Игрок
Шрифт:
– А если осознает, почему тогда не лечится?
– зло спросила Даша.
Мужчина пожал плечами, потом сказал:
– Потому что это в принципе не лечится. Нет методик.
– Как же нет?
– изумилась она.
– Есть же наркологические клиники, диспансеры!
– Ты права, есть. И можно снять физиологическую зависимость, технологии отработаны. Человек излечивается полностью, физически он здоров. Все так. Но психологически это как печать на сознании, ее не вытравить ничем. Пагубное пристрастие остается в человеке навсегда. Если хочешь, это любовь. Страшная, извращенная и непобедимая. Преодолеть ее могут только единицы из миллионов.
– Зачем вы мне все это говорите?
– Мы имеем дело с психически неуравновешенным типом. Поведение его может быть непредсказуемым, и не обольщайся, в его теперешнем состоянии моральных преград для Водаева не существует.
Даша уставилась на него, гадая, зачем он так нагнетает. А он сказал просто:
– Никакой самодеятельности. Никаких скачков и выходок. Что бы на твоих глазах ни происходило. Это не твоя игра.
Слова падали как камни, сковывая ее по руками и ногам. И порождая протест.
Она невольно сжала кулаки, упрямо на него уставившись. Мужчина отвел взгляд , прикрыл лицо рукой и неожиданно тихо рассмеялся.
– Да, уж. И кому я только это говорю? Заразил тебя Игорек, - проговорил он, качая головой.
– Боевая единица.
Честно? Даша не знала, как реагировать, тогда он сказал:
– Просто дай слово, что ты не наделаешь глупостей.
– Обещаю, - выдохнула Даша.
– Вот и хорошо, девочка, - едва заметно улыбнулся он, похлопав ее по руке.
Это было так неожиданно и так по-отечески, что она невольно расчувствовалась. И хотела было начать расспрашивать мужчину о его жизни, уж больно интересный и не вписывающийся в общепринятый рамки образ у него получался, но в это время вернулся Влас.
И Даша невольно засмотрелась на его приближающуюся фигуру.
Вот и кто бы сказал, с чего ей полезли в голову такие мысли?! Наверное от нервности, никак иначе. Но она вдруг подумала, что благодаря Игорю в эти дни познакомилась с очень интересными и неординарными людьми. Дядя Митя один чего стоил. Но он скорее ассоциировался у Даши с папой.
А вот эти трое, тесно связанные, такие чем-то похожие и разные.
Взять Павла Медведева, мужа Кристины, или Пашу Белого, как они его между собой называют. Мужчина, от которого мурашки легкого ужаса по коже, холодный страшный, некрасивый даже. Но он как сильный и опасный хищник. Обаяние его... оно просто непреодолимо. И это друг Игоря. Хммм, скажи мне, кто твой друг, подумала она.
Или друг детства Влас Подгорский и его Алена. Удивительная пара. А ведь этот мужчина, Даша неожиданно поняла, глядя на него сейчас, такой же крупный и опасный хищник. Просто его сила как бы скрыта, и никак не выделяется. Но по внутреннему восприятию он нисколько не уступал мужу Кристины. Пожалуй, из всех троих внешне Влас был самый красивый. Правильные черты лица, стройная фигура, какая-то особая повадка.
Но, конечно же, Игорь! Он был из них самым лучшим. Тут у Даши просто не было слов выразить. Ну... Потому что он ее.
И тут ей захотелось хлопнуть себя по лбу.
Господи... Такие дела вокруг творятся, а она... О чем она только думает?
Даша невольно смутилась и отвела наконец глаза. Неизвестно, что Влас прочел в ее взгляде, но он просто сощурился, губы чуть заметно дрогнули в улыбке. А потом он сказал, обращаясь к обоим:
– Время.
И сразу невольный озноб.
Дядя Митя был на машине. Сначала им пришлось пройти до ближайшего переулка, где он ее оставил, потом втроем ехали на место, а она все гадала, куда. Оказалось, тот самый клуб, где они с Игорем были вчера.
Даша огляделась по сторонам и невольно вздрогнула.
На парковке было не так много машин, и среди них она безошибочно узнала машину Тимура.
Даша узнала тот клуб, в котором они были с Игорем вчера. Хотя само по себе понятие "вчера" плохо у нее в голове укладывалось, потому что ощущалось как вечность назад. Вернее, как "до" и "после".
То же непрезентабельное место и граффити на стенах. Но сейчас они не стали заезжать на парковку, где стояла машина ее бывшего жениха, чему Даша очень обрадовалась. Тимур Водаев вызывал у нее даже не ненависть, слишком громкое слово для него, презрение и брезгливость, будто ядовитого гада коснулась. И точно так же, прости Господи ее душу, хотелось его задавить.
Машина плавно пересекла площадь перед крыльцом главного входа, мимо металлических дверей, которыми они входили однажды. Даше вдруг вспомнилось, как они с Игорем заходили ее сюда. Почему-то в самых мельчайших деталях. Звуки, ощущения, запахи. Как он хмыкнул ей в ухо и подхватил под локоток, чуть сжимая пальцами. Она остро почувствовала это касание сквозь пальто. Запах его парфюма, и мурашки, побежавшие по телу от его теплого дыхания. Вспомнилось ВСЕ.
Она невольно выдохнула и потерла шею.
Тем временем они миновали площадь, поехали вдоль высокой бетонной стены, свернули пару раз по проезду и оказались во внутреннем дворе. Его Даша тоже узнала, отсюда они вчера вышли. Собственно разницы особой между центральным и черным ходом не было. Тот же глухой фасад, опять же граффити на стенах и металлические двери. Только в углу на всю немалую высоту здания металлическая лестница. Крутая, через одну поэтажную площадку выходили низкие железные двери. Ну да, тут же высокие этажи.
Какие-то служебные или аварийные выходы, поняла она.
Парковки как таковой не было, они просто заняли место в дальнем углу двора в густой тени, падавшей от наружной лестницы. А двор очевидно загрузочный. Потому что рядом с входом на первый этаж располагалось длинное крыльцо без ограждения - дебаркадер. За которым виднелся большой черный зев подвала, закрытый глянцево поблескивавшей откидной металлической платформой. И мусорные баки.
Все это изрядно напоминало авангардный дизайн нижнего зала клуба, но, в отличие от его декоративной нелепости, выглядело настоящим и функциональным. И оттого было немного зловеще.