Чтение онлайн

Загорелся зеленый и я свернула направо, на Бэй, а потом — налево, на Албани. Мусорные баки были выставлены на тротуар вдоль всего квартала, включая два, которыми пользовался Генри. Перед домом Шелленбергеров баков не было, и теперь я вспомнила, что не видела там баков с тех пор, как уехали Адельсоны.

Я до сих пор качала головой, когда въехала на дорожку Генри и остановилась. Должна я рассказать ему? Он их уже почти усыновил, и я знаю, что ему не захочется слышать жалобы по поводу этой парочки.

Все равно, их действия меня раздражали. Подбрасывать свой мусор чужим людям хоть и некрасиво, но не является преступлением. Если Эдна и Джозеф решили сэкономить на вывозе мусора, это не мое дело. Я поставила их действия в ту же категорию, что кража скидочных купонов из чужого почтового ящика. Я бы не стала делать этого сама, но если кто-то делал, это не катастрофа.

Я должна была напомнить себе, что люди, готовые немножко сжульничать, обычно нечестны во всем.

Оказавшись дома, я включила свет и оглядела гостиную в поисках места, чтобы спрятать почтовый пакет. У меня не было причин считать, что Нед Лоув знал, где я живу, но он сумел найти мой офис, так почему бы не мой домашний адрес?

Я стояла посередине комнаты и переводила взгляд от поверхности к поверхности. Все овзможности казались очевидными.

Я подумывала, не запереть ли пакет в багажнике, но тогда, все что ему нужно будет сделать — это разбить окно, протянуть руку, открыть дверцу, а там уже открыть багажник.

Я пошла в гараж Генри, где положила пакет на полку, на которой он хранил пустые банки из-под краски, до того, как выбрасывал из на специальную свалку.

Зайдя к Рози, я подошла к пустому столику и поставила на него сумку, чтобы занять место, на тот маловероятный случай, если вдруг нагрянет толпа посетителей.

Вилльям стоял за барной стойкой в белой рубашке, красном галстуке-бабочке, черных костюмных брюках и роскошной паре красных подтяжек.

— Вы только посмотрите. Никогда не видела тебя так изящно одетым.

— В моем возрасте нет смысла становиться самодовольным. Я носил один и тот же костюм-тройку почти пятьдесят лет. И здесь нечего стыдиться. Качество прекрасное, и портной обещал, что он будет выглядеть, как новый. Но перемены иногда — это неплохо.

Бабочку я завязал сам. Мне не нравятся готовые, а тебе?

— Конечно, нет.

Он пошарил под стойкой и достал штопор и бутылку “шардонне” с настоящей пробкой.

— Я купил это для тебя. Я знаю, что ты морщишься от вина из банки. Налить тебе бокал?

— Конечно. Огромное спасибо.

— Я принесу тебе на столик. Ты одна?

— Рути должна прийти, и мы поужинаем. Рози готовит что-нибудь, о чем нас нужно предупредить?

Его выражение продемонстрировало скептицизм.

— Филе карпа с квашеной капустой, что, вообще-то, лучше, чем звучит. Она делает творог, но он не будет готов до завтра.

Он поднял руку, предвосхищая мой вопрос.

— Свернувшееся молоко со слитой сывороткой.

— Вкуснятина.

Когда пришла Рути, Вилльям принес щедро наполненный бокал “шардонне” для меня и ледяную водку-мартини для нее.

Она сделала глоток, и я видела, как пробежала дрожь по ее позвоночнику.

— Не могу поверить, что ты этого не пьешь, — сказала она.

— Нет, спасибо. Какие-нибудь новости от твоего взломщика?

— Его удача закончилась. Я снова сменила замки, и сегодня установили сигнализацию. Я лучше себя чувствую со всеми этими кнопками.

Она оперлась подбородком на кулак.

— Так что за историю тебе надо подтвердить? Ненавижу, когда ты говоришь такие вещи и ничего мне не рассказываешь.

Я пересказала историю, рассказанную Тарин Сиземор, о том, как Морли Шайн проник в офис ее психиатра и украл достаточно личной информации, чтобы поставить крест на ее судебном обвинении. Я не вдавалась в детали по поводу самих фактов, просто способ, каким Морли их раздобыл.

— Это все правда?

Рути подняла руку.

— Истинная. Морли признался Питу однажды вечером, когда был пьяный в дым. Он считал это удачным ходом, и Пит говорил, что он был очень доволен и радостно хихикал. Он сравнивал свой взлом с Уотергейтом, только без политики. Ха. Ха. Ха. Ну и тип был наш Морли.

— Раффнер знал о том, что сделал Морли?

— Он специально не углублялся. Он был счастлив получить рычаг воздействия, и не особенно волновался, как это попало в его руки. Конечно, Пит был в ужасе, хотя и не сказал Морли, как он расстроился. Я уговаривала его рассказать Бену, но Пит не был уверен и мучился неделями.

— В чем была проблема?

— Он знал, что находится на тонком льду. Бен и Морли были партнерами пятнадцать лет и друзьями задолго до этого. Пит занимал невысокое положение в агенстве и вряд ли был близким другом любого из них. Он был хорошо подготовлен — Бен в этом убедился, но у него не было социальных навыков, чтобы самому находить себе работу. Ему давали небольшие поручения, но в целом, только терпели его присутствие, особенно это касалось Бена. Пит и Морли неплохо ладили, до этого случая.

— Так что, в конце концов, он решил рассказать Бену.

— К лучшему или к худшему. Ты знаешь, как Бен строго придерживался правил. То, что сделал Морли, было преступлением, что поставило в опасное положение Бена и само агенство. Но так же беспокоило Пита то, что случилось с женщиной, которая подала заявление в суд. Адвокат Неда представил ее как охотницу за деньгами. Его проблема была в том, что ему было нечего выставить против нее в суде. Потом Морли предоставил Раффнеру всю амуницию, в которой тот нуждался.

В то же время Пит убедился, что Нед Лоув представляет опасность, а Берд-Шайн, в общем, дали ему карт-бланш.

— Почему ты мне об этом не сказала?

— Я только что это сделала.

— Раньше. Почему ты никогда не говорила ни слова?

— Ты работала в агенстве. Я думала, ты знаешь. Я удивлена, что Бен с тобой не поделился.

— Ни словечком. Я тогда уже заканчивала свою практику у них. Думаю, Бен был слишком напуган, чтобы признать проступок Морли. К тому времени, когда агенство распалось, я уже работала самостоятельно. В городе не было никаких слухов о том, почему они разорвали отношения.