Чтение онлайн

Мамочки. Он это… буквально? — И всё равно ты мне не позвонил? — Может, для розыгрыша не всё потеряно?

Его взгляд метнулся.

— Мне надо с тобой поговорить.

Музыка не давала возможности продолжать диалог, но и уйти с ним я была ещё не готова.

— Есть одно место. Идём в конец зала. Взяв меня за руку, он пошёл в указанном направлении, пока не наткнулся на сплошную чёрную стену.

— Сюда, — я нырнула за портьеру в секретную зону клуба.

Он последовал за мной. — Что это за место?

— Карусель. Во времена сухого закона здесь торговали спиртным. Все стены были уставлены старыми карнавальными декорациями.

Лучи света падали на керамических лошадок одной из первых каруселей, работавших на пару. В углу были свалены барабаны, до сих пор пахнущие гримом. С потолка свисали яркие вывески и гимнастические сети. — Теперь об этом помещении знают лишь местные.

Администрация открывала этот зал для частных вечеринок, так что мне тоже несколько раз довелось здесь быть. Это место мне всегда казалось волшебным. Долгими ночами здесь нередко обжимались парочки, поскольку в этом помещении не было видеонаблюдения.

— И оно просто… здесь. — Он осматривал комнату, бормоча, — с такими вещами мне нужна помощь.

— С какими с такими?

Он встретился со мной взглядом. — Мне нужно, чтобы занавес поднялся. Нужно, чтобы мне показали то, что я никогда бы не смог увидеть сам.

Эти странные слова — плюс мои коктейли — равнялись полному отсутствию понимания с моей стороны. — Как ты меня нашёл?

— Этот клуб популярен среди работников «Калидон».

Я забежала в кабинку. — И о чём ты хотел поговорить?

Он проскользнул за стол и уселся рядом. — Я пытаюсь… — Он закрыл рот. Новая попытка. — Я хочу… — Его глаза пылали какой-то сдерживаемой эмоцией, но сам он выглядел расстроенным, словно потерпел неудачу, пытаясь понять, что у меня на уме. — Ты на меня злишься?

Пальчиками я провела по присборенному голенищу сапога. — После того, что между нами было, я надеялась, что ты позвонишь. — Как настоящий аферист, он поманил меня и исчез.

— Сегодня я был внизу, полагая, что ты или Питер работаете в казино.

Я ведь сказала Дмитрию, что, возможно, буду работать. — Но не позвонил?

— День так быстро прошёл. Меня сильно… отвлекли. И я звонил три часа назад.

Когда мы как раз приехали в клуб. Телефон был в сумочке. — Хочешь выпить чего-нибудь?

Не удержавшись, он придвинулся ещё ближе. — Нет. Я должен сохранять контроль.

— Зачем?

— Вчера мне хотелось сделать с тобой то, что смутило бы тебя ещё сильнее. Если бы я выпил, то сделал бы.

— Например? — я была заинтригована.

— Я бы хотел добраться до тебя ртом и доказать, что оральный секс тебе нравится. Я бы хотел высечь тебя посильнее, чтобы ты подольше помнила обо мне. Я бы хотел погрузиться в эту плоть, которую я ласкал, и трахать тебя, пока ты не закричишь.

Моё дыхание участилось.

— Я чувствовал потрясение. У меня никого не было какое-то время, и вдруг появилась ты. В его пронзительном взгляде многое можно было прочесть, но алкоголь во мне делал эту задачу невыполнимой.

— Как долго у тебя никого не было?

— Очень долго. Могу поспорить, я ждал именно тебя.

Ой.

— Дмитрий, чего ты от меня хочешь? — Встретившись с ним взглядом, я сократила остававшееся между нами расстояние. — Просто скажи, и проверим, хотим ли мы одного и того же.

Он смотрел мне в глаза, раздувая ноздри. — По твоим словам всё выходит так просто.

— Ну, так и не усложняй. Просто подведи итог.

— Мне нужно больше того, что было прошлой ночью, — его слова сочились неприкрытым желанием.

Я прильнула к нему и пьяно прошептала: — Хочешь слова облизать мои сиськи?

— Пощадите, — прошипел он, и рывком усадил меня к себе на колени, прямо на выпирающий твёрдый член.

Жар от его эрекции я чувствовала даже сквозь одежду, веки сразу отяжелели. — Я так понимаю, это значит «да», — я поёрзала на нём.

Он резко вздохнул. — Мне нужно больше тебя. Больше твоего тела.

Это напомнило мне недавнее одиночество и раздрай.

— Но ты не позвонил? — пробубнила я расстроенно и пьяно. — Если бы позвонил, мы бы поговорили. Смогли бы лучше друг друга узнать.

— Я… не узнавал сам себя. Думаешь, я не хотел с тобой поговорить? Я боялся тебя отпугнуть. Мне говорили, я могу быть очень настойчив.

— Это девушки так говорили?

— Это все так говорили.

И хотя его одежда была безупречна, а лицо — гладко выбрито, на коже осталось несколько порезов. Между обидой и волнением я выбрала последнее. — Почему ты не узнавал сам себя? — Что-то случилось? Я чувствовала нарастающее желание защитить.

— Я поссорился со своим братом, Максимом.

— Очень жаль. По-моему, вы очень близки.

— Так и есть. После смерти родителей он практически меня вырастил.

Почему же этого не сделал его старший брат?

— Хочешь рассказать о том, что случилось?

— Максим сунул нос в мои дела. — В его глазах вспыхнула чистейшая ярость. — А потом он сказал, что я, скорее всего, потеряю то, чего так сильно желаю.

Разговор принял странный оборот. Снова я напилась во время розыгрыша и оказалась в уязвимом положении.

— Я попросил семью уехать, — сказал он.