Чтение онлайн

— Я буду обращаться с тобой очень бережно. Позабочусь о том, чтобы ничто не напугало тебя, как в прошлый раз. Мы будем мягки и нежны. Причинить боль тебе — означает причинить боль себе. — Руки его дрожали.

Кэлен подняла голову и доверчиво посмотрела на него:

— Все будет хорошо, Ридж.

— Я хочу, чтобы ты знала, что я жалею не только о том, что произошло здесь, когда нас застал туман. Я жалею и о той ночи в Неприветливости, — угрюмо продолжал он. — Я не имел права так поступать. Мужчина не вправе так обращаться со своей женой.

— Я не обижаюсь, Ридж, — нежно успокаивала она его. — Насколько я помню, ты настаивал на выполнении супружеского долга, но не насиловал и не угрожал мне. Честно говоря, когда мы ехали в долину, я была расстроена тем, что ты не настаивал на выполнении моих обязанностей.

— Почему же ты не напомнила мне об этом сама? — Он взял ее лицо в свои большие ладони и, поглаживая пальцами нижнюю губу, внимательно посмотрел ей в глаза. — Я не всегда принимал правильные решения, Кэлен. Я понял: быть хорошим мужем очень сложно. Мне казалось, что все обязанности давно распределены и надо только правильно пользоваться ими. Но оказывается, это еще не все.

— В жизни всегда так.

— Много сложностей, — пробурчал в ответ Ридж. — Например, сейчас я сгораю от желания близости с тобой, но боюсь напугать тебя своей страстью.

Она положила руки ему на плечи, чувствуя, как напряглись его сильные мышцы. Жар его тела едва не обжег ей пальцы.

— После всего, что мы с тобой пережили, ты думаешь, что твоя страсть может напугать меня?

В его глазах отражался лукавый огонек, появившийся в глазах Кэлен.

— Я думаю, что совершил бы ошибку, если бы сказал, что полностью понимаю тебя.

— Это опасная ошибка.

— Мне кажется, я нахожусь в надежных руках, Многие мужчины недооценивают своих женщин или скорее всего не понимают их.

Кэлен вдруг посерьезнела:

— Когда мы были в черной келье, мне казалось, ты не только понимаешь меня, читаешь мои мысли, но и чувствуешь то же самое, что и я.

— А, вот ты о чем. — Он пристально посмотрел в ее горящие глаза. В его глазах плясали язычки дьявольского пламени, которое было частью его характера.

Кэлен застонала и вцепилась ногтями в его руку:

— Не мучай меня, Ридж, Я должна знать. Я сойду с ума, если ты не скажешь.

— Мне кажется, каждый мужчина должен иметь свои маленькие секреты. Ведь у женщин их так много. — Рука его медленно скользнула по ткани туники, пока не коснулась нежного холмика ее груди.

Кэлен почувствовала, как напряглись от нетерпения ее соски, жаждущие прикосновений. Зрачки расширились. Она прикрыла его руки своими.

— Ты ведь все знаешь? — прошептала она. — Ты мысленно был со мной. Ты касался меня, соблазнял меня, Все было как наяву.

— Мне кажется, что я почти всегда занимаюсь тем, что соблазняю тебя. — Он коснулся языком мочки ее уха.

— Ну пожалуйста, Ридж! — уговаривала его Кэлен. — Скажи, ведь это не только воображение? Ну же, Ридж! Если ты не скажешь, то я клянусь, что…

— Клянешься в чем?

Она перевела дыхание, и ее рука легла на его бедро. Я должна это сделать, — пригрозила она. Кэлен легко поглаживала его мужское достоинство, чувствуя, как оно твердеет от каждого прикосновения.

Ридж зарычал от удовольствия.

— Нет. Так просто я не сдамся, — предупредил он ее.

— Посмотрим. — Раззадорившись, Кэлен продолжала одной рукой начатую игру, а другой расстегивала ремень его брюк. Когда она наконец справилась с ним, то решительно опустила руку внутрь. Ридж чуть не захлебнулся от восторга.

— Ты готов к диалогу? — поинтересовалась Кэлен.

— О чем ты говоришь, я еле дышу.

— Почему ты упрямишься, Ридж? Почему не хочешь рассказать мне? — Она крепко сжала его возбужденную плоть. — Я ведь только прошу сказать правду.

— А может быть, мне нравится, как ты мучаешь меня.

— Боюсь, так оно и есть. Скажешь ты мне наконец то, что я хочу знать, Огненный Хлыст?

— А ты мне? — Поглаживая ее плечи, он сбросил тунику, обнажив ее до пояса. Он ласкал ее соски точно так же, как в черной келье, в ее мечтах.

Дрожа от страсти, Кэлен тесно прижалась к нему. Закрыв глаза, она с трудом понимала, что ее куда-то несут, укладывают. Ридж нежно освободил ее от шаровар. В следующий момент Ридж, обнаженный, лежал рядом.

Он возбуждал ее языком, скользя по нежной, шелковистой коже ног и бедер. Все было точно так же, как в той стеклянной комнате.

— Ридж! — Она притянула его к себе.

Он продолжал ее возбуждать, пока не почувствовал, что Кэлен до краев наполнена влагой любви. Волнение охватило ее, она задрожала от желания, он коснулся ее кончиком языка. Кэлен вонзила свои ногти в его плечи и застонала от переполнявшего ее блаженства.

Он взял ее запястья и прижал их к изголовью ложа. Все было точно так, как в ее грезах. Он продолжал нежно возбуждать ее языком, пока она не застонала в экстазе.

— Ты был со мной тогда, — едва дыша прошептала она. — Ты ведь был со мной тогда?

— Ты же знаешь. — Он осторожно лег на нее, позволив ей обхватить его бедра ногами.

— Да, — прошептала Кэлен, целуя его. — Да, Ридж. Иди ко мне. Возьми меня, войди в меня, я хочу тебя.

Он со стоном полностью вошел в нее.

И этот момент был таким же сладостным, как и тогда в стеклянной келье. Обладание — это подчинение. Они утонули в своих чувствах. Ридж начал медленно двигаться в ней. Движения эти были такими же древними, как и сам Спектр. Он обнимал ее за плечи, продолжая волшебное и одновременно простое движение, которое заставляло крутиться мир вокруг них.