Иконы
Шрифт:
Тима смотрит в ту сторону:
– Факелы, наверное. Или сигнальные ракеты.
Лукас щурится, стоя рядом со мной:
– Да у кого там могут быть сигнальные ракеты?
Я изумленно всматриваюсь в даль:
– Что там происходит?
Мы смотрим на огни, все вспыхивающие внизу. Один, другой, и наконец целый огненный поток течет по улицам-венам Хоула, словно кровь, заливая все. Огни продвигаются по извилистым дорожкам Грифф-парка. Они покрывают Лас-Рамблас, и переулки, и улицы.
Ничто их не останавливает.
Ничто и никто.
У них есть сила. Они и есть сила. И теперь они это чувствуют.
Они идут десятками, сотнями. Старики с темными глазами и сухими руками с почерневшими ногтями, с выступающей на губах слюной. Старые женщины с коричневой кожей, без зубов, едва передвигающие ноги. Седые волосы связаны сзади в низкие узлы. Они напряженно переставляют ноги, как будто каждый шаг причиняет им боль. Что, скорее всего, так и есть. Мир состоит из этих мужчин и женщин, думаю я, из целой армии таких людей. Женщин, которые родили детей и похоронили их. Мужчин, которые выдержали все превратности жизни и продолжают держаться.
А потом появляются молодые мужчины и молодые женщины, в платках и соломенных шляпах, с мускулистыми ногами. Кто-то идет, кто-то бежит. Кто-то толст, кто-то худощав. Даже маленькие дети бегут между ними. И всех их объединяет то, что они движутся вперед, да еще выражение их глаз.
И этого достаточно.
Мы наблюдаем за тем, как огни движутся через город, и в этом нет ничего паранормального, ничего сверхъестественного. Лишь нечто совершенно правильное, нечто абсолютно человеческое.
Только…
Облака освещаются электрической вспышкой. Мы смотрим на небо. На лице Тимы отражается опасение.
– Что это… молния? Но грозы нет.
Земля начинает дрожать под нашими ногами.
– Дол? Ты чувствуешь… – кричит Ро.
Я падаю на одно колено, прижимаясь к земле.
Я не чувствую ничего, ничего человеческого.
Только энергию в ее чистейшем виде. Жар, и мощь, и некое соединение. Я взмахиваю рукой, быстро, отгоняя это, дрожа от жара.
– Я не знаю. Что-то не так.
Лукас в ужасе смотрит в небо:
– Это они. Они уже здесь.
И тут облака раздвигаются – и появляются серебристые корабли. Они повисают низко над городом, скользя поперек горизонта, закрывая луну.
Это то, чего мы сильнее всего боялись. Но я не ожидала, что они прилетят так быстро. Лорды бросили на нас свои корабли, как это было в Тот День. Они явились, чтобы подавить восстание. Преподать нам урок.
Они явились, чтобы использовать свое самое мощное оружие – наш величайший страх.
– Могут ли они это сделать без Иконы? – шепчу я.
Никто не решается ответить.
Достаточно ли мы сделали?
На Хоул опускается тишина. Люди на улицах замерли в неподвижности.
– Ро! Лукас! – Я протягиваю к ним руки, но Тима уже прижалась к телу Лукаса. Ро бросается ко мне, как будто может защитить меня от самих Лордов.
– Не смотрите! – кричит Лукас.
Как будто так можно предотвратить повторение Того Дня.
Мое сердце бешено колотится.
Я не свожу глаз с кораблей.
Мое сердце бешено колотится.
Я наблюдаю за тем, как Курьеры выстраиваются над Хоулом в безупречный круг.
Мое сердце бешено колотится.
Я наблюдаю за тем, как в небе вспыхивает ослепительный белый свет, такой яркий, что глазам больно.
Мое сердце перестает колотиться.
Мое сердце останавливается.
Мое сердце…
Мое…
Звук, подобный грому, раскатывается по небу. Я чувствую, как удар энергии проносится сквозь меня, почти сбивая с ног. Как будто вся мощь кораблей Лордов мчится сквозь все население Хоула ко мне. Мы все связаны. И я принимаю это. Я вбираю в себя всю силу – и отправляю ее обратно в небеса.
Тучи разверзаются, воздух наполняется дождем.
Я выдыхаю, и медленно, медленно мое сердце вновь начинает биться.
Молчание.
А потом я с трепетом вижу, как корабли медленно, неохотно поднимаются к облакам и исчезают.
Город внизу взрывается восторгом, улицы поют и кричат, хохочут и улюлюкают.
Они проиграли. Лорды. Они отступили.
Ро сжимает меня в объятиях, огромных, как целый город, и мы скачем по обломкам, как щенки.
Потому что Хоул выстоял.
Тима запрыгивает на спину Лукаса, вопя во всю силу легких. Я слышу, как ее голос разносится над холмом и над городом. Брут гавкает, бешено носясь вокруг Тимы.
Потому что сегодня – не Тот День.
Лукас наскакивает на Ро, а Тима валится на меня, и мы все четверо превращаемся в кучу перепутанных рук и ног, мы хохочем.
Потому что мы – не Безмолвный Город, не сегодня – и больше никогда.
Мы лежим на спине в пыли, таращась в небо, задыхаясь. Я замечаю, что лежу между Лукасом и Ро, и одна моя рука запуталась в золотистых волосах Лукаса, а вторая засунута под спину Ро.
Сегодня, прямо сейчас, они чувствуют то же, что и я.
Они ощущают себя живыми.
Еще на несколько мгновений мы замираем вот так. В спокойствии. Потом Тима садится и вскидывает руки, приветствуя дождь.
– Даже небо радуется за нас.
Ро улыбается мне с изумленным видом.
– Что ты такое сделала, Дол? – Тима поворачивается ко мне, полная любопытства, ее серебристые волосы растрепались, глаза расширены.
Я пытаюсь выразить свой ответ в словах:
– Не знаю. Думаю, что каким-то образом передала им всем наш иммунитет.
Лукас резко садится:
– Всему городу?