Чтение онлайн

— Зачем нам куда-то ехать? — не понял сержант Топ.

— Это был приказ генерала! — соврал Каланжо и толкнул Димаша к выходу во двор. — Мы уезжаем. Приказ исполнять! Том! Где Том?! Раф! Живо! Одна нога здесь — другая во дворе! — закричал Каланжо, выходя во двор. — Мы едем за припасами.

Но перед ними возникли Хьюго и его подчиненные — • три охранника.

— Капитан Каланжо! Вы арестованы! — сказал Хьюго. Он еще даже не смыл с рук кровь генерала. Зато в каждой руке держал по пистолету.

— На каком основании? — спросил ледяным тоном Каланжо, чувствуя, что ярость начинает подступать к горлу. — Кто вам дал право распоряжаться?

— Я — начальник охраны. Сержант Топчий, Том, отойдите! Капитан Каланжо, рядовой Димаш, вы задержаны! Вы обвиняетесь в измене и сговоре с Рафаэлем и герцогом с целью убить генерала.

— О чем ты бормочешь? О какой измене? — Каланжо шагнул к Хьюго.

— Взять их! — крикнул начальник охраны.

И тут же из дверей караульни выскочили сразу четверо и направили винтовки на Каланжо и Димаша.

— Бросить оружие! Руки вверх! — почти с восторгом крикнул Хьюго. — Сержант Топчий, немедленно отойдите. Или я вас тоже арестую. Надеть на арестованных наручники.

Видимо, он точно так же мечтал поступить и с Ланьером, но портальщика, как назло, не было в крепости.

— А где этот малявка Раф? Где он? А? Спрятался? Ничего, найдем. Я его убежища знаю. Итак, обвиняю вас двоих в заговоре с целью убийства генерала!

— Что за бред! — возмутился Димаш. — Да вы сами...

Закончить он не успел. Кулак Хьюго угодил ему в скулу. Димаш рухнул на плиты двора.

— В подвальный карцер обоих! — начальник охраны был в своей стихии. — Стеречь, глаз не спускать, пить не давать. Я скоро ими займусь.

На Димаша и Каланжо надели наручники и повели.

— Хьюго! Я же был с вами во дворе! Вы что, забыли?! — закричал Каланжо.

Но его уже волокли вниз по каменной лестнице. Слышал Хьюго его вопль или нет — осталось неясным. Впрочем, это уже не имело значения, — с холодной ясностью осознал Каланжо.

— Не отчаивайтесь, — шепнул Димаш. — Раф нас спасет. Он где-то пока спрятался. А потом придет и откроет дверь.

— Сигарету? — предложил Хьюго, откидываясь на спинку стула и глядя на Каланжо с улыбкой. — Или кофе? Чай, быть может?

— Воды, — попросил капитан.

— С превеликим удовольствием. Но прежде, может все-таки закурите? Не стесняйтесь. В нашем мире это вовсе не порок.

— Дайте воды! — оборвал его Каланжо.

— Неужели вы требуете? Я не ослышался? Вы осмелились что-то требовать? — Хьюго растянул рот в улыбке. — Это забавно. Я люблю, когда забавно.

— Да, черт возьми! Я требую воды. Неужели вы думаете, что вам не придется отвечать за то, что вы здесь творите? — Голос у Каланжо охрип. С каждой минутой пить хотелось все невыносимей.

— Перед кем, можно поинтересоваться, мой дорогой капитан, я должен отвечать за свои действия?

— Перед судом, — Каланжо попытался облизнуть губы.

— Перед судом?! Перед чьим? Или, может быть, вы имеете в виду лживый продажный суд в завратном мире? — Хьюго расхохотался. Смех у него был какой-то неестественный для его большого тела — чем-то смахивающий на кудахтанье. — Честно скажу, давно я так не смеялся.

— Именно так, — сказал Каланжо. — Суд на той стороне.

— На ту сторону я не собираюсь, мой друг. В вашем отвратном мире мне делать нечего. — Он сделал паузу, ожидая, что Каланжо попробует возразить. Но тот промолчал.

Комната, куда привели капитана, была маленькая, узкая, без окон. Посредине комнаты — стол, привинченный к полу, и два таких же намертво вделанных в пол железных стула. Каморка освещалась двумя лампами — одна висела под потолком, другая была привинчена к столу. Ноги и руки капитана цепью приковали к ножкам стула. У двери стоял охранник. К своему удивлению Каланжо узнал в нем Лобова — этого парня, раненного в живот, Виктор и Каланжо сами привезли в крепость. Никто не думал, что он выживет. И вот, надо же — очухался. Мортал его за два сеанса на ноги поставил. Мужик оказался двужильный.

— Итак, прошу вас, капитан, расскажите, — отсмеявшись, сладким голосом заговорил Хьюго, — когда именно Ланьер посвятил вас в свой план захвата власти в крепости?

— Слушай, хватит молоть чепуху, — буркнул Каланжо. — Самому-то не надоело?

— Генерал убит, и это не чепуха, — Хьюго затушил сигарету в глиняной пепельнице. — Я сразу понял, что замышляет герцог. Он сделал вид, что уходит через врага, а на самом деле ушел к «красным», выдал себя за портальщика, якобы за собственного сына, пришедшего в наш мир из-за врат, завербовал нужных людей и явился в крепость к генералу. Самого герцога Бурлаков давно уже не пускал в крепость. Вернее, это я его не пускал: герцог всегда зимовал в замке вместе с преданными ему людьми, а к нам приезжала герцогиня с Рафом. Раф потихоньку шпионил. Герцог готовился, я ожидал, что Ланьер придумает какой-нибудь хитрый ход. И дождался.

— Значит, вы оказались плохим охранником, раз позволили убить генерала, только и всего, — пожал плечами Каланжо. — Почему впустили Ланьера в крепость, если подозревали?

— Шутить изволите? — Хьюго изобразил улыбку. — Слава, он, оказывается, у нас шутник.

Лобов тут же шагнул к пленнику, влепил арестованному оплеуху, потом ухватил за волосы и ударил лицом о стол.

— Сука, ты шутить вздумал?! Я тоже люблю шутки. Обожаю шутки! Как тебе понравилась моя шутка? А?

— Ну, не надо так... — покачал головой Хьюго. — Вон весь стол красный стал.

— Ну и что? Таких жалеть нельзя! — Лобов ударил снова, сильнее.

— Этот парень тебя в крепость привез, — Хьюго возражал намеренно робко, очень хотел, чтобы его опровергли.

— Меня вы спасли. А этого жалеть нельзя. Нельзя. Он нас не пожалеет. — Последовал новый удар — Лобов спешил оправдать ожидания хозяина. — Мы должны себя защищать!

— Достаточно, — приказал Хьюго.

Лобов, тяжело дыша, отступил назад к двери.

— Слава у нас молодец, старается. — Хьюго покачал головой. — Я не сторонник таких грубых методов. Предпочитаю действовать тонко, щадяще, но меня почему-то обвиняют в жестокости.