Шрифт:
Глава 1 – Вторжение. Бада-Бум
Проснувшись от мужского голоса Пити, долго лежал, не решаясь отрывать глаза и увидеть источник звука, зная, что в доме он один…
Мир менялся, и он это чувствовал, и аномалии всё чаще просачивались в жизнь мыслителя, нарушая его покой. Радужный мир героев Бундаша постепенно наполнялся серыми холодными тенями, пропадали сильные герои, население, узнавая о пропаже своих любимцев, впадало в уныние. То и дело до головы Пити доносились слухи об использовании артефактов силы, некогда принадлежавших героям, против населения. Власти не придавали особого значения происходящему – герои своенравны, могли скрыться от взора народа… Никто не знал, кто или что повинен в происходящем, кроме мыслителя, в голове у которого то и дело вспыхивала приснившаяся ему картина взрыва далеко на юге, в горах.
– Кто ты такой? – смотря в полумрак, произнёс Пити, но ответа не последовало.
Потирая нос, покачиваясь, Пити подошёл к зеркалу, на него смотрел человек с синей кожей. Его ресницы покрылись инеем, а губы дрожали от холода. Человек поднял голову и посмотрел в глаза Пити.
– Мирун! – воскликнул Пити и ощутил болезненное жжение на коже лица.
Между Пити и главным стражем «цитадели Хита» открылся незримый коридор связи. Для Пити собственные способности были смертельно опасны, он не контролировал силу, сливаясь с сознанием собеседника, смотря его глазами. Лицо Пити покрывалось ледяной коркой.
– Найди маску, не сдавайся. – Мирун улыбнулся растрескавшимися губами и прервал связь, и боль мыслителя отбросила от зеркала.
Яркая вспышка энергии, спалившая шторы на окнах и расплавившая стёкла, и ужасный грохот внесли поправку в сценарий жизни жителей Бундаша. Цитадель Хита была уничтожена.
В небе появилась голограмма головы мужчины с впалыми скулами и с красными глазами, его голос звенел у всех в голове. В голове.
– Здравствуйте, слабаки… Мы – великие искатели, и мы вас нашли, ха-ха. Бойтесь, несчастные, мы – новые хозяева этого мира.
Конкретики не было, но было понятно, что дело плохо.
Тощий, высокий мужчина задумчиво смотрел на громадную сосну, переливающуюся всеми цветами радуги, и пил мутную, горькую зелёную жижу из фляжки. Простояв какое-то время, он перешёл от дерева к муравейнику, потом к кусту, потом к валуну возле ручья, стоя и пялясь на каждый объект.
Со стороны это выглядело крайне бесполезно и странно, но, проходя мимо очередного дерева, мужчина оправдал своё нелепое поведение… Дождавшись, пока окрас дерева станет красным, он с криком «О-о-о…! мой любимый цвет» разнёс его в щепки ударом кулака.
Деревья перестали менять цвет и по цепочке рассыпались, а с ними спала иллюзия, открыв домик на дереве с верёвочным подъёмником.
Дом окутывал сизый туман, затрудняя видимость, но мужчину это несколько не смущало. Подойдя ближе, он ухмыльнулся и сел на бревно, не собираясь подходить ещё ближе.
– Ловушка, оригинально… – пробубнил здоровяк.
Мужчина собирался сделать ещё глоток из фляжки, но приставленный нож к горлу помешал это сделать.
– Если это для тебя забавно, подошёл бы поближе и испытал ловушку на себе.
– Ну, если великий мастер иллюзии Илим просит, как я могу отказать, ха-ха.
Мужчина поднялся, заставив Илима повиснуть у него на шее. Рост мужчины увеличился вдвое. 4-метровый великан подошёл к подъёмнику, и сотни острых металлических игл, возникших из тумана, пробили его насквозь вместе с висевшим на нём Илимом.
– Дурак… – из тени вышел Илим, а его клон медленно сполз по спине великана, впитавшись в землю.
– Ха-ха!!
– Почему ты постоянно смеёшься?
– Оправдываю своё имя, я Гиги, а ты труп.
Тело Гиги исчезло. Илим создал несколько клонов и, представив образ Гиги в голове, использовал способность подчинения разума, внушил нападающему, что его нет поблизости, и, сделав клонов невидимыми для глаза Гиги, напал. Клоны почти достигли материализовавшегося Гиги, достали ножи…
– Ха-ха!!
Клоны расплылись, став вязкой субстанцией. Илим вздрогнул, у него пошла носом кровь, он упал и больше не поднялся…
– Илим, для тебя информация, будь ты живым, она бы тебе пригодилась. Одна из моих способностей – контроль разума, и, попытавшись контролировать меня, ты не заметил, как открыл на мгновение свой, а жижа у меня во фляге – это сок Додо[1], он не позволяет затуманить мой разум. Спасибо за подарок, ха-ха! – снял кольцо и браслет, показывающий уровень силы с руки проигравшего.
– 1000?!.. на что ты надеялся?!
– Хрым-хрус – Ви-Ви по прозвищу Пожиратель хрустел печеньем в такт хрусту снега под ногами. Бесконечная белизна снега успокаивала. Пожирателю было грустно от того, что скоро снежный покой сменится хаосом жизни, но аморфность его раздражала больше…
Пожиратель был крайне нетерпелив, он отложил все прелюдии и отказался следовать намеченному плану.
– Глесес! Выходи, ледяной паршивец, я пришёл за твоей головой.
Спустя время и сотни повторенных призывов снег вздыбился, и из сугроба выпрыгнул мужчина, одетый явно не по погоде: шорты и белая майка.
– Ты кто такой…
Глесес получил по физиономии раньше, чем успел закончить фразу.
– Ты слишком долго шёл, у меня закончилось печенье, а с ним оставшиеся терпение. – спокойно и монотонно ответил ему Пожиратель.
Глесес кидался льдинами, создавал барьеры, устраивал пургу, пытаясь дезориентировать противника, но после каждого фокуса получал по физиономии.
Пожиратель настолько быстро двигался, что успевал вернуться в исходное положение раньше, чем глаза передадут мозгу Глесеса о том, что он подошёл, отвесил оплеуху и вернулся обратно. У Глесеса закончилось терпение. Он вышел из себя и из-за гнева совершил главную свою ошибку…
– Гдыщь! – Очередная оплеуха…
Создав ледяное копьё, Глесес, истошно крича, бросил его в пожирателя, кровь брызнула на белоснежное покрытие. Пожиратель держал в руке медальон Глесеса и смеялся.
– Что ты сделал?