Чтение онлайн

– Заметил.
– Я невольно содрогнулся от воспоминаний.

– Сюда ты проходишь по широкому тоннелю. Все, что пролезло в него, попадает в этот мир. А обратно тоннеля нет. Обратно ты доставляешься в коконе. Или в черном мешке из поля. Кому как больше нравится.

– В мешке мне не нравится.

– Понимаю…

Наконец мы преодолели болото и вскарабкались на заросший травой холмик, на вершине которого стояла хижина Риты.

– Чаю предложить не могу, - сказала хозяйка, отодвигая тростниковую занавеску, закрывавшую вход.
– Чего нет, того нет. Зато дичь есть. Холодная. Будешь?

– Пожалуй, да.

Только сейчас я ощутил отходняк от пережитого. Ощущение, надо признать, не из приятных. Напряженные нервы начали потихоньку расслабляться, вызывая беспокойный озноб и чувство тревоги.

– А почему ты не возвращаешься?
– осмелился спросить я.

Рита замерла в полутьме хижины, словно на что-то наткнулась.

– Давай поедим сначала, - ответила она.

«Странно, - подумал я.
– Может, она сбежала сюда от каких-то проблем реального мира?»

Но мне было трудно представить такие беды, которые загнали бы меня из Москвы в этот почти придуманный мир. Хотя люди бывают разные, чего уж тут. О вкусах, как говорится, не спорят.

Было приятно смотреть, как она двигается. Сейчас до меня дошло, что никакая она не лесбиянка. Была бы лесбиянкой, жила бы с подругой. Нет, просто бывают такие люди, которые долго могут выносить только сами себя. Наверняка моя новая знакомая из таких. Слишком независима, слишком прямолинейна. Такую носки не заставишь штопать, хотя кто в наше время штопает носки? Но это я так, фигурально. В общем, я заподозрил, что Рита не очень-то приспособлена для семейной жизни. Как, впрочем, и я.

Через минуту нехитрых приготовлений хозяйка хижины положила на стол две порции холодной птицы на широких пальмовых листьях. Похоже, в этом доме ни к сервировке, ни к готовке ни у кого не было особых пристрастий.

– И много здесь живет таких, как мы, пришельцев?
– спросил я, приступив к еде.

– Точно трудно сказать. Недавно видела двоих мужиков. Не стала их трогать. А вчера… Вчера нашла тело женщины.

– Что?
– У меня чуть кусок изо рта не выпал.
– Какое тело? Дикарки, что ли?

– Ты что, вообще ничего не знаешь?
– Рита подняла на меня взгляд.
– Сколько ты тут?

– Да почти нисколько. Утром сегодня первый раз сюда занесло.

– И уже дважды успел умереть? Везучий, сказать нечего.

– А ты давно?

– Больше года.

Примерно такого ответа я и ожидал. Чувствовалось, что лучше ее не прерывать, и так каждое слово чуть ли не клещами приходится вытягивать.

– Рыб купила… - продолжила Рита.
– Ну, ты знаешь, как это бывает. Вообще-то мне тут сразу понравилось. Дня два я тут побалдела, позагорала. На третий встретила парня. Ну, тоже нездешнего. Он рассказал, что рыбок этих еще в начале девяностых специально вывел какой-то ученый хрен, чтобы бабок срубить. Он вроде до того долго парился по физике, по квантам всяким, по тоннельным эффектам. Я в этом ни черта не соображаю, да не в этом суть. Здесь, знаешь, и профессора попадались, и доктора наук. Не в этом дело, а в том, что этот ученый довел дело до конца - соединил психику и физику. Там так получается, что параллельных миров до фига, но для прохода между ними нужна чертова уйма энергии. Ну, в смысле той, которую Эйнштейн в своей формуле изобрел. Но как оказалось, есть и другой путь. Помнишь, древние говорили, мол, человек что космос - одна фигня. Оказалось, так и есть. В башке каждого энергии - хоть залейся, но высвободить ее не так просто. Но тот хрен ученый придумал как. Все дело в особом гипнозе. Только гипнотизером должен быть не человек, не стекляшка какая-нибудь, а живая тварь. Парился он над этой проблемой, парился и вывел особых рыбок. А когда вывел, тут же продал идею бандюганам. Им понравилось - никакие менты здесь никого не найдут. А если достанут рыб и сунутся сюда, так их отсюда вышибут быстро. В середине девяностых тут целые оружейные склады и базы устраивали на такой случай. Захочешь, я тебе даже настоящий дот покажу. Бетонный.

– Нет, спасибо.

– Как хочешь. Здесь и разборки иногда бывали. Поначалу это вроде пейнтбола было, только с боевыми патронами. А потом все разом кончилось, когда народ узнал главное.

– И что же оказалось главным?

– То, что энергии в голове хоть и залейся, но не без предела. Для входа сюда энергия высвобождается при помощи рыбок. А вот при выходе выцарапывается из башки силком. Поэтому и кокон такой тонкий. Раз выцарапывается, два… А на третий… В общем, третий раз у всех последний. Если в четвертый раз тебя убьют, то никуда ты уже не вернешься, а сдохнешь на самом деле, и тело твое останется тут. Понял? Я бы и рада отсюда убраться, да только три отпущенных раза я быстро по незнанию извела. А когда узнала, как все есть… Короче, чуть с ума не сошла. А может, и сошла немного. О себе в этом плане трудно судить. Ощущение было такое, что я попала в парк аттракционов, каталась, каталась в свое удовольствие, а потом села в чертово колесо и застряла на самой верхушке. И все. Вниз никогда. Какое у тебя после этого будет отношение к аттракционам?

– Слушай… Погоди! А ты встречалась с добрыми дикарями? Ну, там колдун есть и вождь? Они говорят, что есть способ. Надо совершить подвиг…

– Забей.
– Рита махнула рукой.
– Это разводка для махровых лохов. Они тебя что, к крокодилу посылали? Ну-ну… Чтобы ты понатащил сюда побольше полезных предметов из нашего мира, сам сдох, а добро осталось бы дикарям. На это многие напоролись. Хорошо, что ты меня вовремя встретил. А то бы рвался через расщелины, через болота… В общем, там верный каюк, я тебе говорю. Тот край острова вообще неприветливый.

У меня мороз пробежал по коже - никогда раньше я не был так близко от смерти. Хорошо, еще обошлось.

– Так, значит, для тебя никакого выхода отсюда нет?

– Не береди душу!
– Она поднялась из-за грубо связанного из лиан и бревен стола.
– Черт!

Рита резко вышла из хижины. Мне тоже кусок в горло лезть перестал. Жалко ее было, вот что. Я-то могу еще раз умереть, затем, уже дома, спустить злополучных рыб в унитаз и вспоминать эту историю, как сон. А она Москву вспоминает как сон. Или, может, она не из Москвы? В общем-то нет разницы.

Я тоже покинул хижину и поискал Риту глазами. Она сбежала с холма и сидела на корточках у самой воды болотца. Кажется, плакала. У меня сердце сжалось, но что я мог сделать? Своей энергией не поделишься. К тому же у меня самого осталось на один раз.

За хижиной я нашел ровные, очищенные от травы площадки. Кажется, Рита пыталась тут сделать грядки, да потом бросила. Через несколько минут услышал ее шаги за спиной.

– А ты кто вообще?
– спросила она.

– Работаю в крупной фирме, - ответил я, оборачиваясь.

– А как там вообще… Ты откуда, кстати?

– Из Москвы.

– Я тоже.

– Ну, там сейчас лето. Хорошо.

– А здесь все время лето. И все время день.

– А как же деревья растут? Им же вроде нужна смена суток?

– Хрен их знает… Я только недавно нормально спать научилась - трудно жить, когда солнце вообще не заходит. Хотя «нормально»… Сам понимаешь. Ты, вообще, надолго собираешься здесь остаться?

– Смотря как дома время идет. В понедельник ведь на работу.

– Так же идет. Ну, в смысле, если здесь три часа прошло, то и там так же. На работу… Ладно. Не грузись.