Играя плотью, не имея плоти
Шрифт:
– Блеф, – отрезал Илья ровным голосом. – Во-первых, это уже будет не граница. А во-вторых, если речь еще идет о границе, которая уже не сознает себя, то ведь есть же кто-то, кто сознает ее в этом качестве. Ведь для кого-то ее НЕ БУДЕТ. А это уже осознание.
– Именно, – вдруг как-то живо и горячо сказал Ннон. – Именно он и играет.
– Кто это?
– Я не знаю, кто он и как его описать.
– Это Бог?
– Вероятно, нечто большее. Я чувствую только, что он изначально одинок.
– А это не блеф? – зачем-то спросил Илья, хотя совсем не хотел в этот момент спрашивать о чем-либо.
– А весь твой мир – не блеф? – Ннон поднялся с кресла и вдруг оказался у самого лица Ильи. – И вообще, дружище, тебе не кажется странным, что на твоей Земле сейчас только одна страна, все население – русские, все говорят только по-русски – и черные, и белые, и желтые, и красные? Русские континенты, русские традиции, русская культура?!
– Неужели тебе не известна история? – спросил Илья.
– Какая история?
– Ну, почти полтора столетия назад был проведен лингвогенетический эксперимент Краснова в рамках теории тризидного структурирования по Афанасьеву. Произошла глобальная цепная реакция ген-коммуникативных структур…
Вдруг Илья понял, что говорит о том, в чем сам уже как-то не слишком уверен. Он настолько привык к такому положению на Земле, что не представлял себе ничего другого. Но Ннон стоял напротив и смотрел в глаза с таким особым выражением, что Курсов стал терять все внутренние ориентиры. Теперь он был близок к тому, чтобы пытаться мучительно осознавать, кто он на самом деле и чем был тот мир, в котором все это неосознаваемое с ним происходило. Неужели все это еще один "возможный" мир? Так вот о какой привязанности они только-что говорили…
Илья почти терял сознание, и в этот же момент продолжал думать, что сознание принципиально невозможно "потерять".
– Да, – сказал Ннон тихо. – Иллюзия – очень реальная вещь. Вспомни хотя бы, что все сейчас происходящее ты наблюдаешь в красивой вращающейся фигуре в моей ладони.
Илья испытал мощнейший шок, когда вернулся на прохладный серый песок. Ннон в этом месте точно так же продолжал какой-то разговор, будто они довольно давно вели беседу:
– Ты верно расшифровал значение той пирамиды из тел в ТРИП-колонии. Главное там было – ориентировка. У тебя превосходное чутье. Ручаюсь, что ты не осознаешь 90% из того, что предчувствуешь и после действуешь по этому предчувствию. Как и всякий человек. Но ты отличен тем, что очень скоро обо всем узнаешь сам. Изнутри себя.
Фигуры в пальцах Ннона продолжали появляться и исчезать. Илья пошевелил затекшими конечностями.
– Потом появилась Клио, – продолжал Ннон. – Тогда я активно вмешиваюсь в поток событий. Пришлось организовать небольшое вторжение в частные мозговые владения некоторых чинов из СпецБюро. Антонина со своей секретной информацией направила Клио прямо к тебе. Правда игра несколько раз шла по спонтанной траектории. Варианты перебирались. Иногда требовалось отключать некоторые каналы связи. Например, когда отпала необходимость в биологическом контакте Антонины и Клио. То же, но в несколько иной форме произошло с Диной. А когда ты бежал от преследования на угнанном флаере в Научном Центре! Ты себе не представляешь, как было захватывающе врезаться в твою машину в виде патрульного флаера и его экипажа! И в это же время находиться еще в сотне разных точек планеты и в нескольких местах в космосе.
Илья с некоторой осторожностью посморел на очередную разноцветную фтгуру в руке Ннона. Ему казалось – задержи он взгляд на изображении – и его снова унесет потоком внимания в реальность, существующую на яркой поверхности многогранника.
