Чтение онлайн

— И узнавать нечего, кровь фонтаном ударит. А вы, ребята, чуть в сторону отойдите.

Двое встали по бокам, придерживая бычка. Мак ахнул молотом ему по голове, бычок припал на передние ноги. Альберт резанул ножом и отпрыгнул в сторону — из артерии хлынула кровь. Теленок подпрыгнул и медленно осел. Мордой он ткнулся в землю, ноги подкосились. По сырой земле растекалась лужа густой алой крови.

— Какая досада, что сцедить не во что, — посетовал Мак. — Будь у нас бочонок…

— С этим все! — крикнул Джим. — Выводите следующую! Сюда давай!

Помощникам его было в диковинку, как забивают бычка, но разделались они с двумя коровами, и любопытства у них поубавилось. Коровы лежали на земле, из голов сочилась кровь, Альберт вытер липкий нож куском мешковины и протянул его фермеру. Потом подогнал грузовик к тушам, помощники с натугой втащили их в кузов, свесив вялые коровьи головы за борт, чтобы кровь стекала на землю. В последнюю очередь погрузили десять мешков фасоли, сгрудив у кабины, сами уселись сверху.

Мак повернулся к фермеру.

— Спасибо, мистер.

— Это не моя ферма. И корова не моя. Я здесь издольщиком.

— Все равно спасибо. За то, что нож одолжили. — Мак помог Джиму взобраться в кабину, и тот сел рядом с водителем. Рукав рубашки у Альберта Джонсона до самого плеча побурел от крови. Альберт завел мотор, и, тяжело пыхтя, машина двинулась по проселочной до роге. Полицейский у ворот фермы поджидал их, и как только они выехали на дорогу, пристроился сзади.

Сидевшие, на мешках в кузове затянули песню.

Полицейский лишь усмехнулся, а из кузова уже пропели и ему:

Мак, перегнувшись через Джима, бросил Альберту:

— Городом не поедем. Нам нужно груз в целости и сохранности в лагерь доставить. Не беда, если придется круг дать.

Альберт угрюмо кивнул.

Небо очистилось, но высокое солнце не грело.

— То-то ребята обрадуются! — сказал Джим.

Альберт снова кивнул.

— Дай им вволю мяса нажраться, так они тут же спать завалятся.

Мак рассмеялся.

— Удивляюсь тебе, Альберт. У тебя что же, нет высоких представлений о благородстве рабочего класса?

— У меня вообще ничего нет, ни представлений, ни чего понасущнее.

— И терять нечего, кроме цепей, — вставил Джим.

— Как это нечего? Вон, волосы еще остались.

— Да и грузовик еще, — напомнил Мак. — Без грузовика мы б ни за что не управились.

— Доконал меня этот грузовик, — с сердцем сказал Альберт. — Чтоб ему пусто было, я с ним по миру пойду! — Альберт не сводил взгляда с дороги, но глаза у него погрустнели. Сквозь зубы он процедил: — Когда работенка есть, заработаешь, бывало, три доллара, ну, думаешь, сейчас девочку какую-никакую подцеплю. И всякий раз, как нарочно, упрется мой тарантас, закапризничает. И починка ровно в три доллара обходится. Этот чертов драндулет почище ревнивой жены.

— Живи мы в справедливом обществе, была б у тебя хорошая машина, — без тени шутливости сказал Джим.

— Да живи я в справедливом обществе, у меня б девчонка была. Я ведь не Дейкин. Это он на своем грузовике помешался, больше ничего в жизни ему не надо.

Мак повернулся к Джиму.

— Да, сразу видно, этот парень знает, чего хочет. Вовсе не машина ему нужна.

— Это ты верно подметил! — сказал Альберт. — Насмотрелся, как коров кончают, так сразу и прозрел.

Они уже ехали безбрежными садами. Листья яблонь потемнели после дождя, почернела и земля. По придорожным канавам бежали бурливые мутные ручейки. Полицейский не отставал, он повернул вслед за Альбертом раз, другой — грузовик дал крюк, объезжая город. За деревьями мелькали дома, там хозяйничали либо сами фермеры, либо издольщики.

— Кабы у ребят от дождя не портилось настроение, я б не возражал, чтоб и дальше лило как из ведра. То-то яблочки на деревьях погниют.

— И наши одеяла заодно, — угрюмо ввернул Альберт.

А в кузове затянули новую песню.

Альберт резко повернул и выехал на дорогу к ферме Андерсона.

— Отлично! Городок за милю объехали. Вдруг бы нас задержали немного б мы тогда привезли! Даже подумать страшно!

— Смотри, дымят, — указал Джим, — видно костер уже разожгли. — Меж яблонями вился, не поднимаясь выше крон, голубой дымок.

— Ставь машину в самом конце, у деревьев, — посоветовал Мак. Ведь туши-то придется разделать, а куски развешивать негде, разве что на ветках.

Их уже поджидали. Сидевшие в кузове на мешках махали шляпами, вскакивали, отвешивали поклоны. Альберт сбавил скорость и медленно повел машину через толпу в конец лагеря, там уже начинались яблони.

Лондон, а за ним и Сэм пытались протолкаться к машине. Люди вокруг заходились в радостном крике.

— Туши повесить! — скомандовал Мак. — Лондон, скажи поварам, пусть мясо потоньше нарезают — быстрее изжарится. А то ребята проголодались.

Глаза у Лондона блестели так же радостно, как и у всех вокруг.

— Господи, неужели поедим досыта! — приговаривал он. — Мы уж было вас и ждать перестали.

Сквозь толпу пробрались повара. Туши повесили на нижних ветках, освежевали, выпотрошили.

Мак крикнул:

— Лондон, надо чтобы все в дело пошло. Кости, головы и ноги пригодятся для супа.