Чтение онлайн

Погрузившись в свои мысли, я уже прошла приличное расстояние. На пути снова попалась компания ребят в костюмах Санты. Они стояли около минивэна, украшенного рождественской символикой, и разгружали яркие нарядные коробки. Все это происходило у небольшого белого здания с зеленым кругом и витиеватой надписью на фронтоне - Медицинский центр. Скорее всего, ребята – волонтеры и привезли пациентам и персоналу подарки к празднику. Рядом с широким крыльцом я увидела автомобиль с красной полосой и зеленым крестом. Иногда на лестнице появлялись люди в белой или синей униформе. Захотелось посмотреть, что там в этом Медицинском центре делается…

Прикидываюсь окружающим пространством, поднимаюсь по ступенькам и захожу внутрь. Светлое фойе, рецепшн, за которым стоит девушка в белой униформе – халат, симпатичный колпачок на голове, прикрывающий волосы. Она читает исписанный мелкими буквами лист, наверно, какую-нибудь инструкцию. Дальше – длинный коридор, по обе стороны которого расположены двери с надписями на табличках, в основном, закрытые. Иду по нему медленно, прислушиваясь и приглядываясь к тому, что происходит. Почти в самом конце за дверью с треугольным знаком идет оживленная беседа. Дверь в кабинет приоткрыта. Я тихонько увеличиваю проем и проскальзываю в него.

В помещении полно громоздкой аппаратуры, стоят компьютеры. На стене – большой экран. Двое мужчин, прилично старше меня, и женщина, которая выглядит достаточно молодой, наверняка, доктора, о чем-то негромко разговаривают у монитора. На нем - проекция нижнего отдела позвоночника ребенка. Один из позвонков (кажется, четвертый поясничный?) поврежден, в нем просматривается трещина, и надломлен остистый отросток. Чтобы получше разглядеть, я подхожу к изображению почти вплотную и останавливаюсь в опасной близости к разговаривающим. Они обсуждают причину полной нечувствительности и обездвиженности нижних конечностей пациента из четырнадцатой палаты.

Один из мужчин, стоящий рядом спиной ко мне, начинает активно жестикулировать, видимо, пытаясь нагляднее аргументировать свои доводы. И мое подслушивание едва мне не стоит шишки и разоблачения. Взмах руки при очередной эмоциональной тираде приходится аккурат мне в лоб! Я сама не понимаю, как сдержалась от вопля. Представляю, что бы тут началось, если бы я себя выдала! Ну, вот же, старый осел! А мужик на мгновение застыл с округлившимися от удивления глазами и продолжил дальше махать конечностями, как ни в чем не бывало. От греха подальше, отступаю на пару шагов.

Так. По картинке на экране моторика ног может быть ослаблена, ребенок может иметь серьезный болевой синдром, но чтобы паралич? Я не вижу, чтобы спинной мозг был поврежден или сдавлен, что обычно приводит к такому состоянию. Вот и заехавший нечаянно мне в лоб врач говорит о том же. Разворачиваюсь и тихонько на цыпочках выхожу. Мне становится любопытно, хочется вживую увидеть этого пациента из палаты номер четырнадцать!

В клинике жарко. На ходу засовывая курточку в рюкзак, поднимаюсь на второй этаж и ищу дверь с четырнадцатым номером. Палата достаточно большая, разделена ширмами. Ищу, судя по увиденному на мониторе, ребенка лет десяти – двенадцати. Мне повезло, в палате только один пациент на данный момент. В одном из боксов за ширмой на кровати, достаточно высоко расположенной от пола, сидит мальчишка, опираясь спиной на подушку.

В руках у мальчика планшет. Нажимая быстро на кнопки, он увлеченно гоняет по экрану рисованных человечков. Смуглый, черноволосый - я теперь знаю, в этой стране почти все так выглядят. Глаза, как черные пуговки, живые, внимательно следящие за происходящим на экране. Симпатичный малый, а когда улыбается – так, просто лапочка! Руки у него шустро работают, особенно пальцы! Что же с ногами-то?

Раздумывая, машинально засматриваюсь на человечков в экране. Там идет настоящее сражение. С какого-то момента я настолько увлекаюсь, что с азартом начинаю болеть за одного из персонажей, воина, сидящего верхом на драконе и из арбалета пытающегося поразить кошмарного монстра. Когда это, наконец, удается, я в голос начинаю кричать: «Давай, бей, так его!», совершенно забыв, что так-то я невидима! Мальчишка испуганно выронил монитор. Озираясь, он со страхом в голосе произнес:

– Кто здесь? Я никого не вижу! Это кто говорил сейчас?

Я ныряю за ширму, кидаю на пол рюкзак, убираю маскировку и выхожу к нему.

– Извини, что напугала, я наблюдала за боем из-за ширмы, в щелочку, и увлеклась! Мне было так интересно наблюдать за игрой, что я забыла. Забыла, что ты меня не видишь!

Парень внимательно оглядывает занавески, чтобы определить, откуда я могла подсматривать.

– Ты меня обманываешь. Там, откуда можно видеть планшет, нет никаких дыр или прорезей. Если я выгляжу маленьким, это не значит, что я глупый. Ты не могла видеть мою игру!

– А тогда откуда я знаю, что персонаж, которым ты играл, был с драконом и сражался арбалетом? Здорово ты замочил этого монстра!

– Хм. Тоже верно, я вроде не комментировал свою игру.

– А это значит - я ее видела!

– Ничего это не значит, - он нахмурился и отложил планшет. – Ты кто? Тебя отец прислал?

– Нет. А что, должен?

– Тогда, откуда ты взялась? На больную ты точно не похожа…

– Я мимо шла, из любопытства сюда заглянула, а тут такой интересный бой идет.

– Искала кого-то? В этой палате кроме меня никого нет.

– А можно узнать, что с тобой случилось? Почему ты здесь лежишь?

– Я попал под машину, катался на велике в неположенном месте. У меня компрессионный перелом позвоночника. Ноги не двигаются.

Парень меня удивляет, он говорит это с полным равнодушием, глядя куда-то мимо меня.

– И что, совсем-совсем не двигаются? Ты ничегошеньки в ногах не чувствуешь?

– Нет. А зачем тебе все это знать? Зачем ты меня расспрашиваешь, опять из любопытства?

– Ты что ли сердишься на меня за то, что спросила? Говорят, что если поделиться болью с другим человеком, она уменьшится. А вдруг, если ты мне расскажешь, тебе станет легче! Такое ведь бывает?

– Я не хочу об этом говорить.

– Слушай, я никогда не играла в такую игру, которая у тебя в …этой штуке,- я указываю на отложенный мальчиком планшет.

– Она ничем не отличается от компьютерной, или которая у тебя есть в телефоне.

– Но у меня нет компьютера и телефона, – я решаю для себя, что буду играть в «чужеземку».