И тем не менее Илья не отвел взгляда. Он увидел поверхность Изнанки и черное пространство наверху. Высоко над головой блестел эллипс "Броска". Перед глазами возникла картина, проецируемая неизвестным экраном. Это был вид со стороны Куранта на эскадру боевых кораблей Земли. Они располагались на большом расстоянии друг от друга и все вместе составляли фигуру, напоминавшую огромный полумесяц. Иногда между кораблями пролетали небольшие модули слежения. Всю флотилию было отлично видно, словно это была всего лишь уменьшенная модель, находящаяся совсем рядом.
От Куранта исходило зеленоватое сияние. Затем это сияние резко усилилось и за секунду превратилось в мощнейшую вспышку, по силе ненамного уступающую взрыву сверхновой звезды. Яркость экрана уменьшилась, и Илья увидел, как в сторону эскадры понеслась быстрая стена сплошного оранжево-белого огня. Ярко полыхнул и разом исчез в этой стене встретившийся ей на пути "Бросок-1". Модули слежения стали быстро разворачиваться, двигатели больших крейсеров включились на полную мощность, но было поздно. Громадная стена раскаленной материи настигла всю флотилию. В ослепительном сиянии пламени практически не было видно множества вспышек. Стена съела все корабли, не оставив после себя никаких огарков или обломков, пронеслась еще некоторое время в черном пространстве космоса и стала так же быстро рассеиваться. Через минуту от нее осталось только едва уловимое расплывчатое зеленоватое пятно – казалось, что это просто яркий след на экране или на сечтатке глаза Ильи.
В произошедшее верилось с трудом. Илья не мог даже представить себе того гула, рева и сотрясения, которые могли сопровождать это явление. Все прошло беззвучно, и Илья сначала подумал, что оглох.
– Мне хочется, чтобы ты понял, – раздался где-то над головой голос Ннона, – что я существую для тебя тоже как возможность.
На экране, края которого Илье так и не удалось увидеть, появилось другое изображение. Длинные, сливающиеся друг с другом и отпадающие друг от друга цветнве линии, похожие на динамическую картину помех в киберпространстве. Откуда-то появился мужской голос:
– Сегодня в разных территориальных зонах Земли произошла серия взаимосвязанных катастроф необъяснимого характера…
Помехи на мгновение исчезли и Илья успел увидеть мелькнувшее лицо диктора в криво сидящих наушниках, а затем съемки мощных взрывов. Ревущий огненный ветер нес над побережьем стены, крыши домов, стволы крупных деревьев, вагоны поездов, стальные опоры огромных коннекторов. Все это сразу же накрывало густым черным облаком копоти.
– По первым предположениям взорвались все оставшиеся на Земле залежи нефти и природного газа. Взрывы произошли синхронно. Ряд городов и природных зон исчезли с лица Земли за считаные минуты. В экваториальных областях зафиксированы нарастающие сейсмические толчки…
Еще несколько кадров: падающие и превращающиеся в столбы пыли дома, горы пылающих и перевернутых гелиомобилей на искореженной ленте магистрали, высотные жилые комплексы, наполовину затопленные морской водой, обезумевшие от ужаса и кричащие люди бегут толпами, ничего не видя перед собой.
Снова череда коммуникационных помех.
– Отмечена крайняя нестабильность мирового океана…
А потом Илья увидел, словно в сенсорном режиме кибера, как земная кора начала двигаться и вздыматься. На глазах то там, то тут выростали горные массивы, образовывались глубочайшие разломы, в почерневшее от дыма небо выбрасывались тонны и тонны раскаленной добела лавы. Менялись очертания континентов. Европа, скрывающаяся под водами Атлантики. Трещина через всю Восточную Сибирь. Мутные воды на месте японских островов. Пылающая складчатая поверхность вместо Аравийского полуострова.