Чтение онлайн

– Оперативно! – восхитился Митя.

– Фирма веников не вяжет, – насмешливо ухмыльнулся полковник. – А если вяжет, – то профессионально и наверняка. Как здоровье драгоценное Киры Вениаминовны? Она в курсе? Ты её предупредил? Правильно. Я с ней договорюсь: это будет наша операция. Вот если мы проиграем и, пусть даже копии, но повезут за бугор, вот тогда пусть ваше ведомство подключается. Это в третьем райхе, – я много лет историей второй мировой войны в юности занимался…

– Я читал Вашу документальную повесть «Эскулапы и искусствоведы Генриха Гиммлера», Вы её написали, когда в Германии были?

– Где мы только не были… Так вот, в райхе все службы соревновались и ссорились – абвер с гестапо, гестапо с СД, СД с СС, СС с криминальной полицией… А мы в мире живем. На пользу, так сказать, делу. Но Кире Вениаминовне, если это не сильно противоречит Вашим этическим принципам, лучше пока об операции ни слова. Одна случайная утечка, – и! Когда круг информированных людей ограничен, можно быстро узнать, где канал слива информации. Ясно? Тогда вперед. Я Вас, Дмитрий, подключаю к нашей операции. С Кирой согласую. Берите отгулы на свадьбу.

– Вы и про это знаете?

– Служба. Положено. Берите отгулы после акции – трое суток по семейным обстоятельствам, и – вперед и с песней, как говорил наш общий товарищ полковник Бобренев.

– Вы и это…

– Дмитрий? Вы где находитесь? В генпрокуратуре. Мы не ФСБ. Мы, чего нам не надо, не знаем. А зато то, что надо знать, знаем. Время не ждет…

– Как говорил герой Джека Лондона Элам Харниш…

– Ах Вы, Дмитрий, и это знаете…

Посмеялись.

– Разрешите идти?

– И немедля. Машина вам выделена. Прямо отсюда со своими парнями, возьми троих, как минимум, и водитель вам придан – ас. Хватит для захвата. Я так понял, они задержания не ждут, на игле, в кайфе, раскованы, все должно получится. Но поспешите. Я думаю, они проведут акцию завтра утром. Но все бывает. Поспешите.

За руль сел Виктор Егорович Потапов, для водителя высоковат но зато при случае может догнать преступника с большой Форой; сзади сели Митя, Вася Глушенко, Пал Палыч и Дмитрий Сергеевич, рядом с водителем – Федя, руководитель операции.

Все в галстуках? – строго спросил Федя, и ухмыльнулся:

Не бардак едем закрывать, а в Музей изобразительных искусств. Это понимать надо. Значит, так. В двух словах ориентировка. Сегодня обследуем территорию будущей акции. Предположительно завтра готовится ограбление выставки японской графики. Это первый этаж музея. Наружные рамы открыты из-за жары. На окнах решетки.

– Жулики будут ночью пилить решетки? – спросил Дмитрий Сергеевич.

– Возможность такая есть: окна выходят на тихий двор музея и НИИ. Сигнализацию отключить – пара пустяков. Но скорее всего кража произойдет открыто – через распахнутые окна, зазор между решеткой и рамой позволяет просунуть сами картины, или точнее – гравюры, правда, без рам.

– Брать будем в музее? – спросил Вася Глушенко, поигрывая могучими мышцами боксера.

– Нет, отслеживаем и берем в момент передачи посредникам, между и исполнителями и заказчиками. Сами исполнители скорее всего заказчика не знают. Без посредников нам на заказчика не выйти.

– Значит, будет преследование? – удовлетворенно спросил Виктор Егорович.

– Будет, но не для задержания, а чтобы далеко не отпустить. Это значит – филигранная работа. Изображаем правительственную машину, торопящуюся на «малый совнарком». Значит – быстро, но аккуратно.

– Сирену?

– Не надо, достаточно «мигалки».

– А то пугнули бы.

– Не надо.

– Не надо, так не надо. Приехали.

Начальник охраны уже встречал группу захвата Генпрокуратуры в крохотном фойе Музея личных коллекций, где на первом этаже экспонировалась Выставка японской графики ХУП века. Группу он провел по выставке как экскурсионную. Только вот вопросы не имели прямого отношения к стилю графики «укие-ё», а были направлены на выяснение технологии закрепления гравюр в рамках на стенах, разных степеней защиты, незаметно осматривали «экскурсанты» рамы, решетки, переход из одного зала в другой, прикидывали, как будут грабители создавать благоприятную обстановку для кражи.

Все собрались в небольшом кабинетике начальника, охраны.

– Все можно, только просьба не курить, – очень душно.

– А что ж тогда можно? – ухмыльнулся ироничный Дмитрий Сергеевич.

– Можно задавать любые вопросы и предлагать любые решения.

– Я думаю…, – начал важно Вася Глушенко – самый молодой в группе и самый талантливый…

– Тихо-, предупредил Виктор Егорович. Вася думать будет.

– Посерьезнее, мужики, дело-то непростое, – предупредил Федя.

– Я думаю, – невозмутимо продолжил мысль Вася, – что они попытаются устроить инсценировку пожара, – дымовую завесу и все такое.

– Мысль правильная, в нужном направлении. Есть другие мнения? Нет? Тогда продолжай, Василий Андреевич.

– Я думаю так. Судя по агентурным данным (тут он вежливо поклонился в сторону Мити), особый интерес вызывают у потенциальных грабителей три зала на первом этаже, это первый, второй и третий. При этом для передачи работ через окно удобнее всего третий зал, окна которого смотрят во двор, и четвертый, окна которого выходят в переулок.

– Почему не первый и второй? – спросил Федя.

– Потому что подход к окнам первого и второго залов затруднен со двора, – там кусты какие-то трубы после ремонта у самой стены, словом надо напрягаться. А у тех залов, про которые я говорил, – окна выходят на ровные площадки, можно подойти вплотную к, окнам.

– Убедил, дальше.

– Дальше вопрос к Виктору Егоровичу, Егорыч, скажи, если машины поставить с раскрытыми багажниками, с водителем за рулем, с включенными моторами, так, чтобы одно движение, и тачки одна за другой уйдут из двора на Волхонку, и там – по прямой, сколько надо времени, чтобы загрузиться и уйти в отрыв?

– Да что там времени, – минуты…

– А сколько надо времени, чтобы кусачками обрезать проводки, на которых висят гравюры, подойти к окну, просунуть работы в отверстие между рамой и решеткой?

– Добавь время, чтобы вынуть работы покрупнее из рам…

– Я уверен, что будут брать только мелкие работы, которые даже в раме свободно проходят в отверстие. Я сам свои гуаши, акварели и пастели в рамки оформляю, соответственно, и вынимаю из рам. Это минуты, и минуты долгие. Уверен, преступники проводили хронометраж и постараются уложиться в три минуты. Так что брать будут работы в рамках…