Чтение онлайн

Это дело эгоизма. Мне не нравится, когда меня принижают или высмеивают за то, кем я являюсь. Это доставляло мне неприятности с тех пор, как я была маленькой, и часто доставляло мне взбучку от тети или дяди.

Это мамин брат и его жена, которые получили опеку надо мной после того, как папу отправили в тюрьму.

Но они могут быть хуже его.

Однако я никогда не опускаю голову, никогда не позволяю им заставить меня чувствовать себя маленькой. Я смотрю в их злобные глаза-бусинки, даже когда они бьют меня.

Что, естественно, делает их еще злее, и они бьют меня сильнее. Часто с помощью ремня или предмета под рукой.

— Нет, ты моя лучшая подруга. Ты должна остаться. — Келли роется в своей сумочке из меха. — Кроме того, ты чертовски красива. Это будет их потерей, если они не пригласят тебя на свою вечеринку.

Она достает черную маску из перьев, надевает ее мне на голову и поправляет волосы так, чтобы они обрамляли мое лицо. Затем снимает мою джинсовую куртку и бросает ее за один из украшенных кустов.

— Эй! Здесь холодно.

И это на самом деле единственная хорошая куртка, которая у меня есть.

— Ты можешь справиться с некоторой простудой ради моды. Кроме того, эта вещь делает тебя похожей на деревенщину. — она снова роется в своей чудо-сумочке и достает какой-то дешевый красный блеск, затем с особой осторожностью наносит его на мои губы. Закончив, она изучает свое творение критическим взглядом художника-любителя. — Идеально. Ты выглядишь как плохая сучка.

— Серьезно, Келли? Красный?

— Этот оттенок идет к твоим волосам. Если кто-нибудь спросит, то ты ведьма.

Черт, нет.

Но я не говорю ей этого, потому что она хватает меня за руку и тащит к дому. Остановившись перед входом, она смотрит на меня через плечо.

— Помни, нам по шестнадцать или семнадцать. Почти все здесь старшеклассники, и нас нельзя считать слишком юными. Кроме того, мы все равно выглядим на нужный возраст.

Да. Мы с Кэролайн достигли половой зрелости два года назад, и с тех пор у нас растёт грудь и задница, которая вызывает у нас жуткие взгляды взрослых мужчин, включая наших учителей.

В школе она блондинка-бомба. Я рыжая чертовка.

Она стягивает бретельку платья с моего плеча, чтобы оно больше дразнило мое декольте, затем переплетает свою руку с моей.

— Давай подцепим пару богатых пареньков.

— Ты же понимаешь, что они вышвырнут нас, как только узнают, что мы из Гарлема, верно?

— Тссс. — она осматривает наше окружение. — У них нет причин знать.

— В конце концов, они узнают.

— Быть может, к тому времени будет уже слишком поздно.

Она хитро ухмыляется мне и поправляет волосы.

Я оставляю эту тему, отчасти потому, что мы подошли ко входу. Но главным образом потому, что у Кэролайн нет никакой логики, когда речь заходит о ее попытках поохотиться на парней.

Швейцар с угрюмым лицом окидывает нас беглым взглядом, прежде чем впустить.

Кэролайн похожа на ребенка рождественским утром, бегающего с одного места в другое — со мной на прицепе. Она восхищается украшенным в черно-оранжевых тонах большим залом, официантами на каждом углу, весёлой музыкой, первоклассными костюмами.

Всем.

Она практически одурманена всей этой роскошью и в настоящее время находится на седьмом небе от счастья.

Сказать, что я сама не напугана, было бы ложью. Мне всегда не нравились места, которые заставляют чувствовать себя не в своей тарелке. Места, где я придаю значение незначительному насекомому, которое может быть раздавлено в любой момент и не запомнится.

Это самая заметная эмоция, проходящая через меня прямо сейчас.

Я хочу вернуться.

Или исчезнуть куда-нибудь, где меня не будут разглядывать под микроскопом.

Я думала, что побег из дома тети Шэрон и дяди Боба это все, что мне было нужно, но эта сцена, вероятно, не заставит меня почувствовать себя лучше.

Так что я делаю глоток — или два. Ладно, может быть, три.

В любом случае, это разбавленный спирт, но на вкус он напоминает розмарин и что-то экзотическое. Определенно лучше, чем пиво, которое Кэролайн украла у своего отца-алкоголика, чтобы мы могли его попробовать.

Он ничем не отличался от антисанитарной воды, смешанной с запахом сигарет.

Кэролайн шлепает меня по руке, когда я тянусь за очередным напитком.

— Не смотри так отчаянно.

— Э-э, эй? Я пришла только за выпивкой и едой, Келли.

— Тогда сделай это в углу, а не там, где все могут видеть, как ты ведешь себя как крыса из гетто.

Я смотрю ей прямо в глаза.

— Ты сама крыса из гетто.

— Я так себя не веду.

— Когда вы в последний раз нормально ели, мисс, я так себя не веду? — когда она не отвечает, я беру несколько роскошных на вид закусок и подношу их к ее рту. — Именно так я и думала. А теперь ешь, пока твой желудок не начал издавать неприятные звуки.

Она что-то ворчит, но ест, а затем сопровождает меня в миссии, чтобы оставаться сытой в течение нескольких дней.

Однако через некоторое время ее внимание возвращается к предыдущей миссии, и она обводит взглядом толпу.

— Возможно, отчаяние должно было стать твоим костюмом, а не ангел.

Она улыбается моему сухому чувству юмора.

— Не знаю, как ты, сука, но я выберусь из этой адской дыры, даже если это последнее, что я сделаю.

— Я тоже выберусь.

— Хочешь поспорить на то, кто сделает это первым?