Чтение онлайн

Сбросив маску, которую он огромным усилием воли удерживал на лице, пока здесь была Вилли, он тяжело опустился в кресло и за считанные секунды превратился в уставшего старика, которому оставалось только мечтать о красивой женщине, глаза которой всегда делали его вновь молодым.

Поднимаясь по мраморной лестнице здания Верховного суда в Вашингтоне, финальной ступени в американской судебной системе, Вилли испытывала чувство благоговения. В течение двух веков суд интерпретировал Конституцию и решал дела, защищая права всех граждан Америки, бедных и богатых, воздавая по заслугам заключенным и президентам. То, что Вилли оказалась здесь, свидетельствовало о важности ее дела.

Вилли очень волновалась, проходя мимо охраны в зал заседаний, который был открыт для публики и прессы. Она поискала глазами среди судей и заседателей Мэтта, суеверно полагая, что если она сможет убедить его, то убедит и остальных. Наконец ей дали слово.

– Следует отметить, – начала она, – что Америка "переживает сейчас настоящую революцию в отношении разводов. Мы можем сетовать на распад семьи и ущемление прав женщин. Но давайте посмотрим правде в глаза – поскольку продолжительность брака уменьшается, надо навести порядок в законах о разводе. Нам необходимо при рассмотрении дел о разводе ставить во главу угла финансовый вклад обоих партнеров, чьи талант и энергия способствовали улучшению благосостояния семьи.

Джек Шеферд согласился на финансовую поддержку своей жены. Теперь, получив за ее счет образование, он не хочет возмещать ей затраты, утверждая, что его жена, жертвуя своей собственной карьерой, выполняла лишь свою женскую обязанность. Мнение суда, согласно которому законная борьба Регины Шеферд характеризуется как "детская зависимость", не что иное, как дискриминация в чистом виде.

Я прошу суд – защитный механизм наших фундаментальных прав человека – защитить инвестиции Регины Шеферд, как и все подобные инвестиции супругов, независимо от их полов. Суд не может вернуть моему клиенту годы, потраченные на работу во имя будущего ее мужа. Но суд может поддержать справедливые претензии Регины Шеферд. Мы не претендуем на то, чтобы наказать доктора Шеферда за его измену или отказ от брака. Мы просим только того, чтобы он поступил справедливо с женщиной, благодаря которой стала возможной его карьера.

В современном мире в вопросе о взаимных обязательствах супругов может быть достигнут консенсус. Я прошу суд отойти от дискриминационных стереотипов и вынести свое решение, учитывая жестокие социально-экономические факторы действительности.

Девять пожилых судей с бесстрастными лицами слушали пылкую речь Вилли. Даже выражение лица Мэтта ни о чем не говорило ей.

Прошли долгие две недели, прежде чем Верховный суд вынес свое решение. Пятью голосами против четырех суд вынес решение в пользу Регины Шеферд. Решающий голос принадлежал судье Мэтью Хардингу.

Сердце Вилли наполнилось радостью и благодарностью. Она сказала тихое "спасибо" не только судье, но Мэтту, который эволюцией своих собственных взглядов показал ей, что настало то время, которого она ожидала.

НЬЮ-ЙОРК-СИТИ: СЕГОДНЯ

Первое, что услышала Вилли, – это тревожный голос Софии, затем он понизился до шепота, но Вилли разобрала свое собственное имя. Потом наступила мертвая тишина.

Вилли крепко сжала холодную черную трубку телефона.

– София? Где вы? Что случилось?

– Он нашел меня... Я слышала в холле голос... он говорил по-арабски. Я не знаю, что делать. Помогите мне, Вилли... Пожалуйста.

Вилли лихорадочно стала соображать. Она была уверена, что София надежно спрятана в "Уолдорф Тауэрс", зарегистрированная под чужим именем.

– Вы уверены, что это люди Шейха? – спросила она. – Они спрашивали именно вас или пытались войти к вам?

– Нет, – ответила София едва слышным шепотом. – Но я уверена, что это люди Шейха. Они ушли минуту назад, но они вернутся, я знаю...

– Слушайте меня внимательно, – сказала Вилли, пытаясь говорить твердо и уверенно. – Держитесь подальше от входа. Позвоните в службу безопасности и скажите, что за вашей дверью вы слышали каких-то подозрительных людей. Потом позвоните вашему брату. Пусть Гарри до суда побудет с вами.

– Гарри нет здесь. Он в Чикаго по поводу продажи моих драгоценностей. Он не вернется до вечера. Я совсем одна...

– Это будет недолго. Выпейте чего-нибудь. Закройте вашу дверь на все замки и дайте мне сообразить, что можно сделать.

Но что тут сделаешь, думала Вилли, повесив трубку. Она могла бы позвонить в полицию и сказать, что ее клиент, гражданка Америки, подвергается преследованию и угрозам. Она уже поступила так неделю назад, когда двое людей Шейха следовали за ней и Софией от офиса Филли до "Льютис" и ждали на улице, пока две женщины завтракали и обсуждали детали развода Софии.

Когда приехала полиция, эти люди представили дипломатические паспорта, удостоверяющие, что их присутствие здесь вполне законно, и пригрозили пожаловаться в Государственный департамент. К досаде Вилли, полиция оказалась бессильной помочь им.

Перед тем, как уйти, один из полицейских отвел ее в сторону.

– Для вашей же пользы советую вам не связываться с этими типами из посольства, адвокат. Эти парни находятся под покровительством самого короля, и, не исключено, что даже если мы поймаем их на чем-нибудь большем, чем слежка, мы все равно не сможем задержать их.

Если даже полиция не в состоянии защитить Софию, то кто это сделает, спрашивала себя Вилли. Ответ был ясным, но не обнадеживающим. Это сможет сделать человек, которого не слишком беспокоит дипломатическая неприкосновенность и прочее в этом роде. Но Вилли никого из таких людей не знала, пожалуй, кроме...

Она набрала номер телефона Ника Росситера.

– Мне нужна помощь, – без всякого предисловия сказала она. – И как можно быстрее.

Ее тревожный голос не оставлял никакого сомнения в срочности дела.

– Ты ее получишь, – ответил журналист.

– У одного их моих клиентов возникла проблема. Мне нужен человек, как ты говоришь, с "крепкой мускулатурой", чтобы спасти ее от разрыва сердца.

– Позвоните копам, – незамедлительно сказал Ник. – Это будет стоить дешевле и...