Икар

Святослав Логинов

Икар

Вальку уже давно не приходилось специально сосредотачиваться, чтобы взлететь. В нужное мгновение антигравы послушно подняли его, и внизу замелькали лес и поляны с домиками. А каково приходилось вначале! Холодный пот, дрожь в коленках. Хотя чего тут бояться? Антигравы могут не включиться у неопытного человека, но уж в воздухе они не откажут. Мягкая посадка обеспечена любому неумейке. Зато какие курбеты выделывал он, когда антигравы наконец покорились! Это сейчас, взглянув на него, любой поймет, что летит степенный человек, глава семьи, отец своих детей, возвращается домой с работы.

И Вальк, придав лицу приличествующее серьезное выражение, описал гигантскую мертвую петлю. Потом, оглянувшись, не заметил ли его кто, прибавил скорость.

Подлетев к дому, он сделал круг. Увидев отца, Дениска бросил мишку и пошел к Вальку, смешно загребая кривоватыми ножками.

– Здравствуй, сынулька. Как ты себя сегодня вел?

Дениска взялся за протянутый ему палец и топнул ножкой.

– На руки хочешь? А где у Диньки носик?

Динька с готовностью показал.

– Молодец, сынулька. Умным растешь, - сказал Вальк, погладил Дениску по голове и вошел в дом.

– Знаешь, чем сегодня Дениска целый день занимался?
– спросила Маша. Он летать учился.

– Как это?
– не понял Вальк.

– Да очень просто. Помнишь, как он ходить начинал? Стоит, за стул держится, потом отпустит, покачается, покачается немножко и - бух на попку. Засопит, а потом снова лезет. Так и сейчас. Ручки расставил, лапками топочет, прыгать пытается. Падал без счету, а не плачет. Все ждет, когда полетит.

– Это ты фантазируешь, - Вальк улыбнулся.
– Способность ходить заложена в природе человека, вот он и ходит. Рожденный бегать - летать не может.

– Так откуда это Дениске-то знать? Ты же сам мне рассказывал, что дети, которых звери воспитывали, не умели ходить. Они просто не понимали, что так можно. А Дениска смотрел, как мы с тобой ходим, сам пробовал и вон, как шагать начал, все ножки скривил. И летать - то же самое. Ты летаешь, я летаю, все вокруг летают, вот и он хочет. Ему же не объясняли, что это в природе не заложено.

– Пожалуй, ты права. Пошли, посмотрим, как он там левитирует.

Дениска топтался в своем манеже перед домом. Он расставлял руки и изо всех сил тянулся вверх.

Вальк поднялся метра на полтора в воздух, завис над сыном и тихонько позвал:

– Динька, Икарчик мой маленький, что ты там внизу мнешься? Скорее лети сюда, папе на ручки!..

Дениска затопотал сильнее, запыхтел, стараясь подпрыгнуть, в конце концов это ему удалось, но как-то странно. Он медленно поднялся на несколько сантиметров, секунды на две замер в воздухе, а потом опустился назад. Встал на ноги, но не удержался и шлепнулся в сухую теплую траву.

Обыденность обстановки не позволила Вальку даже удивиться по-настоящему, но он вдруг почувствовал, как сильно тянет к земле его поддерживаемое антигравами тело.

А Дениска завозился, шурша желтеющими стебельками, поднялся, укрепился на ногах и, протянув ручонку к солнцу, отчетливо сказал:

– Дай!