Чтение онлайн

Кей Дач, сидя на койке, сумрачно смотрел на них.

– Шевелись! – офицер схватил его за плечо. С верхней койки свесился Томми. – И ты тоже!

Лично освобождать самых важных в Империи преступников – небольшое удовольствие.

– Что произошло? – полюбопытствовал Кей, вставая. Ему не ответили. Почти бегом их погнали по коридору, втолкнули в лифт.

Томми взял Кея за руку.

– Это не допрос, малыш, – сказал Дач. – Иначе грубости было бы больше, а паники меньше.

Лифт остановился у центрального транспортного терминала. Кей с любопытством окинул помещение взглядом. Прямые лифты в рубку и капитанские апартаменты, на боевые палубы и двигательные отсеки. На полу – пара «Серафимов». Подходящих по размеру рослому мужчине и юноше.

Кей засмеялся.

– Все понял, сволочь, – прокомментировал Лемак поведение Дача. – Если мы упустим их, Вячеслав, то нам не сносить головы.

– Не упустим… – Шегал шагнул к лифту. – Я скажу ему пару слов напоследок, адмирал.

Лемак не возражал. У него тоже было желание пообщаться с Кеем перед тем, как тот уйдет из его рук… пусть даже на время. Но он не был уверен в том, что не прибегнет в ходе беседы к пистолету.

У транспортного терминала резервного поста управления Шегал увидел Мухаммади – она безуспешно пыталась убедить охрану пропустить ее в рубку. Механистка казалась не в себе, будь она полноценным человеком, Шегал решил бы, что женщина едва пришла в себя после жестокой попойки.

Как ни странно, это было почти правильная мысль.

– Господин клинч-коммандор! – Маржан словно бы обрадовалась, увидив его. – Господин клинч-коммандор, я должна сообщить…

– Твой подопечный захватил главную рубку, – проходя мимо нее, сказал Шегал. – Мы вынуждены отдать ему Кея и Томми. Так-то.

– Господин Шегал! – истерично повторила механистка.

– Ну?

– Прикажите… прикажите, я убью их всех…

– Артур угрожает выйти из прыжка на полной тяге, – в те секунды, пока лифт поднимался к терминалу, Шегал счел возможным ввести Маржан в курс дела. – Не болтайтесь здесь, а то можете и пострадать. Ваша роль в случившемся пока неясна.

Он вошел в лифт, мгновенно забыв о разговоре. Механистка, конечно же, не помогала Артуру. Она была хорошим бойцом, но сейчас явно находилась не в лучшей форме. О ней следовало просто забыть – о неудачной охраннице нового государственного преступника.

Маржан Мухаммади прикрыла глаза, переключаясь на работу с электронной памятью. Секретные схемы имперского штабного эсминца ей удалось достать перед полетом… и сейчас они должны были пригодиться. Выделив подкаталог транспортных коммуникаций она несколько секунд впитывала информацию.

Чувствовать на теле броню было приятно. Кей видел, что все оружие с «Серафимов» торопливо снято, а энергозапас минимален – но все-таки ощущение полной беззащитности исчезло. Им даже помогли натянуть броню, так и не дав никаких разъяснений. Впрочем, Кей в них не нуждался.

Артур, непонятным образом, ухитрился приставить к горлу Лемака обнаженный нож.

Для мальчика, четыре года назад поверившего в то, что жизнь состоит из дерьма – совсем неплохо.

Конвой заметно нервничал. Похоже, они были в курсе грозившей кораблю опасности – но еще не получили указаний отпустить пленных. Кей подмигнул Томми, пытаясь приободрить парня, который выглядел не слишком обрадованным происходящим. Переход от полной безнадежности к спасению – слишком резкий шок. К нему надо уметь приспосабливаться.

Наконец раздвинулись двери одного из лифтов – если Кею не изменяла память, то символы над ним обозначали резервный центр управления. Вячеслав Шегал быстро вышел на площадку терминала.

– Не советую слишком радоваться, Кей.

– А что тогда прикажете делать?

– Молиться. И образумить Артура. Он захватил главную рубку и выводит эсминец из прыжка… на полной тяге.

Дач лишь покачал головой. Подобная перспектива устраивала его не больше, чем кого-либо другого.

– Я постараюсь, Вячеслав. Можете мне поверить.

– Идите в лифт, Дач. И быстрее – надо начинать торможение или восстанавливать режим гипергенератора.

– Это все, что ты хочешь сказать?

– Почти. Я лично убью вас при захвате рубки. Томми, вероятно, нам пригодится. Но и ему не следует слишком уж верить в свою ценность.

В гробовом молчании конвоя Кей и Томми вошли в кабинку лифта. Двери сомкнулись, и их потащило сквозь палубы корабля.

Маржан Мухаммади стояла в той точке коридора, которую ее логические цепи признали идеальной для задуманного. Шегал лишил ее внешнего оружия… но про встроенный в тело лазерный резак он не знал.

Клинч-коммандор спешил к главному транспортному терминалу – очевидно, Дач и двойник Артура там. Их отправят в рубку, наверняка самым коротким путем. Капсула пройдет рядом с Мухаммади – за тонкой внутренней переборкой.

Маржан не собиралась довольствоваться ролью зрителя.

Когда ее датчики уловили приближающуюся пульсацию магнитного поля, она подняла руку. Короткий взмах – вырвавшийся из запястья луч прорезал пластик. Она оторвала дымящийся по краям кусок, бросила на пол. Соленоиды, двигающие лифтовые кабинки не повреждены – прекрасно. Перед ней был темный туннель двухметрового диаметра. Пахнуло затхлым… хорошо, что из лифтовых штреков не выкачивают атмосферу.

Гул нарастал. Из проема ударил спресованный мчащейся капсулой воздух. Маржан отступила на шаг, прищурилась, оценивая необходимую силу толчка.

И прыгнула в темноту.

Лифт дернулся от тяжелого удара. Кея и Томми швырнуло бы на пол, не будь они в силовой броне, которая парировала подобные рывки автоматически. На мгновение Дачу показалось, что это был выход из гиперпространства – тот самый, которого одинаково боялись и он, и Шегал.

Но капсула продолжила движение.

– Что-то с энергопитанием, – сказал Томми.

Капсула стала замедлять движение. Кей шагнул к двери, поколебавшись секунду, опустил лицевой щиток брони.

Артур должен быть убежден, что это именно он – а не лемаковский десантник.

Двери раскрылись и Дач вышел в овальный зал главной рубки.

Первым, что он увидел, были двое пилотов, стоявших с совершенно обреченным видом. За ними, подняв руку, на которой крепился «Шквал», замер человек в силовой броне.

– Артур, прерви выход! – крикнул Кей.

Легким движением фигура в броне пихнула пилотов в кресла. Знакомый голос сказал: