Чтение онлайн

Раздался взрыв.

Все случилось так быстро, что Анна не сразу поняла, что происходит, пока, чуть не подпрыгнув от громкого хлопка, не подняла глаза вверх. Над столом парила сотня осколков темного стекла. Красное как кровь вино растекалось лужей по белоснежной скатерти. Селена закричала. Аттис вскочил со стула, готовый тут же броситься на помощь. Эффи заливалась смехом, не сводя с тети глаз.

Тетя же сосредоточенно взирала на осколки, парящие в воздухе. Анна поняла: именно тетя не дала стеклу разлететься во все стороны, продемонстрировав тем самым безупречные магические рефлексы. Осколки стекла медленно вращались перед лицом Эффи, угрожая в любой момент вонзиться в ее плоть. Их острые края поблескивали в пламени свечей. А затем они разом рухнули на стол.

– Во имя Богини! – воскликнула Селена. – Зачем вы вечно все усложняете? – Повернувшись к Анне, она рассмеялась каким-то тонким неестественным смехом. – Ты, наверное, никогда не видела ничего подобного.

Анна попыталась улыбнуться в ответ, но мышцы ее лица были слишком напряжены. Из носа потекла кровь. Она зажала его салфеткой. Аттис нахмурился и посмотрел на нее с любопытством, а затем принялся собирать со стола осколки разбитого стекла.

– Оставь их, – огрызнулась тетя. – И убирайся из моего дома.

– С удовольствием. – Эффи тут же поднялась и направилась к входной двери.

– Что ж, думаю, мы не прощаемся, – весело сказала Селена, как будто вечер получился во всех смыслах очаровательным.

Все трое вышли из комнаты. Однако через минуту из-за двери высунулась голова Аттиса.

– Увидимся в школе, Анна. – Он подмигнул ей и тут же исчез за дверью.

– Анна. – Тетя произнесла ее имя таким тоном, который мог означать только одно: «Пожалуйста, выйди».

Девочка была счастлива укрыться на кухне. У нее было ощущение, что это взорвалась ее голова, а не бутылка вина. Ее трясло от страха, шока и возбуждения. Она вспомнила о лужице красного вина, растекающейся по выглаженной тетей скатерти; об осколках стекла, сделавших воздух в столовой таким острым; о хлопке магии. Несмотря ни на что, это был лучший день рождения в ее жизни.

Анна услышала лязг щеколды на входной двери. Из прихожей послышались голоса тети и Селены. Девочка прокралась обратно в столовую и тихонько приоткрыла дверь в прихожую, чтобы подслушать их разговор.

– Не смей ей угрожать, слышишь? – Голос Селены больше не был приторно-мягким.

Анна никогда не видела ее такой сердитой.

– Это не я взорвала бутылку вина, – зашипела тетя. – Чему ты учила ее все эти годы? Что именно ты ей позволяла? Я не видела, чтобы она делала хоть какие-то пассы руками, не слышала, чтобы она шептала заклинание. Магия исходила прямо от нее.

– Она очень сильна, Вивьен. С самого рождения все в этой девочке говорило о том, что когда-нибудь она превратится в могущественную ведьму. Не все так отчаянно боятся магии, как наузники. Они заблуждаются; все вокруг практикуют магию – свободно, открыто. На дворе уже не темные века.

– Пока тьма не придет за нами.

Женщины посмотрели друг другу в глаза.

– Как ты можешь позволять ей гулять всю ночь напролет? – прошипела тетя. – Очевидно, тебе совершенно наплевать на ее безопасность.

– По крайней мере, она не торчит взаперти круглыми сутками, как Анна. По крайней мере, она знает, что собой представляет волшебный мир.

– Ты прекрасно знаешь, что представляет собой волшебный мир. В нем есть лишь боль и смерть.

– Черт тебя побери, ты ни капельки не изменилась…

Анна услышала, как хлопнула входная дверь, тут же закрыла дверь в прихожую и на цыпочках вернулась обратно на кухню. Селена была права. Ее скрывали от посторонних глаз, как какую-то грязную тайну. Она была заперта в мире, которым правит заблуждение, что магия – не чудо, а проклятие.

По правде говоря, она мечтала пойти вместе с Эффи и Аттисом и окунуться в безумие лондонской ночи – ни о чем не думать, а просто веселиться, пока ты молод и полон сил. Вряд ли они действительно хотели, чтобы я пошла с ними. Несмотря на это, скорее, издевательское предложение, Эффи явно ненавидела ее, и Анна не была уверена, что и Эффи ей так уж нравится… Но похоже, это не имело значения. Эффи восстала против тети! Анна начала складывать стаканы в посудомоечную машину, ощущая пальцами их вес и силу. Она и представить себе такого не могла: собрать достаточно магии, чтобы взорвать стекло. Эффи же просто посмотрела на бутылку, и та разлетелась на кусочки.

Она очень сильна, Вивьен. Разумеется, дочь Селены была могущественной ведьмой.

По сравнению с которой я – полное ничтожество.

В тот вечер тетя водила щеткой по волосам Анны не слишком мягко. Столь же резким был и взгляд ее маленьких глаз-бусинок. Внутри ее все кипело. «Вообще-то, я тоже злюсь», – с горечью подумала Анна. Она злилась на то, что тетя разругалась с Селеной. В очередной раз. Злилась, что ее жизнь так отличается от жизни Эффи и ее матери. Злилась на саму себя за то, какая она есть. Однако девочка также испытывала тихое удовлетворение, вспоминая выражение лица тети, когда Эффи взорвала ту бутылку.

– Что я тебе говорила? – Тетя потянула Анну за волосы так сильно, что девочка невольно склонила голову набок. – Магию таких, как она, следует связывать незамедлительно. Этой девушке нужно запретить колдовать. Ее магия так несдержанна и импульсивна, что последствия могут быть катастрофическими. Она кончит, как твоя мать, попомни мои слова.

Всю свою жизнь Анна только и делала, что помнила тетины слова, но, похоже, это ни к чему не вело. Тетя отложила щетку и сделала пасс рукой – волосы Анны тут же заплелись в тугую косу.

– А что до тебя… Не думай, что я не видела, с каким отчаянием и восхищением ты смотрела на них. Печальное зрелище. Магия – это первый грех. – Тетя вновь сделала пасс рукой, и волосы Анны стянулись еще туже. Из глаз девочки чуть не брызнули слезы.

Зачем тогда позволять ей учиться вместе со мной? Анне хотелось кричать, но она была слишком напугана и не могла пошевелиться. Коса стянула волосы так больно и туго, что грозила вырвать их с корнем.