Чтение онлайн

Смотря в лицо оммеджи оскалившейся мордой, Клык почувствовал, как боль начала медленно отступать, тело обретало новые силы. Руки и ноги начали трястись из-за излишка энергии, которую нужно куда-то девать.

Клык встал на ноги, не ощущая боли. Зелье носорога не только поставило его на ноги, но и придало ему больше сил. И без того легкий двуручный меч в руках вервольфа перестал сколько-то весить, будто бы в его руках лежало маленькое перышко, только что вылупившегося птенчика.

Тело стало небывало легче, будто бы сам вервольф перестал что-либо весить.

Посмотрев на оммеджи, веселая улыбка вернулась к лицу вервольфа. Крепко встав на ноги, вервольф принял прежнюю подвешенную стойку, направив острие невесомого лезвия на врага.

Клык не стал дожидаться следующей атаки и рванул с места на не привычно высокой для вервольфа скорости. Дары заячьего отвара начали действовать в полную силу. Только завидев стремительно приближающегося вервольфа, оммеджи отправил на встречу талисман, что растворился в воздухе и создал штормовой поток, замедливший Клыка на его пути. Сразу же за мощным ветром последовали десятки каменных осколков, что со свистом неслись по воздуху в сторону вервольфа.

Даже с учетом возросшей скорости Клыка, ему не хватало реакции, что бы увернуться от всех каменных снарядов разом, но ему хватало времени подстроить положение своего тела так, чтобы минимизировать урон. Выпрямив спину и прикрыв морду лезвием меча, большинство камней врезалось в киль стальной кирасы и отрикошетили в стороны. Все же Фестуанские кузнецы знают свое дело. Но стальная кираса не спасала все тело, несколько осколков добрались до своей цели. Левое ухо вервольфа разорвало в клочья и начало кровоточить, второй снаряд пришелся в правую руку и пронзил его кисть на сквозь.

Но этот зверолюд будто бы и не чувствовал боль и продолжал двигаться как ни в чем не бывало. Слегка удивившись такой стойкости, оммеджи вновь произнес что-то на своем не внятном языке, после которого бросил на пол один единственный талисман, что начал превращаться в огромное антропоморфное существо.

Клык резко затормозил, когда перед ним явилось создание, словно из пучин самого ада. Прямо перед ним стояло массивное двухметровое существо, стоящее на двух вытянутых звероподобных лапах. Кожа, на огромном мускулистом теле, полностью отсутствовала, оголив красные и подергивающиеся словно черви мышцы. Голову его покрывала густая черная растительность из запутанных и растрепанных волос, что стекали по его плечам и спине.

Лицо его должно было быть еще более жутким зрелищем, чем его тело, но к счастью или нет, его лицо скрывалось за каменной демонической маской, на подобии тех, что носят местные самураи. Лишь его глаза, наполненные чистым гневом ко всему живому и не живому, наполненные огнем смотрели на Клыка с неподдельной первобытной кровожадностью.

Из ноздрей в маске, красный демон, выдохнул горячий пар и вдохнул холодный воздух, наполнявший комнату. После чего, его красные руки, усеянные острыми когтями, подняли каменную дубину, по обеим сторонам из которого торчали обсидиановые лезвия, и положил его себе на плечо.

Клык смотрел прямо демону в глаза, с хищным взглядом.

— Демон значит! — Весело заголосил вервольф, после чего сплюнул и добавил. — И не с такими уродами разбирались! Скажи демон, ты когда нибудь сражался с мутантами-химерами? Нет? Тогда тебе дорога в гроб! В объятья Фебрууса!..

Клык не теряя и секунды перебросил двуручник за голову и бросился в безумную лобовую атаку.

…

Кай даже не заметил, как бой между ним и черно-белым монахом переместился в другое помещение. Его лапы ступали на мягкие полы, обделанные татами, изредко под ноги попадалась мебель. При беглом осмотре, даже при отсутствии хоть какого-то освещения, становилось ясно, что это гостевая с чайниками и блюдцами под напитки.

Но это не имело никакого значения, когда монах наносил очередной мощный удар. Толстая рука мордвара грозной кувалдой понеслась в вервольфа. Раскаленная до красна лезвие тати блокировало тяжелый удар кулака. Монах отдернул руку, на которой не осталось ни следа от раскаленного металла.

Между тем, Кай бросил несколько слов, даже не надеясь получить ответ.

— Я то думал монахи из монастыря Хуанбо миролюбивые.

Мордвар внезапно остановился и послышался тяжелый медвежий голос.

— Не тебе об этом говорить, тот, кто выбрал свой путь, проложенный трупами и облитый чужой кровью. — Язвительно ответил монах, смотря на Кая с отвращением.

— Ха-ха-ха… — Кай в ответ громок засмеялся, открыто высмеивая монаха. — Я не убиваю тех, кто не может держать оружие в руках… — Повторно взглянув на безоружного монаха, Кай поправил себя. — Я не убиваю тех, кто не представляет для меня угрозы, а те, что собираются сражаться со мной, должны быть готовы к благородной смерти воина. Я сам был бы не против умереть с честью и благородством… И я не прислуживаю темным богам, не приношу им жертвы, в отличие от тебя и тебе подобных.

Парировал вервольф, но мордвар был не приклонен.

— В отличие от тебя, я знаю куда больше, чем ты можешь себе представить. — Проревел монах. — К сожалению, не все могут понять нас и я сомневаюсь, что ты тоже поймешь.

— А что тут понимать? — Улыбчиво поинтересовался Кай. — Как по мне, все вы одержимые культисты погрязшие в бесчестии и поклоняющиеся четырем демонам! Всех вас нужно истребить.

— Глупый рубака! — Практически прорычал мордвар. — Ты не знаешь даже толики того, что мы хотим на самом деле.

— Да? А легионы демонов вам нужны для того, чтобы поразвлечься и попить сакэ?

— Ты помнишь, хоть одно нашествие демонов на земли Сапфира. Как легионы четырех ступали по этим самым землям.

Морда монаха все сильнее и сильнее кривилось в гневе, в то время как улыбчивый вервольф отвечал ему.

— Нет, ведь предвестники каждый раз запирали врата до прихода демонических легионов. Об этом знают в каждом уголке нашего мира.

— Ты действительно глупец. — Разочарованно прошептал монах. — Думаешь каждый из предвестников сумел запереть врата? Буквально каждый? Или быть может это смертные очернили всадников, а на деле те желают не смерти, а спасения для всех нас?