Чтение онлайн

– Братану нашему бабки понадобились, – заметил с иронией Тимофей. – Он думает, что сможет купить себе новую руку. Только вряд ли у него получится.

– Тихо, – прикрикнул на них однорукий. – Сорвёте мне всё.

– Ты кому это говоришь? – посмотрел на него удивлённо Солодов. – Мне?

– Да нет, это я сам с собой. – Он погрозил им ещё и кулаком. – С армии такая привычка осталась.

Проводив доктора до отеля, поднялся на гору.

Отсюда, с каменного карниза, нависавшего над трассой, открывалась вся долина. Река, вытекавшая из ущелья. Мост, переброшенный через пропасть. Лесная опушка, на которой они с доктором состязались в стрельбе. Старая заброшенная конюшня.

Не было видно только отеля – здание закрывала гора, но это как раз было хорошо. Его ведь тоже никто не увидит, и он сможет оставаться на склоне столько времени, сколько это будет необходимо.

Вытащил из рюкзака кухонный тесак, который одолжила ему Марта, и, нарубив еловых веток, воткнул их рядком в снег. Получилось что-то вроде частокола.

Привязал бечёвкой дуги и, настелив пол и крышу, с удовольствием забрался в пахнущий смолой шалаш.

Лёжа на животе, смотрел в бинокль на дорогу и дождался момента, когда по шоссе промчится Вадим.

Определил время, которое машина потратила, проехав от начала до середины моста.

Нарисовал мысленно траекторию, по которой он пошлёт пулю.

Он не сомневался, что пошлёт её точно в цель и рука у него не дрогнет. Лишь бы только погода не подвела.

Снова переменился ветер и натянуло туч. Если будет сильный дождь или туман, задача сразу резко осложнится.

Бойцы опять догнали его и, сгрудившись около шалаша, смотрели озабоченно на небо.

– Завтра погода будет ужасная, – пророчествовал Николай. – У меня сильно суставы ломает, а это верная примета.

– Дождь, снег и туман, – поддержал его Тимофей. – Тут и бюро погоды можно не запрашивать. Нет ничего хуже для этих мест, чем юго-восточный ветер.

– Дело ведь не только в том, что промокнешь до нитки, – рассуждал Фёдор. – Видимость будет нулевая, и о прицельной стрельбе говорить тогда вообще не приходится.

– Чепуху молоть ещё не надоело? – спросил Стрелок сердито. – Суставы у них болят. Это те, что миной оторвало?

Дискуссию прекратил Николай:

– Тихо, братаны! – Он первым услышал низкий рокочущий звук, возникший за горой. – Какая-то техника сюда прётся. Танк не танк, но типа того.

Появился огромный трактор, и он тащил за собой строительный вагончик.

Доехал до моста – и остановился.

Вылезли работяги – целая бригада парней, одетых в оранжевые жилетки.

Гремя железом, стали разгружать какие-то балки. Вытащили газовые баллоны, резаки и шланги. Поставили ограждения и знаки, предупреждавшие о том, что тут ведутся работы.

Всё указывало на то, что они собираются ремонтировать мост, и это было весьма некстати.

Стрелок разглядывал в бинокль смуглые рожи и думал о том, что Европа в принципе мало чем отличается от России. Всюду есть свои горы и свои кавказцы, и никуда ты от них не сбежишь.

Работяги срезали на одной стороне перила и, поставив несколько стальных стоек, сели обедать. Жевали гамбургеры и пили кофе, и он тоже достал термос и согрел себя горячим напитком.

«А ведь сегодня пятница, – сообразил он. – Начинаются выходные, и, значит, они скоро отвалят и не появятся здесь до понедельника. У меня есть в запасе два дня».

После перерыва ремонтники двигались совсем лениво и, поковырявшись ещё часик, побросали свои инструменты в вагончик.

Прицепили к трактору небольшую тележку и, забравшись в неё, уехали. А вагончик остался.

Он спустился по склону вниз и, добравшись до моста, смог ещё раз почувствовать разницу. Она заключалась в подходах.

Те мосты, которые соединяли родные берега, обычно разрушались от старости – и это не зависело от количества проведённых ремонтов.

Здесь на них тратили деньги, чтобы этого самого разрушения не допустить.

Решил, что обязательно обсудит эту тему с бородачом, – и случай представился немедленно.

– Ну и что, они, по-твоему, не придурки? – столкнувшись с ним около отеля, спрашивал возмущённо бородач. – Этот мост простоял бы ещё сто лет. Зачем было его трогать? Больше деньги не на что было потратить?

– На что они должны были их потратить?

– Господи, да на что угодно. – Человек понимал, что заводят его нарочно, и всё равно горячился. – На инвалидов, на больных. Они их всех вылечили? Тогда пускай займутся нами.

Стрелок отправился на кухню и, окунувшись в тёплый сырой полумрак, испытал неожиданное чувство. Будто закончилась долгая служба, и он наконец вернулся домой.

– Спасибо, выручили, – благодарил он Марту, возвращая нож. – Очень мне пригодился.

– Помогите мне, пожалуйста, – попросила она. – Нужно поставить на плиту кастрюлю.

В огромной бадье лежала начищенная картошка, и, взявшись вдвоём за ручки, они подняли её с пола и кинули на плиту.

– Тяжёлая у вас работа, – сказал он. – Тут без мужика не обойтись.

Дотронулся случайно до упругого бедра – и отдёрнул руку. Её тело обжигало, как только что снятая с огня сковородка.

– А где ваша добыча? – поинтересовалась она. – Вы ведь, кажется, ходили на охоту?

– Она вся осталась в лесу, – ответил Стрелок.

– С моим мужем та же история, – улыбнулась Марта. – Всегда возвращается с охоты с пустыми руками. Я думаю, что ему просто жалко убивать всех этих зверушек.

– Мне тоже жалко их убивать, – сказал он.

Вернувшись в свой номер, позвонил доктору:

– Чего-то голова у меня разболелась, док. У тебя лекарства никакого не найдётся?

Солодов сразу же примчался к нему и, выставив на стол бутылку, достал из буфета стаканы.

– Ты уже определился? – Доктора сильно трясло, и, прикладываясь к стакану, он выбивал зубами дробь. – Когда я должен спрятать винтовку?

– Завтра утром, – последовал ответ. – Как только начнёт светать.

– Я могу сделать сначала несколько выстрелов, – предложил Солодов. – Просто для убедительности. Пусть все думают, что я в самом деле охочусь.