвечаю, но она не должна знать, как мы тут мило беседуем. Нельзя предсказать, что вылетит изо рта этого человека.

– Есть. Мне не нравится с ними разговаривать, – ответил Алекс.