Чтение онлайн

Получен новый уровень!

Получен новый уровень!

Получены очки характеристик: [+2]

Получены очки навыков: [+6]

Окончательное упокоение рыцаря смерти стало переломным моментом, после которого маги смогли пойти в контрнаступление. Первым делом, они развеяли ставшую бестолковой нежить, после чего переключились на огненных тварей. Дзинсая, приподняла мою голову, Амалия влила в меня целебное зелье, но это помогало только от травм и ранений, зарастило порванные сосуды. Благо, рядом оказался один из магов Жизни, который поделился со мной живительной энергией. После этого, я смог встать.

Мы продолжили бои, постепенно уходя всё дальше на юго-запад. Осознать то, что огненные твари нас куда-то заманивают, я смог, когда было уже слишком поздно. К тому моменту мы как раз расправились с группой опалённых и огнепоклонников, когда я услышал чей-то голос и поднял взгляд.

На крыше соседнего дома сидела рыжеволосая девица в откровенном наряде и картинно хлопала руками. На ней была надета белая блуза с глубоким декольте, короткая юбка, высокие сапоги и коричневые перчатки. Рыжие волосы были уложены в красивую причёску. Да и сама она была довольно привлекательной.

— Браво! — воскликнула она. — Здорово ты уделал Сакджара. Я такого не ожидала. Знаешь, я даже предложу тебе от имени моего господина присоединиться к нему. У тебя же нет покровителя? Почему бы им не стать господину?

— Кто ты? И кому служишь? — спросил я, подняв с мостовой меч. Дзинсая чуть сместилась, чтобы в случае чего можно было метнуть в девку нож или принять нежданчик на меч. Амалия также подобралась, готовая совершить рывок. В магических баталиях ей места пока не нашлось, зато она весьма умело расправилась с несколькими пылающими солдатами.

— Можешь звать меня… Аша. А служу я Равелу Пылающему. Равелу Испепелителю! Равелу Огненному! Да поглотит его пламя весь мир!

— Мне с фанатиками не по пути. Особенно с теми, кто сжигает дотла деревни вместе с жителями.

— К чему цепляться за жизни глупых крестьян? Ведь, они всё равно ничего не стоят и рано или поздно познают Огонь. Не в этом мире, так в посмертном. Ибо, мой господин придёт и туда и вычистит его своим пламенем.

— Дамочка, да у тебя с головой беда, как я погляжу.

— Фу, грубиян! Последний раз спрашиваю, пойдёшь под знамёна моего господина?

— Нет. С умалишёнными мне не по пути.

Девица хищно усмехнулась.

— Попытаться всё равно стоило. Но теперь ты мне точно развязал руки.

С этими словами она достала откуда-то из-за спины кубок цвета бронзы и широким жестом выплеснула из него жидкий огонь. После чего с диким хохотом умчалась по крыше.

— Твою мать! Дзинсая, за ней! И отбери у суки её кубок! Амалия! Поднимай меня!

Блондинка, подхватив меня поперёк туловища, ощутимо приложив по рёбрам, взмыла в воздух, а я стал смотреть, куда потечёт огонь. Тёк он, вопреки всем законам физики, по одному направлению — в квартал Ремесленников, который большей частью был деревянным.

— Сажай меня вон там! И помоги эвакуировать местных! — отдал я команду. Девушка поставила меня на не очень широкой улице между каменных домов, единственной, которая шла в квартал, опоясанный с остальных сторон городской стеной, и полетела дальше.

Пламя было в конце улицы. Пора было применить знания, полученные от Амилорна.

Я прикрыл глаза и выставил руки ладонями вперёд — так мне было проще сконцентрироваться. В нескольких метрах перед собой я сгустил Пространство, сделал его сплошной стеной, который огонь бы ни взял. Никакой.

Первая волна пламени ударила спустя пару минут. Барьер выдержал, но к моему ужасу, огонь не погас, а продолжал накатывать, словно волны бушующего моря, ударяясь в барьер и откатываясь назад. И с каждым накатом волны становились всё тяжелее, горячее, а удары всё сильнее.

Вскоре барьер сдвинулся так, что коснулся моих ладоней, и тогда, сгустив его ещё немного, я упёрся в него руками, широко расставил ноги и подал корпус чуть вперёд, прилагая, помимо внутренних, ещё и физические усилия, чтобы удержать огонь от выжигания целого квартала.

С каждой минутой держать его становилось всё сложнее. Одна волна откатилась, задержалась дольше привычного ритма и, с очередным ударом в барьер, сдвинула меня на полметра назад. Даже руки согнулись в локтях и, прикладывая огромное усилие, стиснув зубы, мне удалось их разогнуть, отодвигая барьер вместе с огнём назад.

Теперь каждая волна хоть на чуть-чуть, но сдвигала меня ко входу в квартал. Ещё немного, и меня прижмёт к баррикадам. Когда до последних оставалось уже совсем немного, я с резким выдохом оттолкнул барьер, отбрасывая пламя чуть назад, бросил волну Пространства себе за спину, сметая баррикады прочь, и тут же сделал распорку, упёршись ногами в брусчатку. Вовремя, поскольку очередная волна едва не опрокинула меня на спину. С рычанием и огромным усилием мне удалось выпрямиться и отодвинуть огонь назад.

Мой мановый резерв опустел, равно как и всё, что я успел запасти в кольце и накопителе. С ужасом я вдруг понял, что не удержу огонь. Мои силы были на исходе и только осознание того, что за моей спиной живые люди, что их жизни зависят от меня, позволяло мне использовать какие-то затаённые резервы организма и держать пламя, стиснув зубы, заливаясь потом и слезами от жара.

У меня начали трещать едва отросшие волосы, ресницы и брови. Я уже стоял на границе квартала. Чётко пришло понимание, что я доживаю последние секунды, что вот-вот огонь снесёт меня, поглотит и сожрёт…

В последний момент мне не слабо прилетело по рёбрам, и я вдруг взлетел над кварталом, жидким огнём, растянувшимся на всю улицу и городом. Амалия успела подхватить меня, и теперь я мог наблюдать с высоты, как огонь, снеся мой барьер, хлынул в квартал, как река, снёсшая плотину, заполнил его и начал выжигать дома. И осознание того, что я не смог, не удержал, что дал огню уничтожить квартал, выжигало моё нутро сильнее этого пламени.

Девушка аккуратно опустила меня на мостовую в нескольких кварталах от места моей схватки со стихией. Мои ноги не выдержали и подкосились, и Ама помогла мне сесть возле стены какого-то дома. Я был в таком сильном напряжении, как нервном, так и физическом, что моё тело перестало слушаться. Его трясло, рубаха под бронёй прилипла к телу. Даже когда соратница поднесла мне воды, я не смог сам её принять и напиться.