Чтение онлайн

Почти в ту же секунду дверь его отворилась, и из туалета показалась тучная фигура женщины в цветастом платье. Уиллард посторонился, пропуская ее в салон, и скрылся за дверью.

Джо мгновенно открыл глаза.

Вариантов было очень немного. Конечно, самолет уже начал снижаться, но до Сент-Луиса было еще сто пятьдесят миль. И не было шнура, который выдергивается в случае аварии, не было звонка водителю, чтобы сказать, что малыш Джо Флад должен выйти, он на обед опаздывает, и мама будет беспокоиться, и пожалуйста, мистер водитель, прошу вас, остановите, остановите автобус!

Джо дал себе пощечину.

Боль привела его в чувство, а от резкого звука вздрогнула и проснулась соседка. Она подняла глаза, моргнула и стерла с подбородка след засохшей слюны. Потом посмотрела на часы и недовольно насупилась.

– Почти прилетели, – сказал Джо.

– Я заснула, – ответила она заспанным голосом.

– Умерли для мира, – согласился с ней Джо и встал на ноги. Разрешите...

Джо протиснулся мимо нее, сжав кулаки так, что костяшки побелели, облизывая губы, сглатывая горячую желчь. Он знал, что придется сделать. Без вариантов, потому что выбора нет. Нет другого способа.

Джо миновал кухню и остановился перед узкой металлической дверью туалета. Она была заперта, а в маленьком окошке виднелась надпись «Занято» – щеколда задвинута до упора. Джо сделал глубокий вдох и оглянулся через плечо. Те, кто спал, уже просыпались, потягивались, готовясь к прибытию в аэропорт Ламберт. Азиатка-стюардесса с резкими чертами лица собирала пустую посуду.

Повернувшись снова к двери, Джо приготовился, извлекая из памяти прошлые эксцессы Уилларда. Этот тип был без тормозов. Настолько без тормозов, что пронес в парижский ночной клуб привязанный к животу пластит с детонирующим шнуром, настолько без тормозов, что подложил в семейный джип одного из лидеров ирландской партии Шин Фейн столько взрывчатки, что можно было снести целый город, настолько без тормозов, что спалил целый класс школьников-протестантов, только чтобы убрать учителя. Уиллард был способен на все, и Джо был уверен, что он, не задумываясь, пойдет на взрыв пассажирского самолета ради устранения одного ирландца, пусть даже это означает самоубийство. Черт возьми, Уиллард даже предпочтет участь мученика за идею, а призовую сумму отошлет в распоряжение военной организации ИРА со своими лучшими пожеланиями. И единственный способ разрушить планы Уилларда – сняться с тормозов самому.

Джо смотрел на защелку – табличку с надписью «Занято».

Уже недолго осталось ждать, чтобы дверь открылась, и Джо будет готов. Готов ворваться внутрь. Готов захватить мистера Сумасшедшего Бомбиста врасплох. Внезапность была сейчас единственным оружием Джо. Внезапность это необъезженная лошадь, которая храпит и фыркает, но если ты знаешь, как ее укротить, ты на ней проедешься.

Джо все смотрел на табличку «Занято» и ждал. Ладони стали горячими и влажными.

Он видел в уме все, что произойдет, как в замедленном показе в спортивной передаче. Джо видел затаившегося в тесном сортире террориста, как он возится с каким-то замаскированным оружием. А вот он сам налетает на гада, бьет кулаком в трахею, сбивает на пол ударами ног по ногам. Джо видел свою победу. Как это бывает у профессионалов. Как Майкл Джордан кладет мяч в кольцо с середины площадки из толпы игроков в момент финального свистка. Майкл видел заранее, как он это делает. Видел, как совершает невозможное.

И потом это невозможное совершал.

Надпись «Занято» съехала в сторону.

– Простите, сэр. – Джо бросился вперед и дернул дверь, как бы не в силах больше терпеть.

Дверь поддалась, и Джо ударил локтем в щель – быстро, настолько быстро, что никто не заметил, и локоть ударил во что-то мягкое. Послышался болезненный вздох. Джо рывком распахнул дверь и втиснулся в туалет. Там стоял Уиллард в расстегнутом пиджаке, с вытаращенными глазами, сверкающими в свете флуоресцентной лампы.

Джо захлопнул дверь, и двое мужчин оказались притиснуты друг к другу, будто целоваться собрались. Глаза Уилларда стали дикими, он попытался выхватить из-под пиджака пистолет.

– Быстрее соображай, дерьмо вонючее, – сказал Джо, ударяя Уилларда коленом в пах.

Уиллард согнулся пополам, уронив пистолет – маленький пластмассовый «глок», – который упал в хромированный унитаз и погрузился в голубую жидкость. Не пистолет, а игрушка с виду, вроде тех, которые можно купить на распродаже у Ф.А.О. Шварца. Уиллард потянулся за ним, но Джо ударил террориста коленом в лицо, изо всех сил, до хруста.

Уиллард хлопнулся на унитаз, ударившись затылком о зеркало, замычав, как раненый зверь. У него к плечам был привязан самодельный нейлоновый рюкзак – парашют! Этот сукин сын хотел поставить мину и выпрыгнуть.

– Ах ты, старая пьянь, – прошипел Уиллард, обрызгав лицо Джо слюной и кровью. – Ты испортил мне представление!

Вдруг его руки оказались на горле у Джо – большие, мозолистые руки кельтского фермера. Джо отбивался, но мускулистые пальцы сжались, перекрывая ему воздух.

– Сейчас я с тобой посчитаюсь, – прохрипел Уиллард в лицо противника, и на Джо пахнуло глицерином, сигаретами «Данхилл», пивным перегаром, и он видел глаза Уилларда и знал, что попал в тиски зверя, машины для убийства.

Слава Богу, что Джо был в своих новых «флоршеймах». Он купил их в январе в «Уолтер Тауэр Плейс» и был очень доволен. Конечно, двести семьдесят девять долларов девяносто пять центов за ботинки воловьей кожи с зубчатым рантом – это расточительство, но Джо уговорил себя, что это расходы, которых требует бизнес. А то он уже несколько пообносился и стал привлекать внимание в ресторанах и офисах. Модная обувь снова открыла ему дорогу в мир помещений с дорогой мебелью.

Но сейчас, в тесноте и панике тесного сортира, фасон ботинок обрел совершенно новую функцию. Каблуки у них были острыми и выдавались как два зубила, и как только Джо это сообразил, правый каблук его взвился в воздух и тяжело опустился на ногу Уилларда.

Звук был такой, будто хрустнули куриные кости.

Хватка отпустила, Уиллард взвыл. Джо воспользовался возможностью ударить Уилларда головой, череп в череп, распластав террориста по зеркалу, которое звякнуло и покрылось паутиной трещин. У Джо потемнело в глазах, замелькали искры, но боли он не почувствовал. Он был теперь как мотор, рычащий в тесноте. Успев вдохнуть, он локтем мощно ударил Уилларда по зубам, отбросив террориста в сторону.

Уиллард врезался головой в металлическую коробку с гигиеническими салфетками. Металлическая стенка треснула, и на Уилларда посыпалась волокнистая масса. Он издал какой-то булькающий звук и снова попытался ухватить Джо за горло, но Джо было уже не остановить. Голова его гудела от гнева, раскаленного добела гнева на этого психа и труса, убийцу невинных людей, невинных детей. Джо ревел от ярости, бил Уилларда с локтя, удар за ударом, вбивая его в разбитое зеркало.

То ли на пятом, то ли на шестом ударе он сломал себе руку.

Это случилось, когда голова Уилларда вдруг дернулась вправо и рука, пролетев влево, ударилась о металлическую коробку с салфетками на стене. Костяшки пальцев пронзила внезапная боль, он отлетел спиной к двери, схватившись за больную руку, а Уиллард мешком свалился на унитаз. Джо жадно хватал воздух ртом. Боль была ослепляющей. Будто пальцы правой руки сунули в расплавленную лаву, в глазах потемнело, голова закружилась, подступила тошнота. Джо посмотрел вниз на Уилларда. Тот завалился набок, сидя на унитазе, будто упал в обморок во время испражнения. Глаза его закатились под лоб, белки были как два сваренных вкрутую яйца. Джо с трудом перевел дух и попытался встать поудобнее, потому что самолет шел на снижение, и его качнуло вперед.