Чтение онлайн

— Ты не очень похож на подобного типа, — объяснила она. — Кроме того, ты едва ходишь. Если ты попытаешься что-нибудь сделать, я просто спихну тебя с крыши.

— Не надо щадить мои чувства, — хмыкнул я. — Даже если бы я не был полукалекой, ты спокойно могла бы скинуть меня с этой крыши.

Я споткнулся на одном из гребней и чуть не упал — израненное тело реагировало медленно. Присев на приподнятый участок крыши, я подождал, пока пройдет головокружение.

— Ты в порядке? — спросила Мола.

— Наверное, нет, — Я с трудом встал на ноги. — Это как раз за следующей крышей, — сказал я. — Тебе лучше пока постоять в сторонке. На всякий случай.

Я дошел до края крыши и осмотрел кусты и яблоню внизу. Окна были темны.

— Аури, — тихонько позвал я. — Ты там? — Я подождал, тревожась еще больше. — Аури, ты ранена?

Никакого ответа. Я начал тихонько ругаться.

Мола скрестила руки на груди.

— Ладно, думаю, я уже достаточно натерпелась. Будь любезен, расскажи, что происходит.

— Иди за мной, и я объясню.

Я направился к яблоне и начал осторожно спускаться. Обойдя кусты, я наклонился над железной решеткой, из-под которой поднимался аммиачный запах костедегтя — слабый, но настойчивый. Я подергал решетку и приподнял ее на несколько сантиметров, но потом она застряла.

— Я тут подружился кое с кем несколько месяцев назад, — сказал я, нервно шаря между прутьями. — Она живет там, внизу. Я беспокоюсь, что ей могло достаться после вчерашнего. Много реактива утекло через решетки в артной.

Мола помолчала немного.

— Ты говоришь серьезно.

Я ощупывал темноту под решеткой, пытаясь понять, как Аури запирает ее.

— Но что за человек будет жить там?

— Запуганный человек, — ответил я. — Человек, который боится громкого шума, людей и открытого неба. Я около месяца выманивал ее из туннелей, не говоря уж о том, чтобы подойти поближе и поговорить.

Мола вздохнула.

— Если не возражаешь, я присяду. — Она пошла к скамейке. — Я целый день на ногах.

Я продолжал щупать под решеткой, но, как ни пытался, не мог нигде найти защелки. Схватившись за решетку, я стал дергать ее снова и снова. Она издала несколько металлических стуков, но не открылась.

— Квоут?

Я посмотрел на край крыши и видел, что там стоит Аури — силуэт на фоне ночного неба, с облачком серебристых волос вокруг головы.

— Аури! — Напряжение резко покинуло меня, оставив тело слабым и вялым. — Где ты была?

— Облака были, — просто сказала она, идя по краю крыши к яблоне. — И я пошла тебя искать на верх всего. Но теперь луна выходит, и я вернулась.

Аури спустилась по дереву и отпрянула, увидев на скамейке силуэт Молы, закутанной в плащ.

— Я привел друга в гости, Аури, — сказал я самым мягким и успокаивающим тоном. — Ты не возражаешь?

Длинная пауза.

— А он хороший?

— Это она. Да, она хорошая.

Аури немного расслабилась и подошла на несколько шагов ближе ко мне.

— Я принесла тебе перышко с весенним ветром в нем, но, поскольку ты опоздал… — Она сурово посмотрела на меня. — Вместо этого ты получишь монетку. — Аури вытянула вперед руку с монеткой, зажатой между большим и указательным пальцами. — Она будет охранять тебя по ночам. Лучше всего другого, так-то.

Монетка имела форму атуранской покаянной монетки, но светилась в лунном свете серебром. Я никогда такой не видел.

Опустившись на колени, я открыл футляр лютни и достал маленький сверток.

— У меня тут немного помидоров, фасоли и кое-что особенное. — Я протянул Аури маленький мешочек, на который два дня назад, еще до начала моих злоключений, потратил большую часть денег. — Морская соль.

Аури взяла мешочек и заглянула внутрь.

— Вот это здорово, Квоут. А что живет в соли?

«Микроэлементы, — подумал я. — Хром, бассал, малий, йод — все, в чем нуждается твое тело, но, вероятно, не может извлечь из яблок, хлеба и того, что ты еще умудряешься добыть, когда я не могу найти тебя».

— Рыбьи сны, — сказал я. — И песни моряков.

Аури довольно кивнула и села, расправляя крошечную салфетку и раскладывая еду с той же аккуратностью, что и всегда. Я смотрел, как она обмакивает фасолины в соль и изящно откусывает. Она не выглядела пораненной, но при бледном лунном свете было трудно понять. Мне требовалось удостовериться.

— С тобой все хорошо, Аури?

Она склонила голову, с любопытством глядя на меня.

— Был большой пожар, много пролилось через решетки. Ты это видела?

— Святый боже, да, — воскликнула она, округляя глаза. — Это было везде, и все землеройки и еноты бегали туда-сюда, пытаясь выбраться.

— А на тебя оно не попало? — спросил я. — Ты не обожглась?

Аури покачала головой, лучась озорной детской улыбкой:

— Ах, нет. Оно не смогло поймать меня.

— Ты была близко к огню? — спросил я. — Ты не вдыхала дым?

— Зачем бы мне вдыхать дым? — Аури посмотрела на меня как на дурачка. — Все Подовсё теперь пахнет как кошачья моча. — Она сморщила нос. — Кроме низов и подвала.

Я немного успокоился, но тут заметил, как заерзала Мола, сидящая на скамейке.

— Аури, а мой друг может подойти?

Аури застыла, не донеся фасоль до рта, потом расслабилась и один раз кивнула, отчего ее тонкие волосы взвихрились вокруг лица